Кровавый плен 2 (СИ) - Фудживара Алиса - Страница 20

– Не вмешайся я – Молара бы тебя убила. Может, Лэйрьен и успел бы это предотвратить. А может и нет. Кто знает.

Лучше бы убила.

– Не стоит умирать просто так, – сказал он, угадав ее мысли, – живая ты можешь сделать гораздо больше полезного.

– Например, привести в мир твоего палача? – Кара сдерживалась от язвительности, но получалось неважно.

– Именно так, – губы бессмертного улыбались, но глаза метали кинжалы. – Этот «палач» поможет мне освободиться.

Тревога снова охватила девушку, хотя она даже не смотрела на него.

– Но ты сказал «не факт, что получится», – она сглотнула ком, подступивший к горлу и заставила себя поднять глаза на собеседника.

– Верно. Прошлые попытки не увенчались успехом. Особых надежд не питаю, но попробовать обязан. Ведь ты последняя, в ком течет кровь Мораги. Я не могу позволить себе упустить этот шанс… даже если это во вред тебе, – ровный тон юноши то ли располагал к примирению, то ли предвещал бурю. – Согласна ты или нет – это ничего не изменит, – он стукнул пальцем по сигарете, вновь стряхивая пепел и снова затягиваясь.

Темные глаза в окружающем мраке казались чернее самой ночи.

– Но почему только Мораги годятся для этого? – Кара шевельнулась в мягком коконе, пытаясь сбросить сковавшее ее напряжение.

Изар замолчал, в раздумьях опустив взгляд под ноги.

– В чем дело? Говори, как есть, – голос девушки дрогнул. – Не хочу, чтобы меня «берегли» и снова лгали. Я этого не вынесу.

– Только Мораги способны совладать с такой концентрацией дара, как у меня. Усвоить его. Они – единственные, кто, помимо прочего, могут исцелять других особей. Не все, но большинство. Фагус, твой отец, был последним.

– Был?

– Об этом тебе лучше поговорить с матерью. Не желаю влезать в семейные дела больше необходимого, – отрезал Ноэль.

Кара оторопело уставилась на него. Качели почти остановились.

– То есть, отец был целителем… а мне досталась это… это… что?

– Не все происходит так, как нам хотелось бы. Дитя полноценных древних наследует оба родительских проявления дара. Но берет верх всегда тот, что оказывается сильнее в конкретном организме. Так легли карты. Не стоит винить природу.

– Что за дар у моей матери?

– Он у всех примерно одинаковый – способность взывать к крови, своей и чужой, управлять ей. Формировать с ее помощью взаимосвязи. Влиять на мир, менять его. Но бывают особо одаренные, со своими персональными «фишками».

– И моя «фишка» – кровавая резня? – выдохнула Кара. – Бесконтрольные убийственные вспышки?

Бессмертный вздохнул, затушил окурок о подошву ботинка и убрал его в пустую пачку из-под сигарет.

– Мне пока не довелось этого увидеть. Но твоя мать утверждает, что так и есть.

Девушка подтянула ноги к груди и тяжело уронила голову в колени. Юноша сел рядом и оттолкнулся ногой от земли. Качели принялись тихонько покачиваться.

– Моя сила опасна. Как я могу ее вернуть? Я с ней не справлюсь. Вдруг пострадает еще кто-нибудь? – Кара изо всех сил сдерживала отчаяние.

– Пока я рядом, ты никому не навредишь. Я могу подавить любой дар, – Изар откинулся на спинку качелей и запрокинул голову назад, как когда-то на веранде в академии.

Он вел беседу терпеливо, но чувствовалось, что тема ему неприятна и он поскорее хочет закончить мусолить ее.

– Что стало с теми женщинами? Которые пытались… помочь тебе.

– Они остались живы, если ты об этом. Но все беременности замирали на разных сроках.

Кара обхватила ноги рукам, зарываясь лицом глубже в плед.

– Концентрация магии в твоем организме высока, даже слишком, судя по тому, как она проявляла себя в детстве. Точнее, была высока. И мы вернем все на свои места. Поэтому не переживай раньше времени. У тебя… может получиться.

Девушка подняла голову, поворачиваясь к собеседнику. Под теплым покрывалом Ноэль расслабленно обмяк, закрыв глаза и наслаждаясь спокойным ходом качелей.

– Лэй вот так просто возьмет и вернет мне силу? – голос ее звенел презрением к потерянной части своей сущности.

– Вернет. Никуда не денется. Мы его… уговорим, – тон юноши сделался тихим и ленивым, будто он вот-вот собирался заснуть.

От одной мысли о том, что придется снова впустить в себя невесть что, девушке становилось дурно. Как и от размышлений о том, что Ноэль подразумевал под «уговорами». Очень сомнительно, что директор добровольно возьмет и возжелает пойти им навстречу.

– Но с чего ты решил, что у ребенка будет достаточно сил тебя… – Кара сделала паузу, подбирая слово. О смерти ей не хотелось больше ни думать, ни говорить, – упокоить?

– Ни с чего. Просто надеюсь, что сработает.

– Весь твой план строится на зыбких предположениях и многочисленных «если», – Кара снова заполыхала.

– Я устал, – голос бессмертного звучал приглушенно. – От круга этих сраных перерождений. От постоянно меняющихся лиц. И если есть лишь призрачный шанс – это уже неплохо.

Если затея провалится – она пострадает, разделяя участь тех женщин, что перенесли горе ради своего правителя. Но не успев разгореться, девушка вмиг потухла, потрясенно уставившись куда-то в пространство. Она сама являлась виновником похожего несчастья. Мария потеряла дитя из-за нее.

Это… моя расплата?

Кара развернулась, сев боком. Качели сбили ход и пошатнулись. Ноэль лениво разлепил глаза, с вопросом воззрившись на девушку. Ее сердитый вид сквозил неуверенностью и смущением. Очередной порыв ветра запутался в темных волосах, и девушка поспешила укрыть голову пледом.

– Заставить ребенка убить собственного отца – бесчеловечно.

– Он вырастет с мыслями, что это его благородный долг, и будет к этому готов.

– Но что если он унаследует твой ген бессмертия? Об этом ты не думал? Ты обречешь ребенка на вековые муки, что терзали и тебя самого? И со спокойной совестью «уйдешь на заслуженный отдых»?

– Не желаю об этом говорить.

Темные глаза юноши заблестели неудовольствием, но Кара не отступила.

– Как ему потом выйти из того же положения, в каком находишься сейчас и ты?

– В нем будет кровь Мораги. Даже со моим уровнем сил – исцеление мне недоступно. Так что, возможно, он сможет найти способ, как самостоятельно прервать свою жизнь.

– А если нет? Прошу тебя, давай поищем другой вариант, – Кара с мольбой уставилась на него.

– Это не обсуждается.

Холод в его голосе звучал предостерегающе. Стоило ослабить напор, пока лед не треснул, но гнев уже разжег ее душу.

– Вы с матерью посягнули на свободу моей воли, и это «не обсуждается»?

Юноша повернул голову набок, не сводя с нее пронзительного взгляда. Промолчал. Поза девушки была скованной и настороженной, он же, напротив, мягко стекал по сиденью.

– Почему… – Кара осеклась, но упрямо продолжила, – почему ты вспомнил о том, что я «нужна тебе», только когда Молли решила меня убить?

Губы Ноэля дрогнули в улыбке, будто он и не заметил упрека в свой адрес. Но вопрос был закономерный.

– Господин директор не походил на человека, собравшегося мстить. Мне было любопытно, какое решение он примет относительно тебя.

Кара едва держала себя в руках. Он предпочел просто наблюдать за ней и ее тюремщиком. В то время как катастрофические чувства неотвратимо завладевали ее сердцем.

– Твое любопытство, – девушка дрожала, а голос ее разливал возмущение, – стоило мне…

Чудовищных переживаний. Постыдных потрясений. И в конечном счете – изломанной любви. К человеку, который развратил ее нравственность. Но вслух она всего это произнести не смогла.

– Между вами что-то было? – глаза бессмертного хитро сузились.

Стыд, накативший вдруг в ответ на возмутительный вопрос, исказил ее лицо злостью.

– Это не твое дел…

Изар сгреб девушку в охапку и, обрывая на полуслове, накрыл ее губы поцелуем. Запакованная в плед по самую макушку, она даже не успела опомниться, как оказалась у него в руках. Кара испуганно распахнула глаза и шевельнулась, пытаясь высвободиться из-под плотной ткани, но юноша прижал ее крепче и нагнулся ниже, совсем обездвиживая.