Между Сциллой и Харибдой (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 220

Оценивающе посмотрел на замочную скважину на двери кабинета: интересно, интересно…

Очень интересно!

Отдохнув с дороги, поработав перед зеркалом – принял вид типичного преуспевающего американца, средних лет, идеально прикинутого по последней бродвейской моде.

Стараясь поменьше светиться, выбрался на улицу и на первом же попутном извозчике доехал до гостиницы «Англетер», в которой снял номер на сутки. В декабре этого года здесь (может и номер тот же самый!) повесится Сергей Есенин и, как будто специально под это событие – после Октября переименованному в «Интернационал» заведению, вернули «старорежимный» бренд и привели его в относительно божеский вид. До пятизвёздночного отеля, конечно ещё, как до Пекина раком – но всё же довольно приличное заведение, пользующееся популярностью у местной богемы и заезжих иностранцев, по каким-нибудь делам приехавших в страну побеждающего социализма.

Поэтому мне не удивились, хотя администратор кисло поморщился при виде «деревянных», а не валюты.

Правда, были вопросы:

– Предъявите какой-нибудь документ, удостоверяющий личность.

Молчу, разглядывая служащего гостиницы, как таракана позущего по краешку тарелки с супом. Тот, заёрзав:

– Чтоб, я мог записать ваши личные данные…

Небрежно положив на стойку ещё столько же в рублях, цежу сквозь зубы:

– Меня зовут Альфонсе Габриэль Аль Капоне.

И таки да: сигары в зубах не хватает и «Томсона» в руках, а так – вылитый Аль Капоне, забивший «стрелку» Чарли Лучано по прозвищу «Счастливчик»!

Больше вопросов не было: в Союзе, двадцатые годы были столь же «весёлыми» – как и в Штатах!

Правда, вечером у меня спрашивали и не раз: не нужны ли «мистеру» девочки? …Или мальчики? Может, «мистер» желает кокаин? Морфин? Героин?

– Ещё раз, тебя увижу… Падла… Порву… На британский флаг!

– О, мистер так хорошо знает русский!

Но, это уже другая история, к делу не относящаяся.

Телефончик приёмной Бекаури, я конечно же, не в телефонном справочнике нашёл – мне его подсказал один из питерских «деловых», с которыми меня свёл Ксавер. Ну, тот – что прошлой осенью с центровым финским контрабандистом Вели познакомил, насчёт искровой радиостанции «Новая Голландия» этой зимой подсказал и помог её «прихватизировать» в целях использования в «изоганической» химии.

Заплатил за телефон отдельно и, из фойе гостиницы с пятой попытки дозвонился до секретаря. Тот, велев подождать, минут через десять соединил с самим гениальным изобретателем – который ещё даже не подозревает, насколько он «гениальный».

– Алё, мистер Бекаури? – как будто картофелину во рту ворочая, отчаянно косю под пиндоса, – с вами говорит Аль Капоне из Чикаго. Да, да! Из Амэрики, из неё самой…

Сцука, как до них всё медленно доходит!

– …У меня к вам дело на миллион долларов. Нет, никакого секрета нет: Вас мне отрекомендовали как «русского Эдисона» – а мне нужны чертежи портативного самогонного аппарата, размещающегося в багажнике автомобиля. У нас «сухой закон», как уверен – Вы слышали, мистер. Нет, нет – наши так не могут: американцы – тупые. Да, да – я плачу долларами, а моя щедрость Вас приятно удивит… Когда и, где мы с вами можем встретиться и поговорить? У нас в Техасе говорят, мистер: «корова за ковбоем не ходит»! Я остановился в «Англетере». Хорошо, жду Вас через час.

Поставив в известность портье об предстоящем визите, озадачив его кое о чём сунув щедрые чаевые, вернулся в номер и, приняв вид максимально располагающий – развалясь, расположился на диване.

Жду…

Не прошло и сорока минут, как стук в дверь и, отвечаю:

– Да, да?

Дверь приоткрывается, появляется лысая голова с густыми бровями. Ни дать, не взять – молодой «дорогой» Леонид Ильич Брежнев, забритый в солдаты:

– Товарищ Аль Капоне?

– Нет, это президент Калвин Кулидж… Ха, ха, ха! Если Вы – Владимир Бекаури, то заходите, мистер.

Встаю, здороваюсь и, усевшись обратно, подражая своему деловому партнёру из «РАИК» Иохелю Гейдлиху – закидываю ноги в американских ботинках на журнальный столик и приглашаю:

– Присаживайтесь, Владимир Иванович!

Когда тот достаточно комфортно устроился в кресле напротив, я, долго не ходя вокруг да около, заявил:

– Сразу признаюсь: самогонный аппарат – это был лишь повод с Вами встретиться – «операция прикрытия», так сказать.

Грузинская кровь – тут же взбурлила, как молодое вино в микроволновке:

– Вы мне соврали?

С баксами не обломится – как тут не взбурлить, горячему каПказскому парню?!

Рисунок 73. Владимир Иванович Бекаури: великий изобретатель или величайший аферист – кому как нравится.

Резко:

– Да, соврал! Однако после того, что я расскажу – Вы ни разу не пожалеете, что сюда пришли. Если Вы конечно – настоящий изобретатель и инженер, а не фуфло какое-нибудь.

Тот, беря себя в руки, явно заинтересовавшись:

– Надеюсь, это так. Слушаю Вас, тов… Мистер Аль Капоне.

Тут в дверь постучали:

– Кофе на двоих в номер заказывали?

Убрав ноги со столика, отвечаю, заранее вынув из кармана мелочь на чаевые:

– Заказывали, заносите.

Сделав пару глоточков очень дорого по советским меркам – но не шибко качественного напитка, имеющего какой-то гнилостный привкус (бодяжат, сцуки!), я начал рассказ, зайдя издалека:

– Мой прадед поменял солнечную Италию на холодную Россию, а отец царскую Россию на демократическую Амэрику – оттого у меня итальянская фамилия и отличное знание русского языка. От него и русской матери, царство ей Небесное, нас было семь братьев – я второй по счёту.

После этих слов, мой гость заметно расслабился.

– Наш папа, был набожным католиком, из всех десяти заповедей ревностнее всех блюл: «Добрым словом и револьвером можно добиться большего, чем просто добрым словом» и, нас тому учил.

Перекрестившись куда-то на Запад, после небольшой паузы:

– Когда нашего папашу пристр… Когда, наш отец как и, положено христианину – предстал перед Всевышним в перестр… Хм, гкхм… Умер в собственной постели не успев снять сапоги, нам с братьями досталась в наследства «Коза ностра» – небольшая фирма в Чикаго с отделениями в Нью-Йорке, Майами и Лос-Анджелесе и, семейный бизнес – рэкет, киднепинг, рейдерство… Может слышали?

Наморщив лоб и пошевелив «брежневскими» бровями, пожимает плечами:

– К сожалению, нет.

Ну, куда им – хроноаборигенам, знать об таких вещах без Интернета и всезнающего Гугла.

– Очень жаль! В последнее время – бутлегерство, игорный бизнес, ещё мы контролируем и доим… Хм, гкхм… Поддерживаем профсоюзы в их спорах с бизнесменами и занимаемся строительством крематориев и обустройством кладбищ.

Встав, походив – делая вид, что волнуюсь и снова уселся на место.

Далее, практически мой монолог, прерываемый употреблением кофе со сливками для смачивания горла:

– Вполне добропорядочно семейство – но не бывает стада без своей паршивой овцы, согласитесь! Увы, но ею оказался наш самый старший брат Илон – порвавший с семьёй, с семейным бизнесом и, даже взявший другую фамилию – Маск. Он не стал подобно каждому порядочному сицилийцу – с младых лет учиться, как надо работать с «lupara» и «strangolamento»… Он сперва бегал в школу как идиот – а ведь там ничему хорошему не научат, а затем вообще съехал с катушек – закончив университет с позолоченной медалью.

– Хотя Илон Маск с нами порвал, но мы всегда внимательно следили за ним – ибо надеялись, что он одумается и вернётся в семью. Старший брат, это для настоящего сицилийца – самое святое после отца и матери! Закончив университет, он несколько лет работал во многих американских фирмах – но во время Великой европейской войны куда-то исчез и все попытки узнать что-либо про него были безуспешны.