Между Сциллой и Харибдой (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 221

Соскочив, быстро подбежал к двери, резко её открыл и выглянул в коридор. Усевшись на место:

– Извините, показалось что нас подслушивают… Наконец, буквально пару месяцев назад наш блудный старший брат внезапно появился и, рассказал что всё это время работал в фирме «Микрософт», расположенной в штате Невада, владелец которой – Билл Гейц, работает на федеральное правительство…

Вопросительно посмотрел на Бекаури:

– Не слышали про такого?

Трясёт лысой, как глобус головой:

– Нет, ни разу не слышал.

– Я тоже никогда, ничего об этой фирме и её владельце не слышал и, все мои попытки что-либо разузнать – даже через знакомых конгрессменов, были безрезультатны.

Затем, я максимально посерьёзнев, через журнальный столик наклонившись к уху гениального изобретателя, полушёпотом:

– По словам нашего старшего брата Илона Маска: «Микрософт» по заданию правительства САСШ – занимается созданием оружия для новой мировой войны…

Видели бы вы его глаза!

– …Да, да! В Первой европейской войне Америка технически отстала – даже своих танков у американской армии не было. В следующей же войне, планируется быть впереди планеты всей – чтоб установить мировое господство.

Сказав это я надолго замолчал, уставившись в одну точку…

Бекаури, по пришествию тоже – довольно значительного времени придя в себя, сперва нетерпеливо заёрзал на кресле, затем красноречиво закашлял.

После того, как он немного приподняв журнальный столик, громко стукнул об пол его ножками – я, встрепенувшись, продолжил и с явным огорчением:

– Кроме того, я узнал что наш старший брат – которому я по нашим сицилийским обычаям должен подражать, стал «красным». Вас не коробит такое определение?

Тот, с хорошо заметным апломбом:

– Ничуть! Быть «красным» у нас почётно, так что спасибо за комплимент, мистер Аль Капоне.

Сведя вместе густые брови, с крайней степенью подозрительности, сам вопрошает как на допросе в ЧК:

– Но меня удивляет: почему Вы – капиталист, приехали в страну большевиков и разговариваете с «красным»? С какой целью? Что у Вас на уме?

А фраерок то, оказался – не так прост!

– Сейчас узнаете, мистер большевик…

Кривясь куксюсь, как будто получив известие, что недавно скончавшейся дядюшка-миллионер – оказался многодетным папашей и злостным неплательщиком алиментов:

– Первая же наша, после многолетней разлуки встреча, оказалась последней. Мы попали в засаду агентов «ФБР» и, хотя отбились – но Илон… Он погиб настоящим мужчиной, получив в брюхо очередь из «Миниганна» – превративший его в спагетти, обильно заправленного кетчупом.

Траурно помолчав, достаю из портфеля две уже знакомые брошюрки и, по католическому обряду крестясь «фигой» – тремя сложенными в щепоть пальцами, хриплым, глухим голосом продолжаю:

– Перед смертью, он заставил меня поклясться Девой Марией, что я передам эти документы его советским товарищам. Я не мог нарушить этого обещания, поэтому я здесь.

Протягиваю ему книжки с «заклёпками», тот потянулся было за ними…

Но вдруг задержав руку, задаёт вопрос:

– Почему Вы не передали эти документы через Советское посольство в Америке, или по линии Коминтерна?

Не моргнув глазом:

– Сперва, я так и хотел поступить. Но возле вашего посольства постоянно «пасут», а после первой же встречи с американским «красным» я понял…, - морщусь и отрицающее мотаю головой, – что это – «Коза Ностра», ещё похлеще нашей. Тогда я решил поехать в СССР и отдать документы настоящему русскому большевику.

Польщённый последними словами – аж глазом захлопал, тем не менее – всё ещё недоверчиво берёт в руки обе мои брошюрки, не глядя открывает одну из них и, напоследок пристально смотрит мне в глаза:

– Как Вы узнали про меня и «Остехбюро»?

Ухмыляюсь, как при наивном вопросе дошкольника «откуда берутся дети?»:

– У первого же докера в вашем порту спросил – сперва дав ему пару долларов, презерватив с запахом клубники и антиникотиновую жевательную резинку: «Кто самый лучший русский изобретатель?» – и, он мне всё рассказал. Так, что вот мой совет – перед тем как пилить эти «заклёпки» – займитесь хотя бы самой элементарной секретностью, мистер Бекаури.

Но он меня уже не слышал, с головой уйдя в чтение – аж рот разинув.

Всё, он «на крючке» и хрен с него спрыгнет!

Подождав ещё минут пять, не прощаясь вышел, поймал извозчика и уехал в особняк Нарышкиных.

Приведя себя в первоначальный вид, использовав продвинутую отмычку – уже давненько изготовленную по памяти по ролику из «Ютуба» на всякий «пожарный», глухой ночью, проник в кабинет Златы Лилиной и хорошенько там пошарился.

Ничего особо значительного, но нашёл пачку связанных шпагатом выцветших от времени тетрадок, покрытых пылью забвения:

«Злата Бернштейн. Дневник».

Девичья фамилия этой сучки, стало быть.

Начинала она их вести с ещё дореволюционных времён, а с двадцать первого года забросила.

Полистал… Так, ничего особенного – обычные бабьи заморочки да трепотня с упоминанием персоналий и промыванием им косточек. Особенно бывшему мужу достаётся – он же «Вождь № 3» первого в мире государства рабочих и крестьян.

Подумал, подумал…

«Пока» ничего особенного!

Ладно, берём – глядишь и сгодится на что.

Всю обратную дорогу от Ленинграда до Москвы, а потом до Нижнего и Ульяновка, я провёл в «размышлизмах» – страшно комплексуя по поводу моей невозможности что-либо изменить кардинальным образом …

Ну, ладно – с Бекаури может и пролезет и, сотворит он что-нибудь полезное – на удивление всем друзьям и, на зависть и страх врагам.

Но, если бы он был один!

Ведь, практически все образцы вооружений, были приняты буквально перед самой войной, когда Кровавый тиран (Вождь и учитель) перестрелял большинство гениальных изобретателей и, крышующих их – не менее гениальных политиков и военных.

Но было уже поздно – кукушка часов истории прокуковала ровно полночь.

Так, что же делать?

Можно, согласно традиции жанра, пойти к Сталину, показать ему своё «послезнание» и очутиться говорящим попугаем-провидцем в золоченной клетке.

Если бы перенёсся в своём возрасте, то да!

Я бы так и поступил: терять то, собственно говоря уже нечего – «Виагры» в свободном доступе нет и, даже рецепт её изготовления – мне неизвестен, как рецепт кока-колы, пенициллина и ядерного устройства.

А так – молодой, здоровый, полный сил и энергии… Не…

Нет, не пойдёт: всё моё естество вместе с нутром – протестует против этого.

Очково мне что-то!

Да, чего уж там… Назову вещи своими именами:

– СЦУ Я!!!

Ни что человеческое мне не чуждо – в том числе и, присущее всему живому чувство страха.

Да и сомнения меня берут, что такой номер пролезет.

Вождю и без меня с моими «заклёпками», есть чем заняться – особенно в такой сложный для него момент, как «тихушное» подбирание валяющейся на земле власти.

Отвлеки его и вместо культа личности Сталина, Хрущёв (или кто другой), будет развенчивать культ личности Зиновьева.

Да и позднее, честно сказать – успех сего предприятия писан вилами на кофейной гуще!

В 30-40-е годы, сфера власти Сталина была ограничена личным контактом с ситуацией. Стоило что-то выпустить из-под личного контроля – и на его решения просто не обращали внимание.

Ещё вот обстоятельство: кроме Сталина – существуют ещё многочисленные группировки «по интересам» в правительстве, промышленности и вооружённых силах. Вы будете убеждать «Отца всех народов» о пользе промежуточного патрона – а сто специалистов и, с десяток стратегов – окончивших во время Первой мировой войны школу прапорщиков, а после Гражданской войны конно-балетные курсы – будут убеждать его в обратном.