Самый тяжелый наркотик (СИ) - Луцевич Татьяна - Страница 63

Как бы ни проходил день, вечером меня ожидал ужин с адмиралом. Я бы с радостью отказалась от данного сомнительного мероприятия, однако никто моим мнением не интересовался.

Судя по лицу арийца, становившемуся каждый раз мрачнее, имперским специалистам достичь желаемого результата пока не удавалось. Было нечто извращенное в том, чтобы находиться в его компании, и хладнокровие в присутствии Каерина давалось мне с большим трудом. С учетом того, что еда меня не привлекала вообще и в принципе, данные ужины вовсе превращались в пытку.

- Ко мне сегодня обратился лаборант из отдела генной инженерии, и его слова меня весьма позабавили, - отложив столовые приборы в сторону, сказал ариец. - Он утверждал, будто ты стала жертвой преступных действий сотрудников лаборатории, и над тобой проводят незаконные опыты. Данный индивидуум очень волновался о твоем самочувствии, Минам. Он тебе хорошо знаком?

- Да, славный парень.

- К сожалению, вы с ним больше не увидитесь, потому что я его уволил, - поджал губы собеседник.

- За то, что он пытался мне помочь?

- А ему ты улыбалась, Минам? - задал неожиданный вопрос ариец - Не морщилась, словно от зубной боли, и не сбегала, стоило заметить его на своем пути?

- Неужели ты ревнуешь, Каерин?

- Нет, - смерил меня тяжёлым взглядом бывший подопытный. - Я всего лишь хочу, чтобы мои подчиненные работали, а не занимались в лаборатории устройством личной жизни.

- То, о чем ты говоришь, является полным бредом, - поморщилась я. - Верни его обратно, потому как он не виновен в том, что у тебя было плохое настроение.

- Почему ты защищаешь его, Минам? Разве тебе не безразлична его дальнейшая судьба?

- Этот лаборант является единственным гуманоидом, проявившем заботу обо мне, и я не хотела бы, чтобы из-за этого он лишился перспективного будущего.

- За свою глупость нужно платить, - жёстко ответил собеседник.

- Глупостью было то, что совершила я - оживить безжалостного тирана, придавшего моей жизни безумный привкус кошмара, - эмоционально сказала я.

- На что ты готова пойти, чтобы вернуть его обратно в лабораторию? - поднял бровь ариец.

Не дождавшись ответа, он встал со своего места, и я предостеригающе воскликнула:

- Не смей ко мне приближаться!

Проигнорировав предупреждение, ариец оказался слишком близко и взял меня за подбородок, заставляя запрокинуть голову назад.

- Ему ты этого не запрещала, не так ли, Минам? - спросил бывший подопытный, и я ощутила на коже чужое горячее дыхание.

- Это низко и аморально даже для тебя.

- Почему ты только мне говоришь безоговорочное нет, сладкая? - разозлился имперец, и, когда его рука опустилась на мою шею и чужие губы накрыли мои, я не выдержала.

Адмирала снесла мощная воздушная волна и, опрокинув предметы мебели, впечатала в стену. Мне было сложно сопротивляться соблазну даже на расстоянии, а, когда он находился рядом, я вовсе теряла контроль. В мои планы не входило, чтобы произошедшее на далекой карантинной планете повторилось, и поэтому я очень агрессивно отнеслась к нарушению личного пространства.

- Предупреждаю тебя в последний раз: держись от меня на расстоянии, и чем больше оно будет, тем лучше! - гневно сказала я.

Из-за непозволительной близости арийца меня охватил озноб, и, отодвинув дрожавшими руками тарелку с морепродуктами, я встала из-за стола.

- Ты не доела свой ужин, Минам, - сверкнул глазами Каерин.

Посуду в то же мгновение смело с металлической поверхности стихией и разбило вдребезги, разбросав остатки еды по полу.

- На сегодня ужин окончен, - ответила я, потому что, сколько бы ни имелось у меня внутренних сил, они были не безграничны.

- Доброй ночи, Минам, - вежливо попрощался ариец, провожая меня взглядом.

- Гори в Аду, Каерин, - зло процедила я, покидая помещение.

Меня колотило, как в лихорадке, все же в зависимости было мало приятного, и после встречи с имперцем я направилась в лабораторию своего отца. У меня наблюдалось обильное слезооделение, закладывало нос от насморка и бросало в жар - ломка делала свою жертву беззащитной, стирала границы между сном и явью. Меня тошнило, и я падала на колени, упрямо поднимаясь на ноги в попытке найти выход из скверной ситуации. Ариец был моим личным сортом сильнодействующих наркотиков, и, если бы он находился от меня на расстоянии, то я продержалась бы на порядок дольше.

Я разбрасывала попадавшиеся под руку колбы и ёмкости с образцами, пока не нашла то, что могло мне помочь. В лаборатории отца хранились флаконы с ядом одного из созданий, обитавших на недавно открытой планете. Судя по проведенному анализу, он имел замедленное действие, поражая рецепторы, связанные у людей с ощущением боли. Это было похоже на то, что, при определенной доли везения, заставило бы меня забыть об имперце.

Для того чтобы рассчитать необходимую дозу, мне не хватало данных, и поэтому я действовала на свой страх и риск. Концентрация показалась мне чересчур слабой, и в погоне за счастьем я не отстановилась до тех пор, пока мое сознание не растворилось в абсолютной тишине, и я не осела на пол безвольной куклой. В попытке убежать от реальности я приняла слишком много яда, и мир померк, погрузив меня в беспросветную тьму, словно зыбучий песок, затягивавшую все глубже без шанов на спасение.

Светила имперской медицины совершили чудо и спасли юную землянку, однако благодарности от меня не дождались. Они разместили меня в отдельной палате с мигавшими индикаторами на специальных устройствах, зафиксировав конечности, чтобы я не смогла навредить самой себе. Мне было не известно, сколько прошло времени, стоило лишь появиться проблеску сознания, как я снова проваливалась в сон.

Когда мне удалось прийти в себя, и я открыла глаза, рядом находился мужчина в белом халате. Он внимательно следил за моими движениями, и я с облегчением отметила тот факт, что ограничители с меня сняли.

- Как вы себя чувствуете? - низким грудным голосом поинтересовался он.

- По 10-бальной шкале? - сыронизировала я.

Собственный голос прозвучал неожиданно слабо и тихо.

- Судя по тому, что вы отвечаете, вам уже лучше.

- Мне казалось, что я никогда и ни с кем больше не буду разговаривать, - призналась я. - Как вам удалось вернуть меня в мир живых?

- Я получил научную степень за исследование в области нетрадиционной медицины племени Наварра, обитающем на одной из планет дальнего космоса. Мне удалось доказать влияние энергетического воздействия на организм, а также эффективность духовных практик. В связи с тем, что распространенные в медицине методы в вашем случае не помогали, я прибег к другому способу, - сказал гуманоид, наблюдая за тем, как я изучала свои испещренные странными голубыми рисунками руки. - Это специальное красящее вещество с планеты наварров, оно смоется само через пару суток.

Следуя наитию, я обнаружила подобные символы на всей своей коже, от шеи до самых пяток, и мне стало очень интересно, как именно проходил этот обряд.

- Я сообщил адмиралу о том, что вы пришли в себя, - нажав несколько сенсорных кнопок на портативном устройстве, сказал мужчина. - Он просил уведомить его, как только это произойдет.

- Я не хочу его видеть, - резко ответила я.

- Он очень переживал, - неодобрительно взглянул на меня собеседник. - Тем, что вы все еще живы, вам нужно быть благодарной в первую очередь ему.

Слов признательности в адрес бывшего подопытного у меня не нашлось, и я тяжело откинулась на подушки, ощущая невероятную слабость.

- Какие у меня прогнозы, доктор?

- К сожалению, неутешительные, - покачал он головой. - Я не берусь сказать, сколько вы проживете, это может быть цикл, половина цикла или же десять суток. Ваше тело искалечено, нарушено функционирование абсолютно всех органов, и в какой именно момент ситуация усугубится - неизвестно. В вашем случае нужно ценить каждое мгновение, потому что завтра может превратиться в никогда.

Гуманоид в белом халате говорил что-то еще, но я его толком не слушала. В скорости он удалился, чтобы дать мне отдохнуть, а потом меня навестил тот, кто косвенным образом повлиял на совершенный мною необдуманный поступок. Ариец был одет в безупречно сидевшую на нем форму, и ему можно было причислить лишь один недостаток - слишком хмурое выражение лица.