Правила качка (ЛП) - Ней Сара - Страница 32

— Хм, я понимаю, что мы не можем вернуться и отменить это, но это не значит, что мы должны продолжать это делать. Вероятно, нам следует…

— Слишком поздно.

— Но…

— Нет.

— Прекратить это.

— В следующий раз, когда ты придешь, я, наверное, нарочно испорчу котел, чтобы было очень холодно.

Тэдди закатывает глаза, и это восхитительно.

— Как будто я на это куплюсь.

— Стоит попробовать.

— О чем ты говоришь? Ты хочешь, чтобы я вернулась?

— Разве тебе здесь не нравится?

— Да, но я не собираюсь приходить сюда только для того, чтобы мы могли пошалить.

— Еще мы можем смотреть кино. И есть.

Очевидно, друг друга.

— Кип.

— Тэдди.

Она встает, расстроенная этим разговором, хватает куртку со спинки стула и встряхивает конский хвост.

— Мне пора идти.

Я изучаю ее через стол.

— Ладно. Дай я возьму ключи и обую туфли.

Она знает, что спорить не стоит; мы уже однажды говорили об этом. Кроме того, на улице холоднее, чем у ведьмы под сиськой, и я знаю, что она не захочет идти домой пешком. Не то чтобы я ей это позволял.

— Спасибо.

Тэдди наблюдает, как я сажусь на корточки, хватаю свои ботинки и завязываю шнурки, один за другим, согнувшись в талии, пальцы заняты работой. Когда я поднимаю взгляд, ее карие глаза напряженно смотрят на мои руки.

Да, именно так — эти пальцы были внутри тебя прошлой ночью. Посмотри на них долгим, тяжелым взглядом и представь, что ты хочешь, чтобы они снова оказались там.

— У меня сегодня вечером игра, если ты захочешь пойти. — Затягиваю шнурки потуже, а потом занимаюсь другим ботинком.

— Сегодня вечером? — Она удивленно вскидывает брови.

— Да. Это всего лишь тренировочная игра, но будет весело — холодно, но весело.

— Хм... может быть?

— Тэдди?

— Хм?

— Не стоит надумывать лишнего, ладно?

— Я не думаю! — она отвечает слишком быстро, и я смеюсь, потому что она действительно думала.

— Уверен, что нет. — Я кокетливо подмигиваю ей, выпрямляясь во весь рост. — Тебе это может понравиться — я имею в виду, что ты приедешь сегодня вечером.

Я говорю об игре, но это звучит так, как будто я имею в виду кое-что другое.

— Не уверена.

— Это в парке Андерсон-сквер. В пять часов вечера.

— Ладно.

— Так ты придешь?

— Я... подумаю об этом.

Она обязательно придет, я это точно знаю. Она слишком мила, чтобы подставить меня.

Точно так же, как она слишком мила, чтобы сказать своему «другу», чтобы она отвалила.

Я быстро добираюсь до Тэдди дома, высаживаю на подъездной дорожке к дому, где она живет. Хмурюсь, когда думаю о том, что она живет в квартире на первом этаже.

Вспоминаю, что мы до сих пор не обменялись номерами телефонов.

— Хочешь записать свой номер в мой телефон?

— Гм, конечно.

После этого оставляю свою машину на холостом ходу, чтобы посмотреть, как она идет к своему дому. Тэдди дважды оглядывается через плечо и оба раза неуверенно машет мне рукой.

Так чертовски мило.

Тэдди

Кип: У меня есть для тебя задание.

Я: Хочу ли я знать, какое?

Кип: Скорее всего, нет. И ты, вероятно, подумаешь, что это действительно неуместно.

Я: Тогда, может быть, тебе не стоит говорить мне об этом.

Кип: Хорошо.

Минуты тикают, а я ни за что на свете не могу придумать зрелого ответа. Обернувшись полотенцем, прислоняюсь к стойке, держа в руке телефон и глядя на экран. Жду, когда Кип снова напишет мне.

Он не пишет.

Я не могу этого вынести.

Я: Прекрасно. Что это?

Кип: Ты должна неподобающе прикасаться к себе.

Я: И что это должно означать?

Кип: Ну, знаешь... мастурбировать.

Я: Ты прав — это совсем не то, что нужно говорить кому-то.

И он совершенно потряс меня.

Кип: Я думал, что мы уже прошли стадию неловкости друг с другом.

Я: Нет. Определенно, все еще на этой стадии.

Кип: Ну дерьмо…

Кип: Ты все еще собираешься прийти сегодня вечером, или я все испортил, будучи извращенцем?

Я: Не волнуйся. Я все равно приду.

Когда вытираю конденсат с зеркала от пара из душа, я стою у стойки в ванной и смотрю на свое отражение.

Смотрю на мои груди. Плечи.

Живот.

Подстриженный клочок волос у меня между ног.

Чувствую, что краснею, несмотря на прилив крови от горячего душа, который я только что приняла, грудь и шея краснеют с каждой секундой, когда я стою здесь, разглядывая себя.

Я не могу этого сделать.

Не могу дотронуться до себя.

Ну, я могу, только не так.

Однако... приподнимаюсь на цыпочки и слегка раздвигаю ноги, наклоняю голову, чтобы посмотреть, какой урон нанесла борода Кипа.

Красный, красный, красный.

Красное пятно между моих бедер, как я и предполагала.

И болит тоже.

Почему так болит? У меня не было секса.

Разве это нормально?

Стоит ли мне погуглить? Что бы я вообще искала: болит после орального секса? Почему у меня так болят ноги после того, как на меня вылизал парень? Почему у меня на внутренней стороне бедер небольшие царапины?

Мое лицо становится горячим, когда я думаю об этом.

Думаю о нем.

Перемена в нем за одну ночь, он говорит со мной так, будто хочет... большего. Кип еще не сказал этого, но уже не смотрит на меня так, как раньше. Он смотрит на меня так, как будто... запал на меня. Сегодня утром, когда он осмотрел меня с ног до головы, клянусь, ему захотелось поднять меня и отнести наверх и... сделать со мной всякие вещи.

Мне потребовалась моя стойкость, чтобы не смотреть на промежность его штанов, чтобы проверить стояк.

Все это так тревожно для меня. Я не привыкла к мужскому вниманию, не привыкла к тому, что кто-то вроде него хочет видеть во мне нечто большее, чем просто друга.

От всего этого у меня внутри все переворачивается.

Моя рука лежит там, на животе. Двигается вниз, чтобы я могла выровнять дыхание.

Вот каково это — иметь бабочек?

Они появились из-за него? Это не то, что я планировала для себя — Кип не в моем вкусе, даже близко. Когда представляю себя с парнем, я представляю его ухоженным. Красивым. Без волос на лице, и уж точно не тот, у кого волосы красивее моих.

Кип чем-то смутно напоминает мне того парня Брока, парня из InstaFamous, который снимает на видео, как он сам закидывает волосы в пучок, но еще более волосатый. И не такой самоуверенный и самодовольный.

Поцеловать его с бородой оказалось не так уж плохо, как я думала, — если бы думала об этом. Конечно, он мог бы, вероятно, использовать какие-то средства по уходу, чтобы сделать её мягче, но в целом, не самое худшее.

Если не считать сыпи на моих щеках.

Мой телефон звонит, и я хватаю его, ожидая увидеть имя Кипа, сердце бешено колотится.

Вместо этого с разочарованием вижу, что это от парня из одного из моих классов гражданского права, который преследует меня о предстоящем банкете инженерного факультета — событии, которое я не могу позволить себе посетить, не говоря уже о том, чтобы внести свой вклад в виде пожертвования.

Я бы даже не поехала туда, если бы не этот грант — там мне его вручают, но я все равно должна купить билет.

И насколько это глупо?

Тайлер: Привет. Мы пытаемся получить окончательную численность гостей для сбора средств. Ты получаешь билет или как?

Я: Я до сих пор не знаю, почему я должна покупать билет, когда я там получаю грант... это глупо

Тайлер: Потому что это сбор средств, Теодора. Департамент тоже нуждается в деньгах.