Правила качка (ЛП) - Ней Сара - Страница 33

Я не знаю, как Тайлер узнал мое настоящее имя, но он часто использует его, и это сводит меня с ума. Как будто мы друзья, и у него есть такая привилегия.

Я: Знаю, знаю, просто сейчас я действительно на мели. На самом деле у меня нет лишних денег на билет, вот и все.

Тайлер: Ты хочешь, чтобы я записал тебя на пожертвование, если ты не планируешь присутствовать на обеде? Мы собираем корзины для негласного аукциона.

Я только что сказала, что у меня нет денег! С чего бы мне вдруг захотелось сделать им пожертвование? Тьфу! Он спрашивал меня об этом не меньше десяти раз, и я ответила «Нет» на каждый из них.

Я: Я так не думаю. Нет, на пожертвование. Не уговаривай. Хаха.

Тайлер: Но на ужин — да?

Я: Это ведь не значит, что у меня есть выбор, не так ли? Я буду выглядеть как идиотка, если буду стоять в задней части комнаты, пока все остальные едят, ЛОЛ.

Тайлер: Один билет или два?

Мне хочется биться головой о стол.

Я: Сколько стоят билеты? Напомни.

Тайлер: 25 долларов за одного человека, 35 долларов за пару.

Я: Ммм... Хм…

Я прикусываю нижнюю губу; если я куплю билет для пары, то смогу кого-нибудь привести. Типа свидание.

На ум приходит Кип.

Неужели у меня хватит мужества попросить его быть моим кавалером для чего-то столь важного, как это? И что бы я сказала? Если я спрошу его, вдруг он получит неверное представление об этом?

Я почти уверена, что большинство моих друзей из департамента будут с парами, и я буду чувствовать себя менее неловко, если тоже приведу кого-нибудь.

Но Кип?

Он действительно не самый безопасный выбор; что, если он скажет что-то нехорошее и смутит меня? Что, если он будет есть, и кончится тем, что еда окажется у него в бороде и сделает это неловким?

Я никогда не видела его ни в какой другой обстановке, кроме вечеринки в доме регби и его дома.

Я забегаю далеко вперед, но Тайлер продолжает взрывать мой телефон, и я должна принять решение.

Я: Я думаю, что возьму два билета.

Тайлер: Круто.

Его ответ раздражает меня, я переворачиваю телефон на стойку и продолжаю сушить волосы феном. Я подумаю о том, что делать позже —может быть, мне захочется спросить его после сегодняшнего матча по регби.

Поворачиваюсь лицом к зеркалу, отбрасываю мокрые пряди и смотрю себе в глаза.

— Кип, не хочешь ли ты пойти со мной на банкет? — спрашиваю я свое отражение. — Просто как друзья. Это будет не настоящее свидание. — Провожу щеткой по волосам. — Кип, хочешь пойти со мной на одно дельце? Ничего страшного, если ты не можешь. Без разницы.

Я вздыхаю. Боже, какой отстой.

— Эй, Кип, отличная игра… э-э, матч. Так вот, мне было интересно, если ты ничем не занят в следующую пятницу, то у меня есть одна вещь, на которой я должна быть…

По какой-то причине кисточка находится у моего рта, как микрофон, как будто я репортер на месте действия репортажа. Я съеживаюсь и кладу её на стойку.

Может быть, мне стоит написать ему на этой неделе. Это, конечно, было бы легче. Если я буду ждать достаточно долго, он начнет строить планы на пятницу и скажет «нет», тогда я сорвусь с крючка.

Но если это сделаю, а он откажется, то письмо будет вечно висеть у меня на телефоне, в письменном виде, и я буду видеть его каждый раз, когда он мне пишет.

«Он не скажет «нет», — говорит мне внутренний голосок.

Кого я обманываю. Он согласится.

Он скажет «да», потому что я такая везучая, и тогда мне действительно придется вывести неандертальца на публику; без сомнения, он наденет эти ужасные рабочие ботинки.

Но нам будет очень весело.

Мне и Сасквотчу.

Я стону, улыбаюсь в зеркало и что-то напеваю.

ГЛАВА 8

ВТОРАЯ СУББОТА (На игре)

День, когда я просто сижу и смотрю, как они пинают друг другу яйца.

Тэдди

Я здесь не единственная одинокая девушка, но единственная, кто здесь без одеяла или стула.

И почему мне не пришло в голову взять его с собой?

Я осматриваю местность в поисках сухого места.

Опускаюсь на землю, сижу, скрестив ноги, лицом к полю для регби. Прочесываю взглядом тела в поисках Кипа, высматривая среди гигантов его знакомую фигуру.

Я знаю, что они не все такие большие, как он, но с моей точки зрения они все Голиафы. Волосатые ноги, высокие спортивные носки, уже испачканные грязью и травой, и одинаковые майки. Слишком много широких грудей, чтобы их можно было сосчитать.

А затем…

Вот и он.

Растягивается, туловище сгибается, его толстые бедра и задница направлены в мою сторону. Даже в группе задумчивых детей-мужчин он стоит особняком со своим самодовольным видом, двигается для растяжки.

Копна волос Кипа поднята вверх, закручена на макушке, и у него повязка на голове — вместе с резинкой на бороде, — и это заставляет меня улыбнуться.

Что это за чертовщина такая?

Я продолжаю изучать его.

Он только что вставил каппу в рот. Ярко-синие бутсы, впивающиеся в землю. Повязка вокруг его бицепса с буквой «К» на ней.

Я не знала, что он капитан команды — с другой стороны, я никогда не спрашивала его об этом.

— И кого ты здесь хочешь увидеть? — спрашивает чей-то голос у меня за спиной, заставляя меня оторваться от моего пристального изучения.

Я резко оборачиваюсь.

Две девушки стоят с клетчатыми одеялами Айовы в руках, с любопытством глядя на меня сверху вниз.

— Мы тебя здесь раньше никогда не видели, — говорит одна из них. У нее темные волосы и приятная улыбка, а в правой руке она сжимает термокружку. — Но я подумала, что раз ты здесь одна, значит, встречаешься с одним из парней, а не просто гоняешься за спортсменами.

Я краснею, несмотря на холод.

— О, хм, я друг Кипа Кармайкла. Он, э-э, пригласил меня.

— Кип Кармайкл... пригласил тебя? — Это скорее утверждение, чем вопрос, и четыре брови взлетают вверх.

Я спешу все объяснить.

— Мы друзья.

— Друзья. Как скажешь... — напевает та, что с черными волосами. — Не возражаешь, если мы присядем? Мы можем рассказать тебе все правила игры.

Я стону.

Еще больше правил.

— Я Рене, — говорит брюнетка. — А это Миранда. Я встречаюсь с Брайаном Фрименом — он номер четыре. — Она тычет фиолетовым ногтем в сторону поля. — А Миранда помолвлена с номером тринадцать, Томасом Деннисоном.

Помолвлены? Вау.

Миранда протягивает руку, показывая крошечный камешек на безымянном пальце левой руки.

— Осталось всего четыреста девяносто семь дней! — она визжит, расстилая одеяло и садясь рядом со мной. — Хочешь поделиться? Земля такая холодная. А ты думала, что здесь будут трибуны?

Я на это рассчитывала.

— Вроде того?

— Обычно так и бывает, но это всего лишь тренировочная игра, так что они играют не на настоящем поле. Это больше похоже на забаву.

— Больше похоже на выставочную игру, — уточняет Рене.

Миранда поводит рукой туда-сюда, любуясь своим обручальным кольцом.

— Мы всегда должны сидеть здесь и надеяться, что они не пострадают во время одной из этих игр.

— А что будет, если они пострадают?

— Ну ладно, — начинает Миранда. — Во-первых, они не смогут играть — это очевидно, а во-вторых, некоторые из этих парней хотят играть за границей. Ну, знаешь, в Британии или где-то еще.

— Этот спорт очень популярен в Англии, — объясняет Рене. — Больше, чем здесь. Здесь всем плевать.

— А ваши парни хотят играть после колледжа?