Правила качка (ЛП) - Ней Сара - Страница 36

Кип пожимает гигантскими плечами.

— Даже не знаю.

Он выглядит как воин-викинг, высокий, внушительный и светловолосый. Борода завязана этой резинкой, так что она ему не мешает, пряди волос выпали из пучка.

Он викинг, который только что сражался в желто-черной майке.

Широко расставив ноги, он тяжело дышит и смотрит на меня под уже освещенными уличными фонарями. Мы пробыли здесь так долго, что уже стемнело, и парковка начала пустеть, когда игроки и зрители направились домой.

— Так... куда ты собралась? — снова спрашивает он, заложив руки за голову, выпирая бицепсами.

— Домой?

— Почему?

Ух. Разве дом — это не правильный ответ?

— Я должна вернуть машину Тессы, но у меня вроде как нет планов.

— Так ты придешь ко мне?

Он хочет, чтобы я приехала? Он видел меня вчера вечером и сегодня утром, разве этого недостаточно?

— Я не знала, что ты этого хочешь.

— У меня тоже нет никаких планов.

— Конечно, нет, ведь сегодня не вечер пятницы. — Я ловлю себя на том, что кокетливо подмигиваю ему.

— Мы могли бы сходить в кино. — Его ноги все еще раздвинуты в стороны, от холодного воздуха в нашем дыхании образуется пар.

— После матча, который вы только что сыграли? Ты, должно быть, устал.

И изрядно потрепан, если учесть кровь на его майке, царапину на колене и порез на губе…

Господи, он выглядит просто ужасно.

Как настоящий зверь.

И мне это даже нравится.

— Или мы можем заказать пиццу, заморозить мою ногу и сидеть без дела, — предлагает он, все еще сцепив руки за головой. Это делает его грудь шире и тверже, сетчатая майка натянута поперек нее.

Черт возьми, он в хорошей форме.

— Так я обычно и делаю, — продолжает он.

— Могли бы.

Кип опускает руки, обдумывая.

— Я последую за тобой, чтобы ты могла вернуть машину Тессы, а потом отвезу тебя ко мне.

Он говорит это небрежно, как будто это так просто, как будто мы делали это миллион раз раньше.

— Ладно.

— Круто.

Круто.

ГЛАВА 9

ВТОРАЯ СУББОТА (После игры)

Давай. Прикоснись к нему.

Кип

У Тэдди что-то на уме, я вижу это по тому, как она смотрит на меня. Маленькие, быстрые, украдкой бросаемые взгляды, когда она думает, что я не смотрю на нее, но я замечаю.

Она вся раскраснелась с тех пор, как мы приехали ко мне домой, клубок нервной энергии, причину которой я никак не могу понять.

Не то чтобы она не была здесь раньше.

Не то чтобы я не касался ее сисек или трахал её своим языком.

Я шлепаю пакет со льдом на свое распухшее колено, в то же время мой взгляд падает на ее грудь. Ее плоский живот. Она сидит рядом со мной на полу в гостиной, аккуратно поджав под себя ноги.

Именно в этот момент она двигается, распрямляясь и вытягиваясь, шевеля пальцами ног, когда вытягивает их перед собой. Ногти выкрашены в довольно яркий розовый цвет.

— Красивые пальчики.

Она снова шевелит ими.

— Спасибо.

Красивые пальчики. Классные сиськи. Красивая... вся.

Чертовски жаль, что было темно, когда я пробовал её прошлой ночью; я умираю от желания увидеть ее обнаженной, умираю от желания снова увидеть ее распростертой на моей кровати. Хочу услышать ее стон и почувствовать, как она хватает меня за волосы.

Мы осилили всю большую пиццу больше двух часов назад, и ни один из нас не смотрит фильм, который мы выбрали, какую-то комедию о каких-то старых парнях, которые играют в бла-бла-бла — хрень какая-то.

— Может, посмотрим что-нибудь еще? — предлагаю я, скучая.

— Нет. Уже довольно поздно.

Поздно?

Я переворачиваю телефон, чтобы проверить время: 12:29.

— Мне пора идти, — нерешительно говорит Тэдди, теребя подол своей простой серой футболки.

— Или... ты можешь остаться на ночь. — Я бросаю ей ленивую улыбку. — Сейчас здесь тепло.

Это значит, что ни один из нас не замерзнет, если разденется догола.

Она делает паузу.

— Все починил?

— Да. Все сделал сам, помнишь?

— Так удобно, — поддразнивает она. — По шкале от одного до десяти, насколько тебе больно?

Я обдумываю этот вопрос.

— Пять.

На самом деле пятнадцать, но я ей этого не говорю. Я не хочу, чтобы она была нежна со мной на случай, если она решит остаться, и попозже будет прикасаться ко мне.

— Только пять? — Сомнение написано на ее великолепном лице. — Почему я тебе не верю?

— Потому что я законченный врун. Кроме того, борода скрывает большую часть моего выражения лица, — я по-волчьи ухмыляюсь.

— И ты не думаешь, что мне следует уйти?

— Только если ты сама этого захочешь.

Я постукиваю по ее пальцам ног своим большим пальцем.

— А ты хочешь, чтобы я осталась?

О, черт, она собирается заставить меня сказать это. Почему девушки так поступают? Разве она не понимает этого, если я говорю, что она может остаться на ночь, то хочу, чтобы она осталась на ночь? Ей нужно, чтобы я объяснил ей это сейчас?

Тьфу. Черт возьми.

— Я хочу, чтобы ты осталась.

И я не хочу, чтобы ты спала в гостевой спальне. Я хочу, чтобы ты спала со мной. Подо мной. Надо мной. Рядом со мной.

— Ты хочешь меня обнимать?

Я хочу сделать больше, чем просто обнимать ее.

Я понимаю, что Тэдди девственница, но это не мешает мне хотеть ее.

Она удивительная компания. Она милая, красивая и умная. У нее доброе сердце и отличная задница, а кто может все это превзойти?

— Да.

— У меня нет пижамы.

Почти уверен, что мои ноздри раздуваются именно в этот момент. Тот факт, что ей не в чем спать, приводит меня в восторг.

— У меня тоже, — ухмыляюсь я

— Ты не устал?

Какое это имеет отношение ко сну?

— На самом деле, да.

Хотя сейчас я чертовски хочу, чтобы это было не так.

— И я тоже.

Я встаю и протягиваю ей руку, чтобы помочь подняться. Целую ее в макушку и... беру ее за руку.

Иисус.

Так по-домашнему.

Я позволяю ей первой подняться по лестнице, пристально глядя на ее упругую попку и покачивающиеся бедра.

Мы быстро чистим зубы; Тэдди умывается, пользуется туалетом.

Затем, когда мы стоим рядом с кроватью, и она полностью одета, это внезапно становится чертовски неловко, и единственное, что можно сделать, это помочь ей выбраться из этого. Потому что я джентльмен, и именно этим мы, бл*дь, и занимаемся.

Первой идет футболка.

Я тяну её вверх, позволяя упасть на пол.

— Это нормально?

— Да, — шепчет она.

Свет включен, так что я могу видеть каждый дюйм ее кожи. Ее высокая грудь в белом хлопчатобумажном лифчике, который она надела. Ничего кружевного, ничего слишком сексуального. Только Тэдди.

Лифчик остается, а она выбирается из черных леггинсов.

Опускает их вниз, по бедрам, затем выходит из них.

Практичные, белые хлопчатобумажные трусики.

Никаких стрингов. Ни кружевных шортиков. Никаких кокетливых тонга.

Мило.

Разумно.

Она разворачивается и запрыгивает в постель. Подползает к центру и зарывается под одеяло. Натягивает его прямо до подбородка, видны только плечи и бретельки лифчика.

От этого мне хочется нырнуть под одеяло и сделать с ней грязное, отвратительное дерьмо.

Я оставляю прикроватную лампу включенной.

Залезаю внутрь.

Лажусь на спину, закинув руки за голову, и смотрю в потолок.

— Спасибо, что пришла сегодня.

И осталась.

— Спасибо, что пригласил меня. Это было познавательно, это уж точно.

Я поворачиваюсь к ней лицом.

— Тебе было весело?

— Да. Я познакомилась с Рене и Мирандой.

С кем?

— Кто это?

— Ну, подружки Брайана и Томаса.

— А, эти двое. Да, они вполне приличные люди. Я часто вижу их. Они приходят почти на каждую игру, даже на выездные.

— Неужели?