Данфейт (СИ) - Рэй Даниэль Зеа - Страница 60

— Ты кровью истечешь!

— Велика беда! — хмыкнула Данфейт и поближе подошла к Террею.

Погладив друга по плечу, она, вдруг поняла, что все эти лица, мелькающие перед глазами, раздражают ее. Они не слышали друг друга, перебивая и споря, настаивая на своем и призывая Йори надорвать оболочку Террея. Им было наплевать на чувства Йори, на его мотивы и побуждения. Им были непонятны его попытки найти разгадку этого явления. Они смотрели на Террея, как на мужчину, сильного, когда-то равного им, и знали, что он выдержит этот удар. Но его зрячий смотрел на любимого человека, которому не хотел причинить боль.

— Разойдитесь, — вдруг произнесла Данфейт.

Естественно, никто ее не услышал.

— Разойдитесь, я сказала!!! — прокричала Дани и пересеклась взглядом с Сермилли, ублюдком, сломавшим ей два ребра…

— Кто ты такая, чтобы открывать здесь свой рот! — ответил тот и усмехнулся.

— Я — матриати! — с презрением прошипела Данфейт и сжала руку на плече Террея в кулак.

— Нашла, чем гордиться, потаскуха!

— Как ты меня назвал?!

— Как ты ее назвал?! — в один голос воскликнули Кимао и Орайя.

— Смотри, и защитники тут же нашлись! Всем дала или кого-то обидела?!

— Да, как ты…

Кимао бросился на Сермилли первым, ударом в грудь осадив придурка на пол.

— Знай, к кому обращаешься, урод!!!

Орайя тут же оказался рядом с братом, оттаскивая его от сокурсника. Остальные присутствующие начали возмущаться. Кто-то принял сторону Сермилли, кто-то заступился за Кимао и Данфейт. Кто-то начал кричать и, кажется, пытаться ударить другого.

— Видишь, что ты натворила, — услышала Данфейт за спиной.

Преподобный стоял возле нее и, кажется, тоже был зол.

— Уходи, пока они не перегрызлись!

— Я?

— Ты! Пошла вон! Немедленно!

Данфейт отняла руку от носа и набрала в грудь воздух. Действительно, раздражение — это ее эмоция, не их. Она не контролирует это, а значит, не контролирует ни Кимао, ни всех остальных.

— Кимао! — прокричала Айрин, бросаясь к Кимао и заслоняя собой Сермилли, встающего с пола. — Оставь его! Он — придурок!

— Пусть рот свой закроет, придурок!

— Это ты закройся! Никто больше не боится тебя, Сиа. Твой паразит все из тебя высосал!

Кимао занес руку, но Айрин вцепилась в нее, пытаясь опустить.

— Успокойся, Кимао! Прошу тебя, успокойся!!!

Кимао остановился, тяжело дыша и не отводя глаз от Сермилли.

— Все хорошо, — произнесла Айрин, прикасаясь пальцами к его лицу и поглаживая. — Все хорошо, я с тобой.

— Ненавижу… — прошептала Данфейт и, закрыв глаза, закричала, что было силы.

Выплескивая свои эмоции, она пыталась унять тот гнев, который накрыл ее с головой при одном взгляде на руки сестры, прикасающиеся к Кимао.

Все обернулись, глядя, как она кричит, зажимая свои уши, а из носа ее на пол хлещет кровь. Когда воздуха в груди не осталось, она согнулась пополам и вдохнула полной грудью, отпуская свой гнев и опустошая свои эмоции.

Все молчали, глядя на нее, и Кимао тоже.

Данфейт разогнулась и, спокойно выдохнув, размазала кровь по лицу.

— Дело в нас. Оболочки — это мы. На нас влияют, но это наша реакция, а не того, кто воздействует.

Данфейт обернулась к Йори:

— Он просто не хочет, чтобы ты жалел его. Жалость для таких, как мы, — унизительное чувство. Освободи его так, как должен! Не можешь «размотать», — «разорви», но не выставляй на посмешище, проводя в поисках утраченного края часы!

— Откуда ты…

— Покажи им, что он так же силен, как и ты. Докажи, что мы, матриати, сделаны из того же теста, что и зрячие!

Данфейт снова вытерла рукавом нос и посмотрела на Кимао.

— Кажется, мне пора умыться, — произнесла он и, развернувшись, спокойно покинула аудиторию.

— Данфейт! — услышала она за своей спиной, влетая в туалет и склоняясь над раковиной.

— Это я во всем виновата. Прости меня. Я не хотела…

Смывая с лица кровь, она пыталась остановить ее, но красная все равно текла сквозь пальцы.

— Юга, да сделай же ты что-нибудь! — закричала Данфейт и посмотрела на Кимао.

— Не могу, — произнес тот. — Ты «запаяна» так же, как и Террей.

— Твою мать! Тогда рви! Рви давай!!!

— Данфейт…

— Рви, я сказала!!! — закричала Дани и поняла, что плачет.

Кимао подошел к ней, стирая с ее лица кровь рукавом своего дорогого костюма.

— Легче сказать, чем сделать, — ответил он и погладил ее по лицу.

— Рви… — прошептала Данфейт, закрывая глаза.

— Готова?

— Да.

Она почувствовала его губы на своих губах и, словно найдя спасение от предстоящей боли, впилась в его рот. Вкус крови, которую он без отвращения пробовал языком, пошатнул ее самообладание. Как же… Это ведь все-таки ее кровь, а не его…

Данфейт ощутила его ладони на своей спине. Они сжимали ее костюм и спускались ниже, пока не достигли бедер. Данфейт прилипла к нему, желая только одного: чтобы он коснулся их и сжал, что было силы. Кимао склонился над ней и сжал пальцы, приподнимая ее, чтобы утянуть на себя. И Данфейт застонала. Очень тихо, почти беззвучно, но он услышал ее.

— Done Faitu… — произнес он, наступая на нее и оттаскивая назад, чтобы прижать к стене.

— Kimau…

Почувствовав опору за спиной, она вжалась в нее и, обняв его за плечи, оказалась сидящей на его руках. Ей хотелось большего. Сейчас! Здесь! Она хотела его и плевать было на то, где и как!

— Юга… — услышали они оба где-то позади.

Это моментально отрезвило обоих. Кимао обернулся и сквозь пелену вожделения посмотрел на Эрику, стоящую в дверях женского туалета.

— Юга, — произнесла Данфейт, сползая на пол и отстраняясь от Кимао.

Кимао выпрямился и не сразу обернулся к Эрике, которая, как ни в чем не бывало, подошла к умывальнику и начала мыть свое окровавленное ухо.

— С тобой все в порядке? — спросила Данфейт, останавливаясь возле другого умывальника и включая воду.

— Нет, — односложно ответила Эрика и, вытерев руки салфетками, вышла из туалета.

Данфейт посмотрела на себя в зеркало и только тогда поняла, что кровотечение из ее носа остановилось.

— Я даже не заметила, как ты обошел петлю.

— Я не обходил ее, это сделала ты.

— Я? — удивилась Данфейт и посмотрела на Кимао, лицо и костюм которого были перемазаны кровью. — Сама не знаю, как…

— Расслабилась просто, вот и все, — ответил Кимао и подошел к ней, наклоняясь к умывальнику и смывая кровь с себя и своего костюма.

— Значит, весь секрет был в моем напряжении?

— В твоем напряжении кроется много секретов, но больше их таится в твоем расслаблении.

Данфейт посмотрела на свой костюм и, стянув с себя камзол, начала его застирывать. Кимао повернулся к ней, молча глядя на объемную грудь в кружевном лифчике.

— Как думаешь, быстро высохнет? — спросила она, выполаскивая темно-коричневую ткань в раковине.

— По такой жаре минут за тридцать.

Кимао решил последовать ее примеру и, так же сняв с себя камзол, принялся его намыливать жидким мылом. Данфейт повернула к нему голову и застыла. Она разглядывала его обнаженный торс, пробегая глазами по рельефу мышц на груди, животе, спине и руках.

— Нравится? — вызывающе произнес Кимао, бросая камзол в раковину и поворачиваясь к ней лицом.

Дани приподняла брови, не зная, как ей реагировать, а потом улыбнулась и посмотрела на свою грудь в лифчике.

— А тебе? — так же вызывающе произнесла она и провела пальцем по мышцам своего напряженного живота.

— Дурочку не строй из себя! Тебе не идет!

— А ты перестань вести себя так, будто ничего не произошло!!!

— Все дело в моем признании, не так ли? Не скажи я тебе, все было бы намного проще!

— Причем здесь это? — повысила тон Данфейт.

— Ты теперь полагаешь, что несешь ответственность за мои чувства! Ты сторонишься меня, опасаясь спровоцировать в самый неподходящий момент или просто обидеть, потому что у тебя это легко получается. Не надо, слышишь? Не нужно пялится на мою грудь и оценивать! Не нужно целовать меня так, как будто сама не можешь прожить без этого! У похоти и любви разные взгляды, и я прекрасно различаю их!!! Ты ничего мне не должна, слышишь?! Мои чувства — это моя проблема, и я справлюсь с ней сам, если тебя это так беспокоит!!!