Рыцарь для Аси (СИ) - Чернякова Наталья - Страница 23

— Все просто: я не меняла фамилию ни при первом замужестве, ни при втором. Лариса на фамилии первого мужа — вот и весь секрет. Лучше расскажи о себе, — попросила Василиса Николаевна.

— Да ты почти все обо мне знаешь: работаю хирургом, двое детей, в разводе.

Внезапно раздалась трель звонка, и, поговорив минуты две по телефону, Игорь Семенович откланялся: — Милые дамы, должен вас оставить: как всегда, аврал на работе, поеду, как говорится, тучи разводить руками.

— Игорь совмещает две должности: работает начальником отдела по труду в мэрии, а также начальником трамвайного депо. На зарплату в Администрации города не очень разживешься, откуда, думаешь, у нас такой замечательный дом? Правильно, не было бы его, если бы не вторая прибыльная должность мужа, — разъяснила довольная жизнью Василиса Николаевна.

Лариса сидела в кресле, надев наушники, и, закрыв глаза, слушала рок.

— Дочь, сними наушники, неприлично так себя вести в обществе, — попросила Василиса Николаевна. — Не слышит. Настя, давно хотела спросить, почему ты не вышла замуж за Виталия, ведь у вас были такие высокие чувства? Все думали, что поженитесь.

— Сама себе не могу этого объяснить. Наверное, влюбилась без памяти в Илью, бывшего мужа. Он же у меня весельчак и балагур, умеет женщин обольщать, дамский угодник. Вот и повелась на его ухаживания и комплименты. Но жизнь все расставила по своим местам. Мы в разводе, как ты знаешь.

— А Уварова больше не видела?

— Ну, как же? Он ко мне тепленьким прямо на операционный стол угодил полгода назад. С тех пор дружим, в больницу ко мне иногда приходит, часто звонит.

— Замуж зовет?

— Нет. Он женат, если ты не в курсе, — вздохнув, неохотно ответила Анастасия Львовна.

— Я пойду в свою комнату, нужно заниматься, — вдруг сказала Лариса, широко улыбнувшись. — Рада была познакомиться с матерью неадекватных детей.

— Лариса, прекрати, что за хамство? — возмущенно прикрикнула Василиса Львовна. — Совсем от рук отбилась. Прости, пожалуйста, Ларису. Она стала такой грубой, узнав, что Старухин ей не отец, — и, минуту помолчав, продолжила тихо и обреченно: — Уваров — отец моей дочери.

Глава 9 ЕГЭ — ловушка

Преданность негодяев так же ненадежна, как они сами.

Плиний Младший, древнеримский политический деятель

— Уваров — отец твоей дочери, — повторила безжизненным голосом Анастасия Львовна. — Как же это возможно, Васька?

— Вот так и возможно. Я его всегда любила, еще до ваших с ним отношений. Но Виталий предпочел тебя, и я ушла в сторону, ведь третий должен уйти. Ты уже была замужем, когда он, вернувшись из армии, все метался и повторял точно такие же фразы: «Как же так? Как это возможно? Она же обещала ждать, я верил ей, как самому себе». Ты вообще была в курсе, что у него мама серьезно болела, что заболевание прогрессировало с каждым днем сильнее? Нет? Конечно, ты же никем из нас не интересовалась. Уехала и все забыла. Когда Виталий остался без работы, он крепко запил, потому что всех потерял и смысл жизни тоже потерял. Я в то лето его из пепла возрождала, как птицу Феникс. Однажды, очередной раз вытащив из подворотни, я привезла Виталия к себе домой почти недвижимого, все его девяносто килограммов. Он принял меня за тебя, все называл Асенькой и ни на шаг не отпускал. Так мы с ним и уснули на одной кровати. Позже Виталий не мог вспомнить, как оказался у меня, а потом, махнув рукой, сказал, что ему уже все равно: где он, с кем он. Так наша дружба перешла на другой уровень отношений. Я любила его, очень любила. А Виталий никак не мог тебя забыть. Однажды, когда очередной раз абсолютно трезвым он назвал меня Асенькой, я поняла: Уваров тебя никогда не вычеркнет из своей памяти, и в конце лета уехала из Энска в Барнаул, да там и осталась. Очень быстро уже будучи беременной от Уварова вышла замуж за однокурсника. Да, пришлось обмануть парня, но мне нужно было устраивать свою жизнь. Виталию я ничего не говорила, да и что могла сказать? Уехала, когда еще не знала о своем положении. А потом возвращаться и что-то объяснять было стыдно. И Старухину все рассказывать не хотелось, у нас с ним были давние отношения, еще до Виталия, Сергей тем летом, перед отъездом на каникулы в Энск, позвал замуж, я и обещала подумать. От общих знакомых вскоре узнала, что у Виталия все хорошо, приступы значительно сократились, женился, ребенок маленький. Все сложилось, и я успокоилась. Мы со Старухиным растили Лариску, работали в архитектурном колледже, строили свой дом. Дочь в отце души не чаяла, сядет, бывало, у него на коленях и сидит, книжку читает, а он ее похваливает, по головке гладит. Сергей и не подозревал, что она не его ребенок, хотя сходства, конечно, между ними не было никакого. Училась дочь хорошо, мы ее с шести лет отдали в школу, все по кружкам разным бегала, много читала. И дальше бы так все продолжалось, если бы я не встретила и не полюбила Иванцова. Сергей уперся железобетонной стеной, не желая отдавать мне дочь, пришлось сознаться во всем и повиниться. Вернулись мы сюда, когда Лариса училась в седьмом классе. Иванцова она не приняла, а меня не простила. Вот поэтому озлоблена, а в последнее время и вовсе невыносима. Однажды я оказалась в том районе, где жил Виталий, и случайно в магазине на него наткнулась. Незнакомая мне женщина уговаривала Уварова не покупать спиртное. Позже я эту женщину встретила на собрании и поняла, что Резвых Настя — их дочь. Но почему-то у отца и дочери разные фамилии.

— Настя — дочь другого человека. Виталий женат на ее матери — только и всего.

— Не может быть. Они ведь похожи. Даже жестами.

— Есть во внешности некоторое сходство, потому что у обоих большие серые глаза и темно-каштановые волосы. А привычки, жесты и прочее — это объясняется просто: ребенок приобретает многое от своих родителей, ближайших родственников. Часто у членов семьи голоса кажутся одинаковыми из-за похожей интонации и мелодики речи. Последний вопрос: Уваров знает, что у него есть родная дочь?

— Нет, конечно, я так и не сказала. После моего побега мы больше никогда не общались.

— Я думаю, он должен узнать правду, непременно должен.

— Настя, скажи ему обо всем, пожалуйста, сама. Я не хочу разговаривать с Уваровым, тем более видеть его. Сочтет нужным — пусть позвонит Ларисе, запиши номер.

— А Лариса знает, кто ее отец?

— Знает. Я ей сразу все рассказала, когда случайно увидела Виталия.

Анастасия Львовна ехала домой и думала о том, насколько все зависимы от поступков друг друга. Вот она сломала жизнь другу, любимому человеку, в сущности, переступив через него, пошла дальше, даже не вспоминая о прошлом. «А ведь верно сказала Вася: я не интересовалась судьбами друзей, жила личными проблемами и заботами, часто жалея себя. Не жалеть нужно было, а сечь розгами, как унтер-офицерскую вдову, — винила себя женщина. — Ну, что ж, начинаем исправлять свои ошибки». И позвонила бывшему возлюбленному.

— Виталий, нужно встретиться.

— Асенька, я с удовольствием, говори где.

— В парке, у «Колеса обозрения». На нашем старом месте. В восемь вечера.

— Может, лучше сходим в ресторан?

— Нет, встречаемся в парке.

Он пришел раньше на полчаса и все гадал, чем вызвано ее желание увидеться. «Неужели, Ася хочет возобновить отношения? Я был бы этому несказанно рад. Только нужно как-то подготовить Надежду, не говорить сразу, что ухожу, а то что-то она в последнее время часто жалуется на сердце и на давление», — рассуждал Виталий Андреевич Уваров. Увидев Анастасию Львовну, бросился ей навстречу.

— Асенька, это тебе, — и протянул букет роз персикового цвета, — как ты любишь.

— Не знала, что помнишь о моем пристрастии к розам именно этого оттенка.

— Я помню все. Так о чем ты хотела со мной поговорить?

Анастасия Львовна изъяснялась долго. Она рассказала все о своей жизни с момента неудачного замужества и до сегодняшнего дня, всю душу обнажила, все силы выжала из себя своими откровениями.