Пленница бандита (СИ) - Орлова Юлианна - Страница 47

А пока я уперся руками в парапет балкона родительского загородного дома. На полянке бегал мой сын, а за ним гонялся соседский пес. Мысленно поставил себе галочку, что надо подарить сыну похожего. Судя по всему, любовь к животным у него ярко проявляется. А раньше…его бы и за уши нельзя было бы притащить вот так вот активничать. Хот я до сих пор боялся, что прошлое смогло бы повлиять на его психику, еще бы. С такой мамашей не мудрено стать психически нездоровым.

Ленивый взгляд скользнул по периметру: в садовом кресле расположились мои родители, которых я в очередной раз заставил пережить ад на земле. Видит Бог, не хотел, обещал матери, что все под контролем. Такой у тебя контроль, да? Я опустил глаза на костыль, стоящий рядом со мной. Ненавистный, но что поделать? Ходить полностью самостоятельно мне было все еще противопоказано, пусть я и старался в тихую вышагивать через боль, насквозь пронзающую тело. Мира порой ругалась, если заставала меня за этим, и, разумеется, мне было что слушать. От этого и тепло и гадко на душе, с одной стороны безумно приятно, что она так беспокоится обо мне, но с другой — куда ей волноваться. Приходится глотать ответ на каждый упрек, сжимать в руках и зацеловывать до потери здравого смысла.

Она все еще придерживалась тактики кнута и пряника, ее пряники мне особенно нравились, но что характерно, после каждого кнута, я получал свой пряник незамедлительно. И что-то в этой бесконечной цепочке мне все больше нравилось ругаться, чтобы потом мириться.

Сегодня мы собирались узким кругом, чтобы отпраздновать мое возращение из реабилитационного центра. Только родственники и друзья, спустя столько времени к нам вернулся отец Миры, да не один, а с дамой сердца, как он говорил. Моя девочка говорила, что после смерти мамы он ни с кем не был, а тут она его не узнавала. Да и я тоже, особенно после того, как буквально пьяное бревно застал тогда в доме. Он и двух слов связать не мог, а сейчас сидел в обнимку с женщиной за сорок, нежно поглаживал ее по спине. Кажется, в том реабилитационном центре он не только пошел на поправку, но и нашел смысл жизни. По крайней мере, теперь о нем можно было не волноваться, а то у Миры проскакивали разговоры, что «я как будто отца бросила». Нет, просто отпустила в свободное плавание, здоровым и счастливым. А присматривать за ним теперь есть кому. С работой я ему помогу, все остальные проблемы давно решены.

— Привет, друг, — Тимур подошел ко мне и протянул охапку шариков. «С возвращением, Кощей», «Косой и хромой, но все еще молодой». Своеобразное чувство юмора у моего друга, тут ничего не скажешь.

— А ты, как всегда, подошел к вопросу креативно, — ухмыльнулся я, посматривая на разноцветные гелиевые шары.

— Еще бы.

Тимур подозрительно радостно покосился на меня. Что-то тут было однозначно нечисто.

— А чего это ты такой довольный и сверкаешь, как начищенный самовар?

Мужчина качнулся на пятках, после чего перевел взгляд на Риту, стоящую вместе с моими родителями. Они все-таки присели хоть кому-то на уши с моими детскими фотками. Мире ведь уже показали каждый сантиметр фотографий с голым мной. И это совсем не те фото, за которые я бы гордился.

— Рита беременна, — приглушенно прошептал Тим. Глаза при этом искрились чистым счастьем. — Только ты ничего не знаешь. Иначе она меня порежет на кусочки.

У меня даже дыхание сперло и уши заложило. Это было неожиданно, но за ребят гордость брала. Они это счастье во многом выстрадали, Рита так точно.

— Ну молодцы! Поздравляю, папаша!

Я был искренне за них рад, особенно за Тимура, у он абсолютно точно не мог бы и мечтать о подобном пару лет назад. Все крутился среди низкосортных шлюх, а как Риту встретил, тоже чуть было дров не наломал. А стоило лишь задуматься, что все совсем не так, как кажется на первый взгляд. Хорошо, что вовремя пистонов вставил, вот и будет друг ходить дальше довольный как слон.

— Если бы не кое-кто, не знаю, были бы мы такими молодцами, — серьезно так произнес Борзый.

И я не знаю, ведь им точно суждено было быть вместе.

Мы обнялись, обсудили некоторые текущие дела. А обсудить было что: мою бывшую упекли за решетку на долгие года строго режима, но я все равно считал, что этого недостаточно. Совершенно недостаточно за все то, что она сделала с сыном, со мной и чуть не сделала с Мирой.

Впрочем, я учусь на своих ошибках, теперь мой дом и моя семья под круглосуточной охраной. Моя жена из дома и шагу без моих ребят ступить не могла, за что мне, разумеется, опять прилетало. Очень быстро она с этим все-таки смирилась, стоило только напомнить пару не самых приятных событий из нашей жизни. Порой с женщинами бывает трудно, невыносимо, но надо найти правильный подход.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты что-то задумал? — Тимур вопросительно изогнул бровь. Ничего от него скрыть, вот не утаишь же!

— Позже.

Вероятно, друг увидел во мне себя, еще бы. Сам-то тоже трепетал перед этим событием.

А внизу все ожидали самое важное…главное блюдо от моей Миры, она готовила мясо по рецепту своей бабушки, сказала никому на кухню не заходить, а вот терпеливо ждать под дверью и сходить с ума, плюс истекать слюнями — это сколько угодно. Примерно этим все и занимались. Мои родители не сводили взгляда с меня и Артема. И если Артему было все равно, то меня немного напрягало такое пристальное внимание. Потому что не в той я форме, чтобы красоваться, ой не в той. Врачи говорили, что скоро я смогу еще чуть-чуть усилить нагрузку, и тогда результаты будут видны лучше, а пока я хромал, испытывал боли в спине, и соответственно, выглядел при этом не очень.

Только вот моя женщина подходила в такие минуты и на каждое недовольное ворчание отвечала неизменно в своем духе — целовала. Да так, что дух захватывало, я все еще помнил ее похотливые выходки в центре, пожалуй, ничто так не воодушевляло, как голые рандеву сексуальной девочки перед моим лицом. Ты видишь ее и понимаешь, что яйца сейчас взорвутся. И это, мать вашу, моя жена. А я тут сижу и ною вместо того, чтобы пахать и быть достойным спутником ее жизни. Доводить ее до пика наслаждения, а не до слез.

Моя храбрая девочка.

«Москва не сразу строилась» без устали проговаривала Мира, она верила настолько сильно, что этого хватало на двоих, пока я не собрался до кучи. Так-то оно так, но мужиком хочется быть, а не беспомощным калекой. За эту фразочку моя девочка однажды крепко на меня обиделась. А я что? Я на руках хочу ее носить, но по итогу и себя не особо из точки А в точку Б могу доставить.

— Садимся? Уже? — Артемка подбежал ко мне запыхавшийся, но бесконечно счастливый. Таким я его еще не видел, во многом это была заслуга Миры, она каким-то магическим образом смогла за короткий промежуток времени сделать из зашуганного зверька активного ребенка, который не боится брать со стола еду и не спрашивает разрешения о простых вещах. Отец Миры с Алевтиной Эдуардовной прошли на кухню, а я бегло осмотрел присутствующих. Во рту пересохло, но я решительно настроился…

Когда говорят, что нет ничего особенного в том, чтобы сделать предложение, то нагло врут. А у меня нервы вдвойне, потому что моя девочка сама все решила за нас двоих, а я как раз повел себя как конченный мудак. Вот потому сейчас волновался словно школьник, хоть умом и понимал: она давно уже моя жена, переживать бессмысленно. Но ладони все равно потели, пока я в тысячный раз перепроверял бархатную коробочку.

Когда отец Миры вынес огромный поднос с ароматным мясом, приготовленным в печи на дровах (да, мой отец тоже знал толк в готовке, а к мясу относился с особым трепетом, так что, можно сказать, покушение Миры на его обидеть далось мужчине с трудом), а моя жена прошла следом под одобрительное улюлюкание гостей, я на мгновение замер, опять словно не веря, что это прекрасная девушка моя жена. Моя.

Все уселись за стол, и я попросил внимания.

— Попрошу сейчас тишины, хочу кое-что сказать, — Мира, сидящая рядом со мной, напряглась немного и вопросительно посмотрела на меня.