Сто оттенков неба - Майер Кристина - Страница 3

На работе сосредоточиться ни на чем не получалось. Ира названивала, писала, пришлось вырубить звук на телефоне и бросить его в ящик стола. Предстоял непростой разговор с родителями. Надо им как-то сообщить о разводе. У жены своя версия, и она обязательно ею поделится с родными и друзьями. Я в ней выступлю монстром, а она – жертвой.

Да пофиг!

Доказывать никому ничего не стану. Друзья поддержат. Родители должны понять. Вечером надо заехать к Алмазу. Пусть занимается моим разводом.

Мой друг и адвокат – Леха Алмазов. Жесткий, бескомпромиссный, он берется за самые сложные гражданские дела и не проигрывает. Его иногда в шутку называют вторым Генрихом Падва. Ирония судьбы: он был шафером у нас на свадьбе.

По селектору отрывисто отдал распоряжение:

– Вера, чашечку кофе, пожалуйста.

Открыв полностью створку окна, запустил в кабинет свежий морозный воздух. За три часа тут все пропахло табачным дымом. Достал новую сигарету из пачки, одним щелчком зажигалки поджег ее. Холода почти не чувствую. Тело расслабляется.

Подхожу к столу, беру оба конверта, что достал утром из почтового ящика. Письмо с лейблом известной косметической марки выбросил в корзину, не распечатывая.

Второе, судя по дате, уже неактуально: пришло оно два месяца назад, но я его не выбросил. Интересно, кто такая эта Александра Котова?..

Ляпота! Двадцать первый век на дворе, а мы ручкой на тетрадном листе письма пишем!

Выбросив окурок, сел в кресло, тут и Вера с чашечкой кофе подоспела.

– Спасибо, Вера.

– Не за что, Максим Юрьевич.

На женщину я не смотрел, крутил в руках двойной листок. Красивым ровным почерком исписан был лишь лист. Стало не просто интересно, а крайне любопытно, кто это нам пишет?..

После каждой строчки хотелось выматериться. Сколько этой писательнице лет?!

«Здравствуйте!»

Ну, здравствуй.

«Если вы вскрыли письмо, прошу вас, не выбрасывайте его сразу, прочтите.

Я не знаю ваш пол, ваш возраст, ваше имя. Я никогда вас не видела и не слышала ваш голос. Я просто указала первый, пришедший на ум адрес. Я пишу письмо вслепую, не знаю, кому оно придёт? И придет ли оно вообще?.. Мне очень много неизвестно, но в одном я уверена: если это письмо попало к вам, значит, так распорядилась судьба – и оно предназначено именно вам.

Это письмо – словно прыжок в пустоту, с надеждой на то, что оно изменит вашу жизнь, что оно изменит мою жизнь. Когда-то такое же письмо помогло моему самому родному человеку обрести друга. Может, это случится и с нами?..

Я – обычная девушка. И я не сумасшедшая. Хотя у вас могло сложиться такое мнение.

Я люблю смотреть на небо. Вот сегодня оно пасмурное, серое, как мое настроение. Обожаю ясное, солнечное, голубое-голубое небо, особенно, когда вдалеке словно белая перина висит кучевое облако, в которое так и хочется прыгнуть. А ночное небо? Оно завораживает так, что невозможно оторваться! Но ночь, как и все в этом мире, заканчивается – и небо окрашивается в новые цвета. Моя мечта: увидеть воочию северное сияние.

Я была бы рада нашей дружбе по переписке. Неважно, сколько вам лет, чем вы занимаетесь, ваши увлечения. Если вы хотите со мной общаться, я буду только рада обо всем узнать от вас.

Я проверяю свой почтовый ящик каждый день в надежде получить от вас ответ. Наверное, мой поступок кажется вам безумным, непонятным, но мне просто хотелось доставить вам радость, заставить улыбнуться.

Не смотря на то, что я вас не знаю, я надеюсь, что у вас в жизни все сложится – и ваши мечты осуществятся. Мне будет приятно, если вы ответите на мое письмо. Можете задавать мне любые вопросы, с радостью на них отвечу. Можете делиться своими переживаниями или рассказывать истории из своей жизни. Я всегда буду рада с вами пообщаться»

Перечитывая письмо, останавливался на тех предложениях, которые больше всего бесили:

«Я всегда буду рада с вами пообщаться»,

«Можете делиться своими переживаниями»,

«Я была бы рада нашей дружбе по переписке»…

Это вообще шедевр! Я буду переписываться с «не сумасшедшей» одинокой старой девой? Будь у этой писательницы личная жизнь, не страдала бы.

Если ты симпатичная, совершеннолетняя баба, не старше сорока, мне бы доставило радость твое «сделаю тебе минет»! А гребанные психоаналитики мне на хрен не нужны!

«Пацаны, у меня подружка в Питере живет, мы друг другу письма шлем! Делюсь с ней самым сокровенным!»

Подняв конверт, убедился, что адрес запомнил верно.

Да у тебя уши в трубочку свернутся, начни я тебе свои мечты и желания описывать! На небо ей нравится любоваться! А мне нравится трахаться! Так, чтобы от криков звон в ушах стоял!

Смяв листок в ладони, я выбросил его в мусорную корзину.

Спасибо, Александра, помогла отвлечься.

Но эта наивность и навязчивость взрослого человека продолжали раздражать, не получалось сконцентрироваться на действительно важных делах.

А, может, тупой развод какой-то бабы? Мы сейчас в Питере офис открываем, вполне возможно, что такая же тварь, как Ира, решила хорошо устроиться в жизни.

Или пацаны разыграть решили? Да нет! Скорее, первое. Я мог еще несколько месяцев в родительский дом не наведываться. Только откуда эта Александра обо мне узнала?

Нажав на кнопку селектора, четко произнес:

– Вера, принесите мне, пожалуйста, почтовый конверт и тетрадь. Тетрадь обязательно в клеточку.

– Письмо будете диктовать, Максим Юрьевич? – удивленно прозвучал ее голос.

Бросив короткое «нет», отключил связь.

Половина тетрадных листов покоилась в мусорной корзине, когда я остановился на окончательном варианте.

В дверь постучались. Я не сомневался, что это моя помощница.

– Вера, входите.

Поправляя толстые очки на переносице, она уверенно обратилась ко мне:

– Максим Юрьевич?.. – эта «железная леди» страха передо мной не испытывала, в отличие от других подчинённых. – Все собрались и ждут только вас.

Я чуть не принялся уточнять, кто собрался, и где ждут, но в голове холодный голос напомнил о совещании.

– Иду. Отправьте это письмо сегодня, – передав ей конверт, направился в конференц-зал.

Глава 3

Саша

После смерти бабушки в душе поселился холод. Ощущение безнадежности плотно окутало своим покрывалом.

Никто не хвалил и не ругал. Никто даже доброго слова не сказал за последние три месяца. Мама за это время приходила всего два раза, приносила продукты, но неизменно звонила каждый выходной, спрашивала: «Как дела?», услышав «Все хорошо», клала трубку. О квартире больше разговор не заводился, но я знала – это вопрос времени.

Рита приходила каждый вечер: помогала с уроками, объясняла, как могла, пропущенные мною темы. Удалось закончить четверть без троек. Учителя, понимая реальное положение вещей, позволяли мне оставаться после уроков и отрабатывать свои пропуски, тройки и двойки.

Для того, чтобы сдать хорошо ЕГЭ, нужны репетиторы, но где взять на них деньги? Забесплатно никто натаскивать меня не станет. Тех денег, что я зарабатываю, все равно не хватит, чтобы заплатить даже одному репетитору. Не стоит и искать. Откладывать получается совсем немного. Коммунальные расходы, продукты, бытовая химия и книги для подготовки к экзаменам – вот все, на что уходит моя зарплата.

Впереди почти десять дней каникул, а это значит, что есть время заработать немного больше. Перчатки бы не забыть купить новые, а то мои старые уже совсем не годятся: приходится зачастую отмывать раствор, а он сильно разъедает кожу рук и портит ногти.

А еще радовало, что уроки делать не надо, поэтому можно сосредоточиться на подготовке к ЕГЭ. От одного слова «экзамены» начинался мандраж. Сходить бы к врачу, чтобы выписал какие-нибудь успокоительные препараты. Состояние такое противное: все чаще хочется плакать.

А от того, что никто меня не обнимет и не успокоит, хочется порой выть в голос. Обо мне некому заботиться: умом я это понимаю, но принять не получается. Почему так?..