Мой пушистый фамильяр (СИ) - Наталья Корепанова - Страница 24

Я выпрямилась, сглотнула слюну, чтобы смочить пересохшее со страху горло, и сердито спросила:

— Это вы моих друзей заколдовали?

— Я, — согласился призрак.

— Зачем?

— Чтобы с тобой пообщаться в тишине и покое, без воплей и швыряния огненных шаров.

Ага, значит, он просто поговорить хочет? Скучно ему тут в одиночестве, бедняге. Если б я тут одна жила, я б вообще с ума сошла, на каждого бы путника кидалась с воплями: поговори со мной, милый!

Призрак насмешливо хмыкнул, а я смутилась: он же, наверное, мысли читать умеет. А мне опять какие-то глупости в голову лезут.

— Кто вы?

— Дух горы.

— А… О!.. Ух, ты…

Сердце снова провалилось в неподобающее ему место, затем подскочило к горлу и забилось с такой скоростью, что меня затошнило.

Сколько читала фэнтези, везде духи описывались злыми и жестокими. Вредили героям, обманывали их, заманивали в опасные места. Вдруг и этот такой же? Недаром же ребят заколдовал?

Я вздохнула поглубже, пытаясь успокоить скачущее бешеной кобылой сердце, открыла рот… Ох, лучше бы я этого не делала. С перепугу у меня начался словесный понос, и я затараторила:

— Правда — Дух горы? Который проснулся? А зачем вы зомби оживили? А ветер здесь всегда такой? Его тоже вы устроили? А зачем? А вы надолго проснулись? Это у вас режим такой — раз в сто лет просыпаться, или это нечаянно происходит? А как вы нас увидели? А когда вы спите, вы тоже все чувствуете? А где вы спите? У вас какая-то пещера особая есть? Наверное, высоко в горах, куда люди добраться не могут?

Вопросы из меня сыпались, как горох из порвавшегося мешка. Я и хотела бы остановиться, но не могла. Бывает у меня такое недержание речи, когда я сильно испугаюсь. На экзаменах меня это не раз выручало. Начинала болтать, как заведенная, вываливая на экзаменатора все, что помнила не только по своему вопросу, а вообще по всему курсу, и в конце концов забалтывала его так, что он ставил мне «отлично» хотя бы для того, чтобы я заткнулась. На работе начальник по этой же причине старался со мной не связываться. Я его боялась до дрожи под коленками и начинала говорить сразу, как только он к нам в кабинет заходил. Через пять минут он сбегал, забыв сообщить, зачем появлялся. Поэтому распоряжения он нам выдавал через старшего бухгалтера, которая сидела в нашем же кабинете, и которую по этой причине я бояться перестала уже на второй день своей работы.

В отделе все уже знали о моей особенности и старались меня без нужды не пугать. Или, наоборот, посылали меня на встречу с каким-нибудь особо капризным клиентом, которого я с перепугу забалтывала до полусмерти, и он сбегал с криком: уберите от меня эту ненормальную!

Но Дух меня видел впервые в жизни и об этом не знал. Поэтому, послушав мое словоизвержение, он махнул рукой или что там у него вместо нее было, и я внезапно онемела. Раскрывала рот, как выброшенная на берег рыба, но не издавала ни звука. Да еще и двигаться разучилась. Руки повисли, как плети, вдоль туловища, я даже нос почесать не смогла, который внезапно зудеть начал.

— Какая ты болтливая, иномирянка, — укоризненно произнес Дух.

Иномирянка? Откуда он знает?

— Я — Дух, или кто? — усмехнулся призрак. — Это ж ты меня разбудила своим появлением.

Я?! Это как?

Видимо, отвечать на вопросы, заданные мысленно, Духу было проще, чем слушать мою болтовню, потому что он неторопливо вплыл в пещеру и, подвиснув возле костра, добродушно хмыкнул:

— Когда твоя душа появилась в нашем мире, начались такие возмущения в энергетическом и магическом поле, что поневоле пришлось проснуться. Все духи нашего мира о тебе знают, иномирянка. И все за тобой следят, чтобы не натворила ты чего-нибудь непоправимого. Кто знает, как устроен твой мир? Может, ты в наш такое зло занесешь, что у нас катаклизмы начнутся.

Я — зло?!

Я возмущенно задергалась, пытаясь сказать, что добрее и безобиднее меня только котенок новорожденный.

— Котята тоже царапаются и кусаются, если их разозлить, — наставительно сказал Дух.

Так не злите меня, черт бы вас побрал!!! — разозлилась я.

— Вот видишь, — тоном доброго дедушки, делающего наставления детям, проговорил Дух.

А ты бы не разозлился, если бы тебя по рукам-ногам связали, рот заткнули и уму-разуму учить начали, делая вид, что тебе добра желают?

Дух задумался, потом нехотя согласился:

— Может, ты и права.

И попросил вежливо:

— Ты только болтать перестань, отвык я за столько лет от такого шума.

И я почувствовала, как спали с меня магические оковы, открыла рот, чтобы вывалить на Духа свое возмущение, но тут же сжала губы и насупилась. Незачем Духа раздражать, лучше узнать, что ему от нас нужно.

 — Ничего мне от вас не нужно, — призрак сделал движение, словно плечами пожал. — Пришел познакомиться, посмотреть на девицу, которая мне спать помешала, зомби подняла, и сама же их упокоила.

— Я зомби подняла?! — сказать, что я удивилась — ничего не сказать. У меня челюсть отпала чуть не до пола. — Я не некромант, я не знаю, как это делается!

— Я же сказал: зомби восстали, потому что я раньше времени проснулся. А меня разбудила ты. Следовательно, зомби подняла ты.

А что, логично.

Я облегченно выдохнула. Совсем мне не хотелось некромантом становиться. А если Духу нравится свои косяки на меня перекладывать, так пусть, с меня не убудет.

— А почему на тропе такой ветер дует? Идти же невозможно.

— Да не могу я в духоте спать, — пояснил Дух. — Вот и открываю форточку на время сна.

Ничего себе форточка! А если он окно откроет, вообще ураган начнется?

— А что, сильно дует? — удивился призрак.

— В общем, да. Нехило так поддувает, — кивнула я. — А давайте вы моих друзей уже расколдуете? Пусть тоже с вами познакомятся?

— Рано им еще со мной знакомиться, — отрезал Дух и подплыл к Пушистику. Обогнул его по большой дуге, внимательно рассматривая, потом хмыкнул удивленно:

— Как интересно!

— Что интересного в том, что человек оказался в теле монстроида? — буркнула я.

— Вот это и интересно, — Дух с любопытством посмотрел на меня. — Кажется, я понял, зачем ты здесь оказалась.

— Чтобы Пушистика освободить? — заинтересовалась я.

— Чтобы… — начал Дух, но, не договорив, перебил сам себя: — Не нужно тебе это знать. Исполняй свою миссию.

— Какую?

— Исполнишь — узнаешь, — непонятно ответил призрак и внезапно с любопытством попросил: — Расскажи о своем мире, ведьма.

— Сам ты ведьма, — по инерции буркнула я и тут же ойкнула: — Ой, простите, я по привычке.

Но Дух почему-то не обиделся. Подлетел ко мне поближе, и начал слушать мои байки о том, как прекрасно живется в нашем замечательном техногенном мире, где есть ванна, туалет и прочие чудеса цивилизации.

— Везде есть? — с подозрением спросил Дух, когда я на мгновение замолчала. — Даже в деревнях и в лесных сторожках?

— Нет, не везде, — смутилась я.

— Так чего ж ты тогда на наш мир ругаешься? В городах у нас удобств тоже много. То, для чего вам нужны тяжеловесные железки, наши маги легким движением руки проделают. Был бы Персенатофений более старательным учеником и не прогуливал бы уроки по пространственной магии, вы бы смогли порталами до столицы за день добраться.

— А он прогуливал?

— Прогуливал, — кивнул Дух. — Занятие первым уроком стояло, он вечно на него просыпал.

Вот так я и знала, что Персен наш лентяй и засоня. Поди, из-за этого и с родителем поссорился?

— А вы откуда знаете?

— Я все знаю, — усмехнулся призрак.

— И то, как наше путешествие закончится?

— Заболтался я с тобой, — уклонился от ответа Дух. — А у меня за сто лет сна много дел накопилось.

И даже не попрощавшись, испарился.

Невежливый какой!

Зато костер сразу полыхнул, осветив пещеру, Персен заморгал с растерянным видом, словно только что проснулся, а Пушистик втянул носом воздух и изумленно взглянул на меня:

— Ты когда встала? Почему я не заметил?