Мой пушистый фамильяр (СИ) - Наталья Корепанова - Страница 25

— Спать меньше надо, — буркнула я, не зная, стоит ли им рассказывать о своей встрече с Духом. Не оставил он мне на этот счет никаких распоряжений. А что не запрещено — то разрешено?

— Смотри, действительно, светает уже, — выглянул из пещеры Персен. — И правда, уснули, что ли?

— Я не спал! — вскинулся Пушистик. — Я не умею спать в воздухе. Я бы тогда упал. Мне во сне опора нужна. Или возможность хвостом зацепиться.

И с подозрением взглянул на меня:

— Что здесь произошло?

— Что, что… Дух гор приходил, вот что, — сердито ответила я. — А вы меня даже защитить не смогли.

И тут же пожалела о своих словах. Пушистик кинулся ко мне с таким испуганным и виноватым видом, что мне его стало жалко, и я поспешно продолжила:

— Все в порядке. Он просто поинтересовался, куда мы идем. Решил с нами познакомиться.

— С тобой он хотел познакомиться, — обиженно произнес Персен. — Нас-то он усыпил.

— Да, — согласилась я. — Он откуда-то узнал, что я — из другого мира, и захотел со мной пообщаться. Решил почему-то, что я могу этому миру навредить. Но, поговорив, понял, что я опасности не представляю. И ушел.

— И долго он тут был?

— Да почти всю ночь мы с ним общались.

Спутники мои посмотрели на меня так, словно у меня… не знаю, рога выросли, что ли. Или я в жабу превратилась. Нет, на жабу бы они с таким недоверием и восторгом не глядели. Не знаю я, как на кого они на меня смотрели, но уж точно не как на обычную лесную ведьму. Мне даже неловко стало. Поэтому я поправила растрепавшиеся волосы, отряхнула плащ, на который налипли песчинки и сказала, стараясь, чтобы голос звучал как можно более беззаботно:

— И долго мы тут сидеть будем? Может, пойдем уже?

Персен вскочил и начал поспешно тушить костер и заталкивать в сумку плед, которым меня укрывали.

Мы вышли из пещеры, и я приготовилась вцепиться в протянутую мне руку колдуна. И вдруг с удивлением поняла, что ветра нет. На тропе царили тишина и покой.

— Кажется, он закрыл форточку, — пробормотала я и пошла по тропинке, настороженно оглядываясь, будучи готовой в любую минуту схватиться за Персена или опереться на валун, коих вдоль тропинки было несчетное количество. Но все было спокойно, и я, наконец, перестав ждать подлянки, с искренней благодарностью произнесла: — Спасибо!

В ответ где-то в горах громыхнуло обвалом, от которого дрогнула земля, и все снова затихло.

— Ничего себе «пожалуйста», — пробормотала я, решив больше с Духом не общаться. Если уж для него вчерашний ураган был небольшим сквознячком из открытой форточки, а обвал — всего лишь способом ответить на благодарность, то кто знает, как он среагирует на какие-то другие мои слова? Нет уж, есть у меня два собеседника, мне хватит.

Глава 15

Увидев, как Василинка одним движением руки напрочь смела всех зомби вместе с лесом и деревней, я опешил так, что даже ее поймать не успел, когда она в обморок рухнула. Еле в чувство привел. Сам чуть не истощился, пока ее резерв подпитывал после такого мощного выброса.

Персен смотрел на нее, как на богиню. Да и я был к этому близок. Никак не мог понять, откуда у девчонки из мира, где о магии только в сказках рассказывают, взялось столько силы. Ведьма, конечно, мощной колдуньей была, но на такой подвиг ее не хватило бы.

Может, Василинку боги послали? Специально для того, чтобы спасти одного непутевого принца?

А не слишком ли я зазнался? Какое богам до меня дело? Посмеялись, поди, над тем, как недотепу и гулену в ловушку заманили, да и забыли про меня. А то и вовсе не заметили произошедшего. У них столько людей под надзором, могли и пропустить ведьмину шалость.

Но мне очень повезло, что Василинка в наш мир попала, да еще и в ведьмином теле оказалась. Когда мы пошли за помощью в Ковен, я не верил в благополучный исход нашего похода. А вот сейчас начинаю надеяться, что все получится. С такой мощью Василинка и Ковен по камушкам разнесет, если маги мне помочь откажутся.

А когда и Дух гор с ней пообщался и после этого не стал противиться нашему походу, я окончательно уверился в том, что не зря Василинка в нашем мире оказалась. Не просто так. И надежда в моей душе начала расти и крепнуть. Особенно после того, как мы вышли из пещеры, и выяснилось, что ветер, накануне буквально сдувавший нас с тропинки, внезапно прекратился, а Василинка сказала, что это Дух постарался.

Если уж духи начали нам помогать, значит, все у нас получится.

А больше всего меня обрадовало, что после всего случившегося Василинка забыла про монстроидиху и мое позорное поведение. И перестала на меня дуться.

Пока мы к горам шли, я старался от нее подальше держаться. Летал вокруг них с таким озабоченным и настороженным видом, будто в любую минуту перед нами враг появится может. Хотя степь была ровна настолько, что, если бы на ней кто-нибудь появился, мы бы и без моих усилий его сразу заметили. Но мне просто неловко было с Василинкой общаться. Вот и изображал бурную деятельность в надежде, что она забудет о моем проколе.

А в пещере опять осрамился. Даже не понял, как меня Дух гор зачаровал. И когда Василинка меня упрекнула, что я ее не защитил, я чуть не взвыл от понимания, что опять перед ней опозорился.

Какой-то я неправильный фамильяр. Не я хозяйку защищаю, а она меня вечно из неприятностей вытаскивает. Все, на что я гожусь — магией ее подпитывать. Но с этим и обычный кристалл-накопитель бы справился.

Вот с такими печальными мыслями летел я за Василинкой. И, видимо, настолько в них погрузился, что не сразу понял, что происходит что-то неправильное. Насколько мне известно, чем выше в горы поднимаешься, тем холоднее становится. Недаром на вершинах высоких скал вечный снег лежит, который даже летом не тает.

Мы, конечно, столь высоко забираться не собирались, но, даже идя по гномьей тропе к перевалу, должны были основательно померзнуть. Не просто же так собирались в деревне теплой одеждой запасаться.

А сейчас с каждым шагом становилось все жарче. Василинка уже и плащ, и кофту сняла, Персен тоже куртку в мешок дорожный засунул, рукава у рубашки закатал и, покосившись на Василинку, даже верхнюю пуговицу расстегнул. Так, что стали видны волосы на груди.

Развратник бессовестный!

Но ведьмочка на это внимания не обратила, и я промолчал. Если у них женщины в штанах ходят, так, может, и расстегнутые пуговицы на рубашке нарушением приличий не являются?

Наконец, Персен тоже заметил, что происходит что-то неправильное. Вот тугодум! Долго же до него доходило!

— Что-то жарко становится, — сказал он и, остановившись, огляделся. — Перевал скоро, там обычно снег лежит. Неглубокий, потому что его ветер сдувает, но есть. А сейчас — ни ветра, ни снега, зато солнце печет, как ненормальное.

Василинка тоже остановилась:

— Да уж, зря мы плащи брали.

И спросила:

— А где те проходы в горах, о которых ты говорил? Через которые только согнувшись пройти можно?

— Они возле перевала. Путь сокращают. Скоро до них дойдем.

И тут внутренний голос завопил мне что есть мочи: «Тревога! Тревога!» И я, внезапно сообразив, что меня встревожило, кинулся к Василинке и толкнул ее под защиту скалы, заодно отбросив в сторону Персена, колдуна этого недоделанного, который, имея на руках все карты, так и не понял, что сейчас произойдет.

А с неба сорвался столб огня, угодивший как раз в то место, где только что стояла моя ведьмочка.

Успел! Слава богам!

Я накинул на Василинку прочный щит, из-под которого она при всем своем желании выйти бы не смогла, взвился вверх и увидел прямо над нашим укрытием громадную птицу. Крылья на полнеба раскинуты, голова с тот валун, у которого я Василинку оставил, клювом скалу можно насквозь прошибить. А перья так сияют на солнце, что глаза слепит. Да ладно бы просто сияли. Они ж острые, как иглы.

Хорошо, что она еще ими кидаться не начала.

Огневка! Магическое создание, способное плеваться огнем. Но, на мое счастье, в отличие от зомби эта птичка обладала некоторым интеллектом и с ней можно было договориться.