Отдам в хорошие руки (СИ) - Григ Гала - Страница 5

Глава 6

Ольга медленно брела по осенней улице. Ветер кружил опавшую листву, вздымая ее с тротуара. Он словно хотел исправить то, что натворил, сорвав их с деревьев. И было ему невдомек, что исправить содеянное порой невозможно.

А деревья, уже почти обнажившиеся, утешали себя надеждой на то, что, расставшись со старым одеянием, они, переждав зимние холода, зазеленеют вновь.

Случайно подвернув ногу, Ольга чуть было не угодила под колеса проезжавшей мимо машины. Правда, ей удалось удержать равновесие. И только это спасло ее от неминуемой гибели.

Из машины выскочил бледный водитель. Он подбежал к ней, думая, что ей нужна помощь. Но, увидев, что с девушкой ничего не случилось, выругался такой сложной конструкцией речи, которую ей еще никогда не доводилось слышать.

Она уже собиралась выразить свое возмущение, но не успела.

— Оля?! — перед ней стоял друг Дениса и его партнер по бизнесу. Прости. Я не узнал тебя сразу. Ты в порядке?

— Я-то в порядке, а вот тебе не мешало бы свои эмоции держать при себе.

— Да это я от страха, что чуть не случилась трагедия. К тебе мои «ласковые» слова не имели отношения. Извини. А почему ты одна? Денис торопился домой, якобы вы в ресторан собирались.

— Да, планировали. Я с подругой встречалась. Но думаю, что еще успею.

— Не переживай, домчу тебя в лучшем виде. Садись. — Паршин галантно распахнул дверцу машины.

Ольга без особого удовольствия приняла его предложение. Домой не хотелось. Она специально отправилась пешком и не особенно спешила в надежде, что Денис рассердится на ее позднее возвращение, и вечер в ресторане не состоится.

Но, как видно, сама судьба содействовала осуществлению планов мужа.

Денис встретил ее с улыбкой:

— Я рад, что ты не забыла о моем предложении. Сонечка с Валентиной Андреевной уже поужинали. А я — весь ожидание. Ужасно голоден. Надеюсь, ты не заставишь долго ждать тебя?

«О! Этот приторно-дружелюбный тон! Неужели он считает, что я за годы совместной жизни не научилась с полуслова определять, насколько он честен!» — подумала Ольга, вслух произнесла, стараясь попасть в ту же интонацию:

— Я мигом. Извини, что задержалась у Даши.

За их беседой восхищенно и с удивлением наблюдали Валентина Андреевна и Сонечка. Обе были на верху блаженства от происходящего. Сонечка не выдержала. Она подбежала к родителям, взяла их за руки и, глядя то на одного, то другого, радостно прошептала:

— Я так люблю вас! Вы у меня такие хорошие…

Смысл ее слов был намного глубже. Она не сумела подобрать слова, чтобы выразить переполняющую ее радость от того, что самые дорогие люди говорят спокойно и не ссорятся, как обычно.

Сердца их дрогнули. Стыд залил щеки Оли. Глаза Дениса предательски заблестели.

Денис обнял дочку, обратившись к жене:

— Поторопись, я подожду тебя внизу.

В такси ехали молча. Присутствие постороннего человека сдерживало переполнявшие их эмоции.

Денис под впечатлением слов дочки находился в состоянии раскаявшегося грешника, осознавшего всю мерзость своего поведения последние полгода.

Ольга злилась на мужа, не понимая цели его аферы. Злилась на себя, что позволила втянуть себя в нее. В том, что муж затеял какую-то игру, не сомневалась ни секунды. И рассматривала в качестве основной его цели — поиск причины, как забрать у нее дочь.

«Ну нет, дорогой, я не отдам тебе ее ни под каким предлогом! Мало того, сделаю все, чтобы ты убрался из моей жизни».

Мысли Дениса были направленны совершенно в другое русло. Он, признавая свои ошибки, собирался наладить мирные отношения с женой. Но при этом поставить одно жесткое условие: Валентина Андреевна должна вернуться к себе.

— Оля, нам надо поговорить спокойно, без обид и упреков, — начал Денис, с надеждой глядя в глаза жены.

Взмах ее пушистых ресниц на миг позволил их взглядам встретиться, но она тут же отгородилась от откровенного разговора, сузив глаза до щелочек. Это не предвещало ничего хорошего. Денис понял, что достучаться до жены будет нелегко.

Но он был настроен решительно:

— Я признаю, что у тебя есть все основания сердиться на меня. Да, я вел себя по-хамски. Терпеть мужа, возвращающегося домой постоянно под хмельком, неприятно. Но, поверь, больше это не повторится.

Он поднял бокал красного вина и в знак примирения потянулся к ее бокалу. Реакции на его призыв не последовало.

Ольга посмотрела на мужа с нескрываемой враждебностью. Ее взгляд настораживал. Было очевидно, что она не верит словам мужа и не намерена идти на мировую.

— Оленька, — голос Дениса стал предельно мягким, — что с тобой? Ты ведь сама говорила, что наши отношения плохо влияют на Сонюшку. Значит мы должны сделать все возможное, чтобы наша девочка была счастлива. Я со своей стороны готов измениться. Вернее, стать прежним.

— Во-первых, я не верю в твои заверения. Во-вторых, считаю, что вернуть прежние отношения невозможно. В-третьих, самый разумный выход в сложившейся ситуации — это развод.

Денис не выдержал:

— Да что ты заладила: развод, да развод! Это ведь мать тебя настроила!

— Оставь маму в покое! — ответ был настолько резким, что разговор грозил перерасти в ссору.

— Хорошо-хорошо, — миролюбиво согласился Денис. — Давай так: ты высказываешь свои претензии ко мне. Я стараюсь соответствовать твоим требованиям. Ну, пожалуйста, ради Сонюшки.

— Ради Сонюшки оставь нас в покое. Просто уйди и дай нам жить спокойно. Без тебя.

Это был удар ниже пояса.

— Мне… уйти? Как ты себе это представляешь? Куда я уйду? Ведь…

— Да, ты прав, квартира твоя, но… — Ольга решилась, — ради Сонечки.

Денис опешил. Он набрал в легкие побольше воздуха и стал считать в уме, чтобы погасить вспышку гневного всплеска. Справившись с нахлынувшим возмущением, вызванным неслыханной наглостью этой, вдруг ставшей совсем чужой женщиной, он медленно произнес:

— Оля, мне кажется, ты утратила чувство реальности.

— Значит, наш разговор бессмысленный, и продолжать его я не намерена. — Она взяла сумочку, собираясь встать из-за стола. Денис предупредил ее движение. Он крепко сжал ее руку.

— Сядь, — в голосе железо. — Теперь скажу я. Никогда, слышишь ты, никогда я не уйду из своей квартиры, тем более, оставив дочку с тобой.

И заметь, мне не столько дороги квадратные метры, сколько желание растить Сонюшку, быть рядом с ней.

Это не значит, что мы по-прежнему будем пилить друг друга на глазах у дочери. Ради нее мы будем делать вид, что все у нас прекрасно. Я свои обещания сдержу — буду добрым, внимательным, заботливым. Вы не будете ни в чем нуждаться.

А ты, в свою очередь, уж постарайся скрывать свою ненависть ко мне. По крайней мере, при ребенке.

Грудь Ольги тяжело вздымалась от возмущения и собственного бессилия. Она понимала, что Денис никогда не согласится с ее условиями. Это означало, что она проиграла. Проиграла без всякой надежды на уступки с его стороны.

В какой-то момент подумала: «Может, он прав и надо согласиться?» Но тот самый гонор, на который указывала ей мать, воспротивился: «Ну, нетужки! Все равно будет по-моему!»

Выслушав Дениса, она взяла бокал и залпом, по-мужски, выпила вино. Муж смотрел на нее выжидающе.

— Я хочу домой, — только и сказала она. Денис кивнул. Ее молчание по поводу всего сказанного трудно было принять за согласие. Но и отказа от «делового» предложения он не усмотрел в ее поведении, подумав: «Надо дать ей время на осмысление. Я потерплю.»

Глава 7

В квартире затихли шумы. Ночь вступила в свои права, и Морфей опутал своими сетями всех домашних. Всех, но только не Ольгу. Она одиноко сидела в гостиной, уставившись в телевизор.

Шел остросюжетный боевик. Но шальная перестрелка, мелькающие на экране горы мяса и реки крови были ничто по сравнению с тем, какие картинки мелькали в разбушевавшемся воображении женщины, поставившей перед собой четкую цель — во что бы то ни стало избавиться от нелюбимого мужа.