Человеческая оболчка (СИ) - Котаев Алексей - Страница 3

— Простите, а что дальше-то?

— А дальше — счастье и успех. Мы выходим вас и вашего ребенка. Мы подготовим людей к этой новости. Мы все сделаем, лишь бы с вами все было хорошо. Сокровище нашего города прямо передо мной! — глава города ткнул пальцем в сверток. — У вас в руках!

— Да, бросьте!

— Нет, парень! Раньше у нас была только теплая земля, но теперь, мы имеем еще и чудо рождения. Город чудес, прямо. Эдем!

— Спасибо за столь теплые слова… — Сэм провел рукой по плечу своей жены. — Что нам делать дальше? Лита чувствует себя не очень. Надо бы отдохнуть.

— Несомненно! Отдых — это обязательно! Однако, сначала мы отправим вас за пределы города. В рекреацию. Там все подготовлено на такой случай, и даже дежурят люди. И, как ты понял, секретность должна быть на уровне! Ты хоть представляешь, что будет, если неподготовленное население начнет распускать слухи?

— Ну… нет.

— Начнется ужас. Попытки завести детей, выкидыши, болезни, осложнения. Не дай бог, или боги, из-за всей этой неразберихи начнутся эпидемии! Не пойми неправильно, но сжигать половину города, как это было триста лет назад, я не хочу.

— Я понял. Там далеко идти?

— Нет. Пару километров. Даже твоя жена справится. Да и вам все расскажут ребята, что будут сопровождать до выхода.

— Так выход из кольца есть?

— Ну, а ты как думал? Конечно есть!

Мэр встал. Поднял руку с наполненным бокалом вверх и громко произнес. — За Вас! За будущее!

Двери открылись и в комнату вошли те же люди, что и привели Сэма с Литой сюда. Они аккуратно помогли девушке встать на ноги и выпроводили из комнаты. Дверь захлопнулась.

Барнс наполнил рот крепким алкоголем, и тут же выплюнул его на пол. — Гадость…

Машина вновь резво мчалась через город, только в этот раз на запад. Стена вновь начала возвышаться, и казалось, будто она непреодолима. Большой ангар, пристроенный к стальному кольцу, проскрипел воротами, и машина оказалась внутри. Тусклый свет зажегся, лениво прорисовывая буферную зону.

— Вот, — хранитель протянул два тряпичных плаща-накидки. — Это чтоб не замерзли.

— Спасибо…

— А это, чтобы не потерялись. Стрелка должна смотреть за будку «З», — стеклянный компас лег в руку Сэма.

Лита немного оклемалась к тому моменту, как Сэм надел на нее накидку. Девушка взяла на руки ребенка и прижала его к груди, закрыв сверху плащом. Серая, мягкая ткань была очень теплой, да и к тому же — абсолютно новой. Не ношенной.

— Что ж, герои вы наши, пора! Я уверен, что скоро мы увидимся! — человек из сопровождения щелкнул электронным замком и дверь смиренно пискнула динамиком.

— Да! Ждите нас! Мы скоро!

Едва ли ростом с человека, толстое полотно стали отворилось, стоило только толкнуть его, и Сэм сделал шаг наружу. Он никогда и не думал о таком. О том, что выберется за пределы кольца. Сейчас для него это была самая большая привилегия. Снег хрустнул, и нога по щиколотку провалилась. Легкая обувь тут же намокла. Забеспокоившись, Сэм посмотрел на хранителей.

— Да не парься ты, тут идти совсем немного. Не успеешь замерзнуть, — ответил один из них.

— Пойдем, — бодрым голосом прошептала Лита. — Быстрее выйдем — быстрее придем.

— Точно.

Шаг. Потом второй. Высокая стена отошла на пару метров назад, и тяжелая дверь закрылась за спиной молодой семьи. Теперь оставалось лишь предвкушать то, что ждет в рекреации. Сэм мечтал о теплой, вкусной еде, приготовленной из нормального мяса и овощей. Лита же мечтала прилечь и залечить эту ужасную рану на животе. Пусть шов девушку сейчас и не беспокоил, но она отчетливо понимала, что двигаться в таком состоянии не нормально.

Там, спустя пару километров, ждет теплая зона, подготовленная прямо для них. Все самое лучшее: врачи, медикаменты, еда, няньки. От таких мыслей Сэм чуть ли не вприпрыжку носился вокруг жены, пока холодный ветер трепал его накидку, выдувая из-под нее все тепло. Парень, время от времени, подхватывал жену за талию, пытаясь помочь ей идти, но от этого становилось только хуже. Лита начинала путаться в шагах, пытаясь удержать и ребенка, и свой собственный вес.

— Может мне понести его?

— Нет, я там уже нагрела. Нам обязательно нужно донести его, иначе все без толку.

— Да, ты права. Давай поспешим, а то ноги подмерзают.

— Сэм.

— Что?

— Да… Холодно мне.

— Ничего. Скоро придем. По ощущениям уже вот-вот!

Лита смотрела под ноги, пытаясь контролировать свои движения. Боль в животе усиливалась, но она все равно чеканила шаг, мысленно сопровождая каждое движение. Чем дольше они шли, тем тише становился Сэм. Небо начало светлеть и за спиной было уже почти что голубым. Яркие звезды отходили на второй план и начинали тускнеть. Время, что стремительно неслось в начале пути, вдруг начало замедляться.

Веселые подбадривания Сэма окончательно стихли, и он оторвался чуть вперед. Свою накидку он уже давно отдал супруге, оставшись в одном комбинезоне. Стрелка компаса подрагивала, указывая заданное направление. Лита слегка приподняла взгляд, пытаясь разглядеть мужа. Мысли переключились с шага, и девушка оступилась, громко охнув. Она удержалась на ногах, пусть и остановившись.

— Лита! — обернулся Сэм.

Перед его глазами, в прорывающихся лучах рассвета, стояла его жена. Все штаны были залиты густой, едкой кровью, что пропитывала даже снег, стекая по штанинам. Шов уже давно разошелся, но парень был занят тем, что впереди, совсем не оборачиваясь назад. Ему вдруг стало страшно. Сэм рванул к своей супруге, успев подхватить ее в последний момент. Он подлетел к ней, упав на колени, а сверху, на его замерзшие ноги, приземлилась и Лита, не в силах держать себя.

— Лита, вставай, нам нужно идти!

— Я не могу.

— Можешь! Давай!

— Сэм! Ноги! Они ничего не чувствуют.

— Это от усталости! Давай, сейчас поднимемся! — он попытался выкинул компас из руки, чтобы поднять жену, но пальцы не разогнулись.

Он как мог пытался поднять девушку из снега, но все попытки провалились еще тогда, когда он хотел разогнуть свои собственные ноги.

— Ну же! Лита! Давай!

— Сэм.

— Встаем! Надо идти!

— Сэм!

Лита уткнулась в плечо своего мужа носом. Наваждение развеялось, и Сэм тут же ощутил, как воет ледяной ветер, срывая тонкий слой снега, и увлекая его за собой вверх. Ветер ударялся в его комбинезон, но холода уже не нес, только усталость. Никто так и не заметил, как потерялись последние крупицы тепла. Замерзшими, посиневшими руками Сэм обнял свою жену. Лита, что всю дорогу шла, не поднимая взгляда, даже сейчас отказывалась смотреть вперед.

— Сэм… Там ведь нет ничего?

— Нет, вот, я уже вижу другую стену… — до последнего врал парень.

— Хах. Совсем чуть-чуть, да?

— Да.

— И красивая жизнь там?

— Да.

— И все эти страдания, и этот чертов ребенок, все не напрасно?

— Да. И он не чертов. Он наша надежда! — Сэм попытался прикоснуться руками к лицу своей жены, но они предательски застыли на месте, сцепившись за спиной девушки неуклюжими обмороженными кистями.

— Ладно. Давай подождем чуть-чуть. Согреемся, и пойдем… — говорила Лита, оставляя на коленях Сэма красное пятно. Кровь жадно впитывалось комбезом, словно губкой, и Сэм это чувствовал.

— Давай.

Солнце со всей своей силы ударило в лицо Сэма. Такое яркое, без всех этих стен и преград, солнце пыталось подарить чуть-чуть тепла парню, что поставил на кон все, ради призрачной надежды на светлое будущее. Сэм никогда не видел такое солнце, такое свободное, парящее над горизонтом. И путь глаза его были открыты, но они уже никак на него не реагировали.

— Сэм, — говорила в тишину Лита, прекрасно понимая, что на этом выдохе все и закончится. — Прости, за то, что поверила в твою мечту.

Два замерзших трупа зажали между собой ребенка. Он молчал, впитывая остатки тепла от тел своих родителей, даже не понимая, что происходит. Солнце поднялось еще выше, но так и не смогло пробиться через толстые накидки к малышу. Вдруг вой ветра перемешался с неестественным для этого места скрипом снега, и мальчик завыл, как только мог.