На закате лета (СИ) - Хилл Алекс - Страница 25

— Стоп-стоп. Мы еще не закончили. Так что оставь свои фантазии на потом.

— Ладно, — улыбаясь, говорит Давид. — Что еще мы должны обсудить?

— То, что случилось за столом. Что значит, ты быстро сдался?

— Это наша старая забава, Рори. Ничего такого на самом деле. Мы с Аликом, Родионом и Олегом знакомы уже довольно давно, поэтому у нас есть уже какие-то традиционные приколы. Это один из них. Когда у кого-то из нас появляется девушка, ну или просто спутница на пару вечеров, то мы устраиваем маленькое испытание вниманием.

— И ты провалил это испытание?

— Сегодня да.

— Почему?

Давид обхватывает мое лицо ладонями и склоняется ближе. Упирается своим лбом в мой лоб и глубоко вдыхает:

— Потому что сегодня это была ты. Аврора, я думал о тебе сегодня весь день… Думал и никак не мог понять, что это. Но сейчас все понял.

— И что ты понял?

— Что я не хочу ничего понимать. Мне это не нужно. Пока ты рядом. Пока так на меня смотришь.

— Эй! Сладкая парочка! — кричит Марго издалека.

Давид смотрит мне в глаза, не обращая на нее внимание. Он пытается доказать мне, что я важнее? Что ж, у него получается. Интересно, есть ли хоть что-то, что у него не получается?

Поворачиваюсь в сторону не слишком довольной девушки и жду, что еще она хочет сказать.

— Алик забронировал яхту! Вы с нами?!

— У тебя был секс на яхте, Рори? — шепчет Давид.

— Нет, — глухо отзываюсь я.

— Да! Мы сейчас подойдем! — кричит Давид Марго, но смотрит все еще на меня. — Ты хочешь исправить это упущение?

— Но там будут твои друзья…

— Поверь мне, я хорошо знаю Алика. Размер яхты тебя удивит.

Давид не лжет, трехэтажная яхта удивит кого угодно. От одного взгляда на эту белоснежную громадину у меня напрочь пропадает дар речи, зато остальная компания держится так, будто как минимум раз в неделю рассекают на лодках, напоминающих дома в стиле модерн. А может они правда это делают? Кто такой Алик? И откуда у него столько денег?

Улыбчивый загорелый капитан встречает нас на борту и провожает в носовую часть, где все готово для приятного и беззаботного плавания: мягкие диванчики молочного цвета, огромное ведро со льдом и тремя бутылками шампанского на столе, а еще четыре шезлонга, которые ночью не особо нужны, но комплектация все равно впечатляет. Я не удивлюсь, если где-то здесь есть бассейн и баня. Ну а что? Почему бы и нет?

— Море сегодня спокойное, — говорит капитан, — качки не будет, но советую вам повременить с открытием шампанского до тех пор, пока мы не выйдем в открытое море. С любыми вопросами можете обращаться к Евгению, он будет неподалеку. Приятного плавания. Альберт Владимирович, нужно ли что-то еще?

— Пока нет. Благодарю.

Марго и Даша синхронно падают на один из диванчиков, Алик и Олег занимают второй, а Родион хватает бутылку шампанского и принимается непослушными пальцами срывать этикетку. Именинник разбушевался.

— А где бокалы? Если они предлагают нам пить из горла, то здесь маловато бутылок.

— Родя, тебе уже хватит, — говорит Альберт под одобрительные кивки остальных.

— Родя, тебе хватит… — кривляется Родион, продолжая распечатывать шампанское. — А не сходили бы вы все в гости к Нептуну...

— Что скажешь, Рори? — тихо спрашивает Давид, поглаживая мое обнаженное плечо.

— А надо что-то говорить?

— Нет, — усмехается он мягко. — Не обязательно…

Спустя три бутылки шампанского, разговоры за столом становятся все громче и громче. Я бы тоже поучаствовала в беседе, но на стадии «все говорят - никто не слушает» в этом нет никакого смысла. к тому же Давид не позволяет мне сосредоточиться ни на чем, кроме его нечаянных прикосновений. Ага, нечаянных…

Он, как скрытный художник, рисует на моем теле, нанося все новые и новые цвета. Выводит яркие узоры на шее кончиками пальцев - желтый. Разминает плечи — зеленый. Гладит мои ноги, забираясь руками под плед — красный. Ненавязчиво и незаметно для других, а вот для меня ярко и остро, будоража чувства и фантазии.

Но кое-что мне все-таки удается уловить из разрозненных рассказов друзей Давида. Все они знакомы около пяти лет, все живут на побережье и занимаются бизнесом. Свободные, обеспеченные и одинокие, не смотря на уровень и ритм их жизни. И тут я затрудняюсь сделать вывод. То ли мне пожалеть их, то ли позавидовать? Когда ты имеешь много материального и  мало духовного, сложно с абсолютной уверенностью заявлять о счастье или несчастье.

— Родя! — возмущается Алик, поймав свалившегося на него именинника, лицо которого до ужаса побледнело. — Говорил же тебе… Хватит пить! Черт возьми! Его сейчас…

— Давайте оттащим его в каюту, — произносит Давид поднимаясь.

— Ага… Лучше девочкам не смотреть на это, — соглашается Олег.

Мужчины кое-как поднимают Родиона на ноги под его тихие неразборчивые протесты. Давид бросает на меня вопросительный взгляд, который я мгновенно расшифровываю. Он спрашивает — в порядке ли я. Твердо киваю в ответ, отпуская его, а сама кручу в пальцах бокал с шампанским, наблюдая, как искрятся пузырьки в свете ламп. Я сделала всего пару глотков. Напиток несомненно потрясающий и дорогой, совсем не такой, как я привыкла пить на своей старой обшарпанной кухне, но почему-то в горле стоит ком, мешающий наслаждаться вкусом. Без Давида ощущение неприятия усиливается. Мне здесь не место. Серьезно. Это все не для меня.

Яхта едва ощутимо покачивается, дрейфуя в открытом темном море. Плед спасает от холодного тяжелого воздуха, но не защищает от ледяных мыслей. Что я здесь делаю? И почему Давид выбрал меня? Эти вопросы никуда не делись. Давид глушит голос разума своим обаянием и красивыми словами, но стоит ему отойти хотя бы на шаг…

— Аврора, — обращается ко мне Марго, вальяжно развалившись на диванчике, — расскажи о себе, а то ты за весь вечер и слова не сказала.

В ее взгляде чувствуется оценочный интерес, ее поза кричит о том, что она считает себя лучше и круче. То, как она выгибает спину, как складывает ногу на ногу, покачивая ступней, как нарочито сексуально облизывает губы после каждого глотка шампанского. Я не собираюсь с ней соревноваться. Мне это не нужно. А вот ей, похоже, — да.

— Ваша жизнь куда интересней моей, — с легкой улыбкой отвечаю я.

— О-о-о… Я тебе не верю. Давид никогда не выбирает себе простых девушек. В тебе должно быть что-то особенное.

И снова выпад Марго акцентирует внимание на том, что она знает Давида лучше и дольше, чем я. Это ведь провокация. Причем очень даже открытая.

— Об этом стоит спросить его, — сухо произношу я и подношу бокал к губам.

— И правда, — ухмыляется Марго. — Тогда расскажи, что в нем нашлаты, — последнее слово сказано с таким количеством яда, что я допиваю шампанское в несколько больших глотков, чтобы не оставить себе соблазна выплеснуть его в лицо этой стерве.

Аккуратно опускаю стеклянный бокал в подстаканник и выпрямляю спину, с холодом глядя на Марго, на лице которой сияет презрительная улыбочка.

— Не думаю, что тебе нужно рассказывать о достоинствах Давида. Ты ведь прекрасно знаешь их и сама. Хотя, тебе ведь остается только мечтать о нем. Какая жалость, — выпячиваю нижнюю губу, но быстро возращаюсь к образу холодной отстраненности. — Ой. Или нет. Мне не жаль. Извини. И снова «ой». Мне не за что извиняться.

Улыбка сползает с красивого лица Марго, а Даша впервые за весь вечер отрывается от своего мобильника и смотрит так, будто у меня вырос хвост, как у русалки.

— А ты стерва, — глухо произносит Марго. — Давид таких не любит.

— Поэтому он и не выбрал тебя? — вновь парирую я.

— Послушай, Аврора, — Марго впадает в пока еще тихую ярость. — Если ты думаешь, что он уже у тебя в кармане, то ты...

— Не припомню, чтобы просила твоего совета. И вряд ли Давид поместится в чей-то карман. Даже частично.

— А это и не совет, — она кривит губы и отводит взгляд, но только чтобы через мгновение с ненавистью вернуться к моим глазам. — Он не будет твоим. Не обольщайся.