На закате лета (СИ) - Хилл Алекс - Страница 26

— Даже если и так, мне будет что вспомнить.

Да. Это было жестко, но она сама напросилась. Не нужно было лезть ко мне.

Марго шумно выдыхает через нос и поднимается с диванчика, взмахивая руками, чтобы поймать равновесие. Она бросает на меня еще один злобный взгляд и уходит немного покачиваясь.

— Ты ее сделала, — ровным тоном говорит Даша.

Похоже, не такие они и подруги, раз она не бросилась защищать Марго.

— Не я это начала.

— Ты не просила советов, но я все-таки рискну — забей, Аврора. Все, что произойдет между вами с Давидом, зависит только от вас. А Марго просто перебрала.

— Спасибо, — искренне отвечаю я, но Даша едва ли меня слышит, вновь погружаясь в сетевой мир и оставляя меня наедине с собственными мыслями.

Свадьба уже послезавтра. Как только закончится торжество и будет съеден последний кусок торта, мне придется уехать. Или не придется? Что если… Нет! Это уже чушь. У меня нет работы. Нет жилья. Ничего нет. И что? Я такая вся молодец залезу на шею Давиду? Так не должно быть. Мне в любом случае нужно обратно. Получить расчетные, забрать документы из офиса, найти работу. Наладить свою жизнь, а потом уже… Потом уже все остальное.

Через несколько минут Давид возвращается в компании Альберта. Оба мужчины в хорошем расположении духа не смотря на то, что потеряли двух бойцов, но как только Давид смотрит мне в глаза, то мгновенно меняется в лице.

— Рори, давай я покажу тебе яхту. Через полчаса повернем к берегу, а ты еще ничего не видела.

— Да. Было бы здорово, — тут же соглашаюсь я, желая остаться с ним вдвоем.

Давид берет меня за руку и ведет вверх по лестнице, проходим еще одну зону отдыха и поднимаемся на третий этаж, где за узким коридором прячется небольшое открытое пространство, огороженное металлическими перилами. Давид подводит меня к ним и обнимает со спины, делясь со мной  теплом горячего тела.

Касаюсь ладонями холодных круглых труб и вдыхаю полной грудью, глядя в темноту спокойной и сильной стихии. Глаза постепенно привыкают к мраку, и вот уже видны легкие волны на поверхности моря, но самое прекрасное можно заметить и невооруженным глазом — луна. Ее неровный край с левой стороны означает, что она растет и полнолуние случится уже на днях. Сияющая дорожка, растянувшаяся поверх воды, обещает светлое будущее и заставляет поверить в него, отпустив напряжение.

— Марго все-таки испортила тебе настроение, — говорит Давид, склоняя голову, и касается губами моего плеча.

— Скорее я ей, — отвечаю, отводя голову вбок, чтобы открыть для поцелуев шею.

Плевать я хотела на Марго и ее советы. Давид сейчас со мной, и я не собираюсь упускать ни одной возможности насладиться его вниманием. Давид принимает мое действие за разрешение и осыпает кожу нежными касаниями, прижимая мои ягодицы к своему паху. Прикрываю глаза, проглатывая вздох.

— Ты потрясающая, Аврора, — хрипло шепчет Давид, подбираясь ртом к моему уху. — Невероятная.

Жмурюсь от влажной щекотки, вызванной дразнящими движениями его языка. Давид надавливает мне на спину, заставляя нагнуться. Возбуждение следует за руками Давида, которые теперь поглаживают внутреннюю сторону бедер. Колени слабеют, а внизу живота растягивается тугая пружина. Она может пробить любые стены силой своего удара. Стоит только отпустить.

— Давид, — тихо выдыхаю я, когда его пальцы подбираются к краю белья.

— Хорошо, что ты в платье, — говорит он. — И хорошо, что ты хочешь меня так же сильно, как я тебя.

И мне нечего возразить, потому что тело говорит вместо меня. Прогибаюсь в спине и расставляю ноги чуть шире. Одобряющее рычание ударяет мне в затылок. Контраст горячих пальцев Давида и холодного морского ветра подводит к краю слишком быстро. Но я не готова взлетать в одиночку.

Не понимаю, что на меня находит. Свожу колени вместе и оборачиваюсь, ловя взгляд темных глаз.

— Хочу тебя, — говорю я с обескураживающей серьезностью.

Давид напрягает челюсть. Ощущаю, как дрожь сотрясает его бедра, как каменеет живот.

— Давид, я хочу тебя, — повторяю, не теряя смелости. — Хочу вместе с тобой. Хочу почувствовать…

Больше не успеваю ничего произнести, потому что Давид резко разворачивает меня к себе, крутнув за талию, и обрушивается на мои губы. И в этом поцелуе столько жажды, столько зашкаливающих эмоций, что я с трудом выдерживаю напор, едва ли не рассыпаясь на мелкие кусочки. Здесь наверху куда прохладнее, но я перестаю чувствовать ветер, для меня им становится Давид. Сейчас кажется, что он может заменить мне все на свете, настолько сильны чувства, что исходят от меня и от него.

Провожу руками вниз по его животу и хватаюсь за пряжку ремня.

— Мы ведь не приняли душ, — говорит Давид сквозь улыбку.

— Плевать! — бросаю я, расстегивая его брюки.

— И у меня нет с собой…

Не желаю ничего слышать. Никаких оправданий. Он нужен мне. Сейчас. Весь. Целиком. Без преград и отговорок. И даже мои собственные правила сгорают в нашем общем огне.

— Я приму таблетку, — мгновенно нахожу выход из ситуации.

— Нас могут услышать, — предупреждает он, но я же вижу, что его самого этот момент совсем не волнует.

Да и меня тоже!

Запускаю руку под резинку его боксеров. Пару раз двигаю рукой вверх-вниз, наблюдая, как меняется Давид. Ему уже точно не до шуток.

— Аврора, — вздыхает он и сжимает зубы.

Давид подхватывает мою ногу и прижимает к своему бедру. Теперь я полностью открыта и готова. Он в моих руках, а я вся его. Мы вместе. Разговоров больше нет, медленный и плавный темп, дрожь от нетерпения и предвкушения большего. Давид позволяет мне немного привыкнуть, прежде чем ускориться, и как только его движения становятся резче, я впиваюсь ногтями в его плечи и кусаю губы, стараясь контролировать рвущиеся наружу стоны удовольствия.

В спину давят металлические перекладины, мышцы на ногах сводит, а руки болят, но все это лишь мишура. Настоящие ощущения в сто тысяч крат сильнее и глубже. И все-таки… Мне кое-чего не хватает.

— Давид, — сбивчиво зову я. — Я… Мне…

— Понял, — кивает он, замедляясь. — Поворачивайся.

Слушаюсь беспрекословно и хватаюсь за перила, наклоняясь вперед. Давид приподнимает мою юбку и оглаживает ягодицы.

— Я бы смотрел на это вечно, — восторженно говорит он.

— Потом сделаешь фотку, а сейчас закончи то, что начал, — с нетерпением произношу я, и незамедлительно получаю желаемое.

Он снова во мне. Плавно и глубоко. Его ладонь скользит по бедру и он касается меня, выводя быстрые круги двумя пальцами в самом чувствительном месте, которое он находит уже без подсказки.

Крепче сжимаю руки до боли в пальцах, ощущая приближение оргазма. Дыхание рвется в клочья, поднимаю лицо к небу, но вижу не звезды, а мерцающие искры.

Тихие хлопки наших тел, шуршание одежды и звенящая музыка ночи. Все смешивается в тонкий пронзительный писк, тело охватывают сладкие конвульсии. Эйфория накрывает с головой, и я теряюсь в пространстве на несколько мгновений, не желая возвращаться.

Давид обхватывает меня поперек груди, заставляя выпрямиться и прильнуть к его груди спиной. Поддаюсь его контролю, отпустив свой. Поднимаюсь на носочки, чтобы подстроиться под его тело. На моем плече сжимаются зубы, оттягивая кожу. Ощущения такие яркие, что невозможно отличить одно от другого. Даже боль сейчас породнилась с удовольствием. Еще несколько порывистых толчков и мы замираем, восстанавливая тяжелое дыхание.

— В каюте есть душ, — хрипит Давид, водя губами по саднящей от укуса коже.

— А что еще там есть?

— М-м-м… Кровать?

— Сколько у нас еще есть времени?

— Сколько ты захочешь…

Глава 9

Просыпаюсь от легких поцелуев, рассыпающихся по плечам и шее. Улыбаюсь, обнимая крепче подушку, и тихонько одобрительно мычу. Давид водит губами по моей коже, а после мягкие прикосновения сменяются на легкий массаж. Сильные руки разминают затекшее тело, уделяя особое внимание спине и ягодицам. Может быть, я все еще сплю? Иначе почему это так приятно?