Избавитель. Том 2 (СИ) - Соколов Макс - Страница 81

— Красийцы подписали этот пакт? — спросил Меченый.

Джансон покачал головой:

— Красия не входила в Тесу и потому не подписала пакт. Однако, — и он жестом отмел возможные возражения, поправил очки на кончике носа и поднял старый пергамент, — дословно пакт гласит следующее: «Если смертные покусятся на территорию или независимость любого герцогства, все нижеподписавшиеся, а равно их потомки обязаны выступить единым фронтом на защиту пострадавшей стороны».

Джансон положил пергамент.

— Пакт был сформулирован так с целью предотвратить войны между людьми, ибо нас осталось слишком мало после гибельного Возвращения. Тем не менее он действует до сих пор, независимо от того, подписал его красийский вождь или нет.

— Вы уверены, что герцог Юкор считает так же? — спросил Меченый Джансона.

— Ты у кого на аудиенции, у меня или моего секретаря? — рявкнул Райнбек, и все взгляды обратились к нему. Рожер заметил, что герцог покраснел и разозлился, как в ту ночь, когда застал семилетнего мальчика спящим в кровати своей любимой шлюхи.

Меченый поклонился:

— Прошу прощения, ваша светлость. Не сочтите за неуважение.

Райнбек, похоже, немного смягчился, но ответил грубо:

— Юкор попытается найти в пакте лазейку, как подземник — брешь в метках, но без его поддержки Энджирс не сможет напасть на красийские полчища.

— А вы бы сами нарушили пакт? — спросил Меченый.

— В пакте сказано: «Выступить единым фронтом», — прорычал Райнбек. — Предлагаешь мне драться с пустынными крысами в одиночку, чтобы Юкор разбил ослабленные армии и провозгласил себя королем?

Меченый помолчал.

— Почему я, ваша светлость?

Райнбек фыркнул:

— Не скромничай. Все жонглеры Тесы поют о тебе. Если твое прибытие вызовет в Милне такой же переполох, как в Энджирсе, Юкору придется придерживаться пакта, особенно когда ты подсластишь пилюлю своими боевыми метками.

— Я не стану скрывать их ради политической выгоды, — заметил Меченый.

— Разумеется, — усмехнулся Райнбек, — но Юкору незачем об этом знать.

Рожер придвинулся к Меченому. Будучи искусным кукловодом, он мог кричать или шептать, не шевеля губами, и даже менять направление источника звука.

— Он просто пытается избавиться от тебя, — предупредил он незаметно для всех.

Но если Меченый и услышал, то виду не подал.

— Хорошо, я согласен. Вы должны заверить послание своей печатью, ваша светлость, чтобы у герцога Юкора не возникло сомнений.

— Ты получишь все, что нужно, — пообещал Райнбек.

— Ваша светлость, — произнесла придворная дама, — лорд Джансон просил сообщить, что аудиенция делегации из Лесорубовой Лощины у герцога подошла к концу.

— Спасибо, Эма. — Арейн даже не удосужилась спросить, как прошла встреча. — Передай лорду Джансону, что мы увидимся в приемной, когда допьем чай.

Эма грациозно присела и испарилась. Уонда залпом допила чай и вскочила на ноги.

— Торопиться незачем, юная госпожа, — заметила Арейн. — Мужчинам полезно время от времени ждать женщин. Это учит их терпению.

— Да, ваша светлость, — поклонилась Уонда.

Мать герцога встала:

— Иди сюда, девочка, я хочу как следует на тебя посмотреть.

Уонда повиновалась, и Арейн обошла ее по кругу, изучая поношенную, залатанную одежду и рваные шрамы на невзрачном лице, щупая руки и плечи, как мясник, осматривающий скот.

— Понятно, почему ты выбрала жизнь мужчины, — заметила мать герцога. — Ты сложена по-мужски. Не скучаешь по платьям? Не хочешь краснеть под жаркими взглядами кавалеров?

Лиша встрепенулась, но мать герцога подняла, не поворачиваясь, палец, и она придержала язык.

Уонда неловко переступила с ноги на ногу:

— Я об этом особо не думала.

Арейн кивнула:

— Каково это — идти на бой вместе с мужчинами, девочка?

Уонда пожала плечами:

— Мне нравится убивать демонов. Они убили моего папу и многих друзей. Сначала некоторые лесорубы пытались прикрывать женщин, но мы убивали не меньше ихнего, а когда демоны задали им трепку, потому что они больше глазели на баб, чем сражались, они быстро поумнели.

— Здешние мужчины куда хуже, — посетовала Арейн. — Мне пришлось отречься от власти после смерти мужа, хотя мой старший сын был идиот, а его братья — немногим лучше. Создатель запрещает женщинам занимать трон плюща. Я всегда немного завидовала старой Бруне, которая открыто правила мужчинами, но здесь дела так не делаются.

Она еще раз посмотрела на Уонду.

— Пока, по крайней мере, — поправилась она. — Сражайся в ночи за меня, девочка. Сражайся за всех энджирок и не склоняйся ни перед кем — ни перед мужчинами, ни перед женщинами.

— Обещаю, ваша светлость. — Уонда наконец сумела как следует поклониться. — Клянусь светом дня.

Арейн хмыкнула, постучала себя по подбородку и щелкнула пальцами. Потом схватила со стола серебряный колокольчик и позвонила. Почти сразу же явилась придворная дама.

— Швею ко мне. Немедленно, — приказала Арейн.

Та присела и выбежала. Через мгновение вошла еще одна женщина в сопровождении девушки с тетрадью в кожаном переплете и пером.

— Сними с девочки мерки! — Арейн указала на Уонду. — Все.

Королевская швея поклонилась, достала связку шнуров с узелками и принялась снимать мерки, называя их помощнице, которая делала пометки в тетради. Уонда заливалась краской, пока швея поднимала ее руки и ноги, как у куклы, и щупала в интимных местах. Белые шрамы на алых щеках выделялись особенно ярко.

Закончив, швея подошла к Арейн и Лише.

— Непростая задача, ваша светлость, — признала она. — У девушки плоско, где должно быть округло, и широко, где должно быть узко. Я попробую отвлечь внимание оборками, и нужен веер, чтобы скрыть шрамы…

— По-твоему, я идиотка? — рявкнула Арейн. — Да я скорее Тамоса наряжу в платье, чем ее!

Швея побледнела и присела в реверансе:

— Прошу прощения, ваша светлость. Что вы хотите ей сшить?

— Еще не решила. Но непременно придумаю. А пока ступай.

Женщина кивнула и выскользнула из комнаты вместе с помощницей.

Арейн повернулась к Лише и Уонде, которые собрались уходить:

— Мы с Бруной были хорошими подругами, моя дорогая, к вящей выгоде для нас обеих. Надеюсь, мы тоже подружимся.

— Я тоже на это надеюсь, — кивнула Лиша.

Глава 18. Цеховой мастер Чоллс. 333 П. В., весна

— Почему ты согласился поехать? — тихо спросил Рожер, когда Джансон отвел мужчин обратно в гостиную и оставил ждать Лишу и Уонду. — Райнбек просто хочет от тебя избавиться, потому что боится, что его подданные перебегут к тебе.

— Я тоже этого боюсь, — ответил Меченый. — Я не хочу, чтобы люди видели во мне спасителя. К тому же мне самому нужно в Милн. Послание с печатью Райнбека — прекрасный повод.

— Ты собираешься дать им боевые метки, — догадался Рожер.

— В том числе, — кивнул тот.

— Ладно, — сказал Рожер. — Когда выезжаем?

Меченый взглянул на него.

— Не «выезжаем», а «выезжаю». Я еду в Милн один. Я буду скакать во весь опор по ночам, и ты меня только задержишь. Вдобавок тебе нужно учить подмастерьев.

— Зачем? — скривился Рожер. — Не знаю, что я делаю с подземниками, но этому нельзя научить.

— Вот свинство! — рявкнул Меченый. — Что за пораженческие разговоры? Ты учишь подмастерьев всего несколько месяцев. Рожер, нам нужны волшебные скрипачи. Уж придумай, как их натаскать.

Он взял его за плечи, заглянул в глаза, и тот увидел безграничную решимость, а также уверенность в Рожере.

— Ты справишься. — Меченый сжал его плечи и отвернулся, но Рожер продолжал ощущать его взгляд. К нему будто перешла часть решимости Меченого. Если он не может обучить подмастерьев, то знает, у кого это получится. Надо только подавить страх и отправиться к ним.

Гаред подошел к Меченому и опустился на колено.

— Можно с тобой? — взмолился он. — Я не боюсь скакать по ночам. Я тебя не задержу.