Избавитель. Том 2 (СИ) - Соколов Макс - Страница 82

— Встань! — гаркнул Меченый и пнул Гареда по согнутому колену. Великан мгновенно вскочил, но глаза по-прежнему держал опущенными. Меченый положил руку ему на плечо. — Гаред, я знаю, что ты меня не задержишь, но ты тоже останешься. Я еду в Милн один.

— Но тебе нужна охрана, — возразил Гаред. — Ты важен миру.

— Миру больше надобны такие люди, как ты, а мне ни к чему охранник. У меня для тебя другое задание.

— Все исполню, — пообещал Гаред.

— Мне не нужен охранник, зато Рожеру — понадобится.

Рожер возмущенно посмотрел на Меченого, но тот его проигнорировал.

— Уонда охраняет Лишу, а ты присмотри на Рожером. Его волшебная музыка — уникальный и незаменимый дар. Она может переломить ход войны, если мы сможем ее обуздать.

Гаред низко поклонился и шагнул в круг солнечного света у окна.

— Клянусь светом дня. — Он посмотрел на Рожера. — Глаз не спущу!

Рожер взглянул на великана, непредсказуемого и тугодумного лесоруба, не зная, радоваться или ужасаться.

— По нужде-то можно в одиночку ходить?

Гаред засмеялся и хлопнул его по спине, чуть не выбив из Рожера дух и едва не свалив его с ног.

— Сегодня я отправлюсь в Форт Милн до того, как северные ворота запрут на ночь, — сообщил Меченый Лише в карете на обратном пути в лечебницу Джизелл. Он рассказал, как прошла аудиенция у герцога — в полном согласии с предсказанием Арейн. — Вообще-то, я собираюсь выехать, как только соберу Сумеречного Плясуна.

Лиша велела Уонде не подавать виду, если мужчины подтвердят слова матери герцога. Девочка справлялась прекрасно, зато сама Лиша с трудом сдержала улыбку.

— Вот как?

— Райнбек хочет, чтобы я от его имени попросил у герцога Юкора помощи в изгнании красийцев с земель Тесы, — пояснил Меченый.

Лиша кивнула с притворной мрачностью. Какой поразительной властью обладает мать герцога! Вот бы и ей научиться управлять мужчинами без их ведома!

Меченый выжидающе посмотрел на нее:

— И что? Ты не возражаешь? — Он казался почти разочарованным. — Не умоляешь взять тебя с собой?

Лиша фыркнула.

— У меня есть дела в Лощине, — ответила она, не глядя ему в глаза, — и ты никогда не скрывал, что хочешь разнести боевые метки по городам и весям. Все к лучшему.

Меченый кивнул:

— Я тоже так думаю.

Остаток пути они проделали в тишине и прибыли в лечебницу, когда ученицы снимали белье с веревок.

— Гаред, помоги девушкам отнести корзины с бельем, — попросила Лиша, когда пустая карета отъехала.

Гаред ушел.

— Уонда! Меченому нужно оружие для поездки на север. Принеси несколько связок меченых стрел.

— Хорошо, госпожа. — Уонда поклонилась и направилась в дом.

— Пять минут при дворе, и все уже раскланиваются, — проворчал Рожер.

— Рожер, ты не попросишь госпожу Джизелл велеть девушкам собрать еду в дорогу?

Рожер взглянул на Меченого и Лишу и нахмурился:

— Я лучше за вами присмотрю.

Лиша наградила его таким возмущенным взглядом, что он отшатнулся, преувеличенно изящно раскланялся и ушел. Лиша и Меченый отправились в конюшню, где воин достал свое меченое седло и конский доспех.

— Обещай быть осторожным, — попросила Лиша.

— Я всегда осторожен. Иначе бы не выжил.

— Верно, но я имела в виду не только подземников. У герцога Юкора… репутация более сурового правителя, чем Райнбек.

— То есть его не водят за нос собственные советники? Я знаю. Я знаком с Юкором.

Лиша покачала головой:

— Есть хоть одно место, где ты не побывал?

Меченый пожал плечами:

— За восточными горами. За западным лесом. На берегу моря за Красийской пустыней. — Он взглянул на Лишу. — Но я постараюсь наведаться.

— Я бы тоже хотела, если Создатель позволит.

— Теперь все могут странствовать, где пожелают. — Меченый поднял татуированную руку.

«Я имела в виду — с тобой», — едва не сказала Лиша. Его слова окончательно все прояснили. Она — его Рожер. Больше нет смысла надеяться на иное.

Меченый протянул руку:

— Ты тоже обещай, что будешь осторожна.

Лиша шлепнула его по руке и крепко обняла:

— Прощай.

Через час он уже скакал на север прочь от города, и хотя глаза Лиши были на мокром месте, ей казалось, что с ее плеч свалился тяжелый груз.

Лиша вернулась к своим прежним занятиям. Она дала урок ученицам и осмотрела больных, пока Джизелл отвечала на письма. Отчасти ей хотелось зарыться в книги о метках, которые лежали в сумке в комнате наверху, но она совладала с соблазном погрузиться в наследие Арлена, поскольку знала, что остановиться не сможет. Лиша была жадной до знаний, как Гаред — до разряда магии, который сотрясал его тело, когда он убивал подземника меченым топором. Но девушка решила хотя бы несколько часов безмятежно растирать травы и лечить пациентов от пустяков вроде простуды и переломов.

Завершив обход и отослав учениц на покой, Лиша заварила чай и поднялась с чашкой в гостиную Джизелл. В столь позднее время комната должна была пустовать, и в ней имелся теплый камин, а также небольшой письменный стол. Лише и самой надо было ответить на письма травниц со всего герцогства, с которыми она состояла в общении. Многие еще не знали о смерти Бруны. С того момента, как они с Рожером повстречали Меченого, у Лиши не было времени ни на травы, ни на старых подруг.

Поднявшись, Лиша услышала звон стекла. Она вошла в комнату и увидела за столом Джизелл Рожера. Перед ним стоял графин с бренди. Огонь шипел и плевался, на камнях очага лежали мокрые осколки стекла.

— Хочешь спалить всю лечебницу? — воскликнула Лиша, вытащила из кармана фартука тряпку и торопливо вытерла бренди, пока не загорелся.

Не обращая на нее внимания, Рожер наполнил другой стакан.

— Рожер, госпоже Джизелл не понравится, что ты бьешь ее посуду, — предупредила Лиша.

Рожер запустил руку в лоскутный мешок, который повсюду носил с собой. Мешок был старый, грязный и потрепанный, но Рожер все равно называл его «мешком с чудесами». И действительно, жонглер неизменно доставал из него чудеса, которые пленяли даже самых искушенных зрителей.

Рожер бросил на стол горсть старинных золотых монет Меченого. Они зазвенели, половина упала на пол.

— Пусть купит себе новую.

— Рожер, что с тобой? Если дело в том, что я тебя отослала…

Рожер отмахнулся и приложился к стакану. Лиша видела, что он уже в стельку пьян.

— Мне плевать, как вы с Арленом прощались в конюшне.

Лиша рассердилась:

— Я на него не вешалась, если ты на это намекаешь.

Рожер пожал плечами:

— А хотя бы и вешалась, мне все равно.

— Тогда в чем дело? — ласково спросила Лиша и подошла к Рожеру. Юноша мгновение смотрел на нее, затем снова запустил руку в мешок с чудесами и достал узкую деревянную коробочку. В ней хранился массивный золотой медальон.

— Министр Джансон дал, — пояснил Рожер. — Это королевская медаль за доблесть. Герцог вручил ее Аррику за то, что спас меня в ночь гибели Ривербриджа. А я и не знал.

— Ты тоскуешь по нему, — вздохнула Лиша. — Так и должно быть. Он спас тебе жизнь.

— Демона с два он ее спас! — крикнул Рожер, схватил медаль за цепочку и швырнул через комнату. Медаль гулко ударилась о стену и со звоном покатилась по полу.

Лиша положила ладони на плечи Рожеру, но жонглер оскалил зубы, и на мгновение она испугалась, что он ее ударит.

— Рожер, что случилось? — мягко спросила она.

Рожер вырвался и отвернулся. Казалось, он будет молчать, но все же заговорил.

— Я думал, это просто дурной сон, — произнес он сдавленным голосом. — Аррик играл на скрипке, и мы с мамой танцевали. Мой отец и вестник Джерал хлопали в такт. Стояло сезонное затишье, и в трактире в ту ночь никого больше не было.

Он глубоко вдохнул и сглотнул.

— Что-то с грохотом ударило в дверь. Я помню, как отец с утра спорил с мастером Питером, метчиком, но они с Джералом сказали, что беспокоиться не о чем.