Мой любимый шотландец - Данмор Эви - Страница 11

Хэтти стояла молча, чувствуя, как пылают щеки. Мать тоже лишилась дара речи. Мисс Хьювитт-Кук, похоже, решила проявить жалость.

– Мистер Блэкстоун, – с улыбкой повернулась она к коммерсанту. – Насколько я понимаю, у вас есть талант к выгодным вложениям?

Блэкстоун смерил миссис Хьювитт-Кук ироничным взглядом.

– Скорее да, чем нет.

– Тогда вы должны поделиться с нами секретами, – проговорила американка. – Мне бы так хотелось удивить мистера Хьювитт-Кука точным прогнозом состояния рынка!

Губы Блэкстоуна скривились в легкой усмешке.

– Не хочу утомлять вас деловыми разговорами, мэм.

– Тогда как насчет парочки изобретений, которые произведут следующую промышленную революцию? – С истинно американским упорством миссис Хьювитт-Кук отказывалась пасовать перед неучтивостью. – Хотя бы намекните нам, бесталанным, что за новые технологии грядут – разве это не занятно?

Она окинула взглядом их небольшую группу, требуя одобрения.

– Очень занятно, – пробормотала миссис Эсторп.

– Да-да, – без особого энтузиазма отозвалась Адель.

Лицо Блэкстоуна смягчилось лишь после того, как Хэтти едва заметно кивнула.

– Электричество, – объявил он.

Повисла пауза, и все взоры устремились на шотландца. Взгляд Блэкстоуна украдкой скользнул по комнате то ли в поисках лакея, разносящего крепкие напитки, то ли ища кратчайший путь отхода.

– Электричество, – повторила миссис Хьювитт-Кук и подозвала официанта, чтобы взять бокал розового шампанского. – Хотите сказать, нам стоит вложить средства в рынок электрических лампочек?

Блэкстоун взял с подноса стакан с янтарной жидкостью. Когда он поворачивался в профиль, становилось видно, что на затылке непослушные волосы одерживают победу над средством для укладки.

– Вкладывайтесь в акции компании, которая запатентовала процесс серийного производства термостойких насосов для питания паровых котлов.

Миссис Эсторп захлопала ресницами. На лице Хэтти проступило не меньшее недоумение.

– Насосы для питания паровых котлов, – четко выговорила миссис Хьювитт-Кук. – Вам удалось меня заинтриговать, поскольку я не поняла ни слова!

Любой нормальный мужчина улыбнулся бы и рассыпался в любезностях, но Блэкстоун был к этому не способен или же не пожелал следовать протоколу.

– Насос для питания парового котла является важным элементом электрогенератора, – пояснил он, – необходимым для превращения пара в электричество. Лет через десять в Британии и на континенте появятся сотни энергетических станций, и тогда мы сможем смело использовать электричество для освещения домов и для других нужд. – Заметив жадное любопытство миссис Хьювитт-Кук, он добавил: – Побочный продукт выработки электричества – тепло, поэтому электричество сможет заменить существующие способы нагрева в нынешних бытовых приборах – кухонных плитах, к примеру.

Сдержанность Блэкстоуна была нетипична для коммерсанта – Хэтти знала многих, которые с готовностью хватались за поднятую тему, желая выпятить собственную значимость, нежели раскрыть предмет разговора, и они в большей или меньшей степени разделяли убеждение, что женская аудитория должна им согласно кивать, окидывая восхищенными взглядами. Однако Блэкстоун в восхищении, видимо, ничуть не нуждался и голоса не повышал. Мужчина, невосприимчивый к женскому обаянию, – опасное существо, ведь больше бедняжкам себя защитить нечем. Заинтригованная миссис Хьювитт-Кук наблюдала за Блэкстоуном, словно за экзотическим животным, требующим немедленной классификации.

– Потрясающе, – пробормотала она. – С насосами понятно, но мой аппетит до новых знаний только вырос. Расскажите нам еще что-нибудь!

У Хэтти снова возникло неловкое чувство, что Блэкстоун ждет ее одобрения. Когда она кивнула, шотландец опустошил бокал и произнес:

– Двустороннее зеркало.

– Какое-какое? – переспросила тетушка.

– Зеркало, через которое можно смотреть, как через окно.

– Зачем нужно зеркало, через которое все видно?

– Видно лишь с одной стороны и при ярком свете, – пояснил Блэкстоун. – Другая показывает обычное отражение.

Миссис Хьювитт-Кук ахнула.

– Гениально! И где его можно купить?

– Пока нигде. Разработки только начались.

– Какой же от него прок? – воскликнула тетушка.

Блэкстоун чуть наклонился к ней.

– Полагаю, их станут использовать для наблюдения в полицейских участках и в универмагах, мэм.

– В универмагах! – возмутилась мать Хэтти. – Вы имеете в виду, чтобы шпионить за невинными покупательницами?

– Скорее, чтобы лучше понять своих клиентов, – сказал Блэкстоун. – Конкуренция между универмагами растет, и изучение покупательских предпочтений людей, которые не знают, что за ними ведется наблюдение, может помочь магазину увеличить объемы продаж.

Миссис Хьювитт-Кук покачала головой.

– Весьма умно, – пробормотала она. – Как вам удается так ловко мыслить на перспективу?

Блэкстоун слегка улыбнулся.

– Это просто. Нужно лишь помнить, что люди в основном руководствуются комфортом, тщеславием или жадностью. Любой товар, который удовлетворяет этим запросам, будет иметь коммерческий успех.

Последовала неловкая пауза.

– Полагаю, это довольно богопротивный взгляд на мир, – холодно заметила Адель.

Блэкстоун кивнул.

– Не зря говорят, что капитализм поклоняется лишь самому себе.

Тетушка хихикнула.

– Мистеру Блэкстоуну стоит познакомиться с нашей Флоренс, – сказала она Адели. – Им нашлось бы что обсудить.

– Сначала я хотела бы представить мистера Блэкстоуна мистеру Гринфилду, – резко проговорила Адель, переведя взгляд к дверям в залу, через которые как раз входил ее муж. – Извините, мы вас покидаем.

При виде того, как Блэкстоун приближается к отцу, беспокойство Хэтти взметнулось роем потревоженных пчел. Миссис Хьювитт-Кук со щелчком открыла веер с пластинками из слоновой кости.

– Господи, он просто дикий зверь, – пробормотала она, искоса глядя на широкую спину Блэкстоуна. – Причем, что называется, с головы до ног.

Хищный восторг в ее голосе задел и без того истерзанные нервы Хэтти.

– Бедные лорд и леди Ратленд, – заметила миссис Эсторп. – Представляю, как тяжело им приходится.

Перед мысленным взором Хэтти возникло лицо лорда Ратленда, которого она видела однажды на балу: обычное, бесстрастное лицо пожилого английского аристократа с холодными глазами и седой шевелюрой.

– А что он делает с Ратлендом? – спросила девушка.

– Медленно убивает, – ответила миссис Хьювитт-Кук, не сводя глаз со сцены знакомства в дальнем конце залы. – У Ратленда серьезные финансовые затруднения. По слухам, за последние годы Блэкстоун скупил большую часть его долгов, а надежной финансовой опоры у Ратленда сейчас нет. Долг Блэкстоуну висит над головой лорда, словно дамоклов меч.

Миссис Эсторп содрогнулась.

– Ужас! Насколько я понимаю, здоровье леди Ратленд оставляет желать лучшего.

Хэтти пожалела, что задала вопрос. Подобная низость со стороны Блэкстоуна заставила ее усомниться и в моральных принципах собственного отца. Хуже того, Хэтти ощутила жгучее разочарование, словно возлагала на моральный облик Блэкстоуна большие надежды.

– Мужчины бывают такими кровожадными, – промурлыкала миссис Хьювитт-Кук. – Кстати, что вы думаете про его нос – где он его сломал? – В ответ на удивленное молчание американка подняла веер повыше, словно желая укрыть им своих собеседниц. – Миссис Эсторп, у вас наверняка есть идеи.

Миссис Эсторп нервно хихикнула.

– Ну что ж. – Она подалась вперед. – Он сломал свой нос, когда… когда подрался из-за женщины!

– Хм-м, интригующе. Несомненно, он вышел победителем и настойчиво заявил свои права на добычу. Если честно, я думаю, что нос он сломал во время боксерского поединка в «Слоне и замке» или каком-нибудь другом подобном заведении… Мисс Гринфилд, мы не шокируем вас своими разговорами? – посмотрела она на Хэтти с притворной заботой.

Некоторые замужние женщины любят напоминать незамужним об их незавидном статусе, прикрываясь заботой о невинности. Так они подводят черту, разделяя знающих и незнающих, – завуалированная демонстрация силы, которая всегда изумляла Хэтти, поскольку она вряд ли представляла угрозу для светских дам. Однако, глядя в довольное лицо миссис Хьювитт-Кук, ей захотелось проявить кое-какую осведомленность о мистере Блэкстоуне – к примеру, о свежем запахе его тела и о вкусе его губ. Хэтти знала, что целуется он властно и что грудь у него твердая, как стена. Низменный уголок ее души буквально светился от торжества: ей известно о нем такое, чего никогда не узнают люди, охочие до его денег, и даже искушенная светом миссис Хьювитт-Кук. Конечно, Блэкстоуну известно про Хэтти то же самое. Девушка густо покраснела. К счастью, миссис Хьювитт-Кук сочла это за проявление девичьего смущения.