Невеста против (СИ) - Вансловович Лика - Страница 92

— И где эта девчонка? Какой бес в нее вселился! Я-то, старая кошелка, решила, что она отправилась в свою комнату, а она без вести пропала! — голос Аглаи Александровны где-то совсем неподалеку в миг вырвал меня из мрачных воспоминаний. Я поспешила стереть с лица слезы, вскочила на ноги, одернула юбку, стряхнула с нее пыль и осторожно открыла дверь, стараясь не скрипеть.

— Что-то случилось? — спросила я классную даму, которая явно все еще пребывала не в лучшем расположении духа.

— Конечно, случилось! У нас теперь не пансион, а проходной двор какой-то! Ты что всю свою родню сегодня сюда пригласила? — возмущенно вопрошала женщина.

— Это вы о чем? — недоуменно переспросила я.

— А ты сходи и посмотри своими глазами! — ворчливо отозвалась женщина. — Слава богу, что ты скоро уедешь отсюда: одни хлопоты с такими девчонками!

Я торопливо поспешила вернуться на первый этаж. В душе я надеялась встретить Ри, но была почти уверена, что там меня ожидает та самая тетушка, Агафья Тимофеевна, о которой рассказывала сестра.

Но в действительности я повстречала там своего ОТЦА.

Я остолбенела, подавилась воздухом, в глазах потемнело. Замершее в груди сердце неожиданно заколотилось с новой силой, и я не сбежала, а скорее слетела вниз по лестнице, оказавшись прямо перед ним. Отчего-то я вдруг решила, что во всем, что с нами случилось и происходит сейчас, виноват именно он, хотя, если хорошо подумать, то так и есть.

— Что ты тут делаешь? — грубо, повысив на него голос, произнесла я.

Он несколько удивленно уставился на меня. С нашей последней встречи отец не на много изменился, разве что сейчас он был трезв. Все тот же злой старик, презирающий все и всех.

— ТАК ты теперь встречаешь своего отца, дочь? — с хорошо знакомой мне угрозой в голосе спросил он.

Во мне откуда-то взялся огонь ненависти, и я вместо того, чтобы испугаться, расправила плечи и встретила его взгляд спокойно.

— Ты мне никто! Чужой человек, я тебя не боюсь! — раньше я не смела перечить ему, а теперь…в меня словно бес вселился.

— Вот значит, как ты заговорила, девчонка! — зашипел на меня отец. — Ничего, я всю эту дурь из твоей головы выбью, всю мерзость, что навнушала тебе твоя преступница-сестрица! День ото дня не покладая рук буду трудиться! — он вздернул руку и грубо ухватил меня за волосы, вынуждая вскрикнуть.

— Я никуда с тобой не пойду! — упрямо бросила ему в лицо, хотя уверенность уже начала покидать меня, а страх, наконец, пробрался в мое сердце, отзываясь дрожью в теле.

— Кем ты себя возомнила?! Если я не заберу тебя, ты окажешься на улице в ближайшие дни и станешь жалкой бродяжкой, уличной девкой, очередным несмываемым позором на моем имени! Но я этого не допущу: вы с сестрицей довольно моей крови попили, теперь придется расплачиваться!

— Отпусти девочку, Николай! — строгий женский голос раздался прямо за спиной отца, и он, так и не ослабив своей хватки, обернулся.

Там стояла невысокая старушка в чепце и дорожном платье, с красивой черной тростью в руках. Женщина смотрела на него с презрением и всем своим видом давала понять, что он, в сравнении с ней, жалкое ничтожество.

Отец прищурился, разглядывая даму и, очевидно, силясь вспомнить, кто перед ним находится.

— Княжна Золотова? Что вы забыли в наших краях? Вам здесь по-прежнему не рады! Я воспитаю своих дочерей без вашей помощи! Можете убираться восвояси! — грубо оборвал он ее.

— Тетя? — неуверенно спросила я, вглядываясь в лицо женщины и не узнавая ее.

— Кажется, вы не понимаете, где находитесь, князь, и с кем разговариваете! Немедленно уберите руки от девушки и отойдите от нее на три шага в сторону!

Молодой голос незнакомого мне юноши заставил меня удивленно оглядеться. В шаге от нас с левой стороны действительно стоял незнакомец и на вытянутой руке держал пистолет, дуло которого он приставил к виску моего отца.

Я испуганно ахнула и дернулась, повалилась на пол, когда отец ослабил хватку, и тут же поспешила встать, ухватившись за ладонь, протянутую все тем же молодым человеком.

Незнакомец был худощавым, но высоким, у него были карие глаза и густые черные ресницы, иронично изогнутые губы, густые брови. Темно-русые волосы были довольно коротко острижены сзади, но опущены спереди, густая челка прикрывала лоб и брови. Он казался опасным шутником, таким, с кем обычно лучше не связываться, кого можно повстречать в шайке уличных воришек среди хитрых и расчетливых ловкачей. А еще парень очень молод — я была уверена, что ему не больше семнадцати или восемнадцати лет.

Он сверлил наглым взглядом отца и, что самое удивительное, улыбался.

— Что вы себе позволяете? — севшим от негодования голосом произнес мой родитель.

— Все, что пожелаю! Можете пожаловаться, но знайте, что эти милые леди обязательно заявят, что никакого оружия в моих руках они не видели, а вы просто выживший из ума старик с давно подпорченной репутацией!

— Это просто возмутительно! Щенок… Я разорву тебя голыми руками… — продолжал изливать угрозы отец.

Юноша снова улыбнулся, прищурился и демонстративно взвел курок.

— Три шага назад, князь! — почти пропел он.

Отец отшатнулся от него, потом сделал еще несколько шагов назад и, словно не веря своим глазам, вытаращился сначала на меня, а потом и на мою тетушку.

— Это мой племянник, Алекс! Я рада, что вы познакомились с ним сегодня, Николай! — насмешливо произнесла она. — Я получила право опеки над этой девочкой два месяца назад, и ты больше не приблизишься к ней!

Лицо князя стало красным от злости, он то и дело сжимал пальцы в кулаки и разжимал в бессильной злости, а я не могла отвести взгляда от странного юноши, который осмелился достать оружие и направить его на моего отца прямо посреди гостиной! Да за такое у нас наверняка могут повесить на площади без особых разбирательств, а он еще и улыбается, словно вообще ничего не боится!

— Сумасшедшая ведьма! Все в вашем роду такие! Проклятый род! — твердил мой батюшка, спиной отступая к выходу!

— Счастливо оставаться, Ваше Благородие! — проговорила тетушка.

Отец скрылся за дверью, а племянник моей новой опекунши уже ловко спрятал пистолет куда-то за пояс, убрал руки в карманы и без стеснения рассматривал меня из-под длинной темно-русой челки.

Напряжение во мне схлынуло так стремительно, что я едва не рухнула на пол, покачнулась, но все же смогла устоять на месте. Ощущение нереальности произошедшего никак не проходило, голос отца все еще звучал в голове, и я с трудом могла успокоить сердце и продолжать дышать.

— Алекс, ну чего ты стоишь! Видишь, девочка сейчас упадет без чувств — переволновалась, бедняжка! Отведи ее к дивану и усади, да раздобудь где-нибудь стакан воды!

Парень вздохнул и ленивой походкой направился ко мне. Он положил одну руку на мою талию, прижал меня к своему боку и таким странным образом повел куда-то в сторону.

— Какая она у тебя впечатлительная! — фыркнул он, усаживая меня и опять нагло разглядывая. — И невежливая!

— Алекс! Воды! — раздраженно повторила тетушка, и молодой человек тут же оставил нас.

— Ты, наверное, совсем меня не помнишь. Да, милая? — ласково поправляя мою прическу, проговорила Агафья Тимофеевна.

— Нет, — виновато призналась я.

— Это ничего, еще познакомимся, и с Алексом вы подружитесь! Он несколько избалован и бывает просто невыносимым, но парень он хороший, в обиду не даст! — в ее голосе звучала столько нежной любвик юноше, что я даже позавидовала ему.

— Спасибо вам, — почти шепотом произнесла я, все еще пытаясь выровнять дыхание

— А ты очень похожа на мать, — с улыбкой произнесла она.

— Вы заберете меня?

— Да, к сожалению, я ничем не могу помочь твоей сестре, но я пообещала ей позаботиться о тебе и намерена сдержать свое слово! Боже, я столько лет потеряла из-за упрямства и ненависти вашего отца!

Алекс вернулся и протянул мне стакан воды. Я взяла его и тут же едва не выронила: оказывается, у меня все еще ужасно тряслись руки. Юноша вырвал из моих ослабевших рук стакан и напоил меня.