Невеста против (СИ) - Вансловович Лика - Страница 93

— Ох уж эти нежные барышни! — проворчал он.

Я нахмурилась и отстранилась, холодная вода действительно немного взбодрила меня и я, выказывая свое недовольство взглядом, обратилась к нему.

— Наверное, вы были бы смелее, столкнувшись нос к носу с тем, кто истязал и мучил вас с самого рождения, и снова оказавшись в его полной, безграничной власти?

Улыбка исчезла с лица молодого человека, и он пристально посмотрел мне в глаза, но не произнес ни слова.

— Это княжна Алиса, она теперь будет жить в моем доме, Алексей! И я очень рассчитываю на тебя! Надеюсь, что вы подружитесь, и ты станешь настоящим защитником для этой юной леди! Ты и представить не можешь, насколько жесток и безумен ее отец, да и я наверняка знаю не слишком много! Отнесись к ней с уважением и прекрати так нагло таращиться! — тетушка одарила юношу строгим предупреждающим взглядом и тот, поджимая губы, виновато опустил голову, хотя мне казалось, что он просто прячет таким образом очередную наглую улыбку, а точнее насмешку.

— Я должна забрать твои документы! Приходи в себя, дорогая, и займись делом — собери свои вещи в дорогу! Я не намерена задерживаться в этом городе!

Она неспешно последовала прочь, оставляя меня наедине со своим племянником. Известие о том, что мы немедленно покинем город и я оставлю здесь Ри совершенно одну, без помощи и защиты, рвало мне сердце. Слезы застыли в глазах, и я снова почувствовала болезненный спазм в горле.

— Что с вами не так? — голос нового знакомого заставил меня немного опомниться.

— Ничего! Я плохо справляюсь с собой в последнее время! Когда мне страшно, я задыхаюсь…иногда! — честно призналась я, и потянулась за стаканом воды.

Он минуту изучал мое лицо, потом опустился на диван совсем рядом со мной, склонился и, словно доверяя мне какую-то страшную тайну, произнес вполголоса:

— Любой страх можно убить, леди! Его можно придушить, утопить или, к примеру, пристрелить — тут уж какая метафора вам больше по вкусу! Важно понять, что это вы должны управлять своим страхом, а не он вами, вы можете его контролировать и… отключать! Если хотите, я научу вас этому!

Я думала, что он шутит, но лицо молодого человека было совершенно серьезным!

— Хочу, — тихо проговорила я.

Алекс тут же изменился в лице, лукаво улыбаясь.

— Хорошо, маленькая леди, только потом не жалуйтесь на меня тетушке! — он подмигнул мне и откинулся на спинку дивана.

Я отчего-то смутилась и даже покраснела, заставила себя встать и, крепко держась за перила, отправилась собирать вещи. Спиной я ощущала наглый и слегка насмешливый взгляд своего нового знакомого, и он одновременно раздражал и раззадоривал меня. Я еще покажу этому наглецу, на что я способна! Я не такая уж и неженка… больше нет!

Часть 3. Глава 17

Оказывается, мир действительно тесен! Мне потребовалось узнать имя любовницы судьи, и, как ни странно, но ею оказалась небезызвестная мне княжна Воронова — юная покорительница мужских сердец! Что ж, такое положение вещей полностью меня устраивало!

Я передал ей послание о том, что желаю встретиться и почти сразу получил ответ: девушка вовсе не была против нашего с ней знакомства. На бал в доме мисье Гроссера она явилась в вульгарном открытом платье, которое оголяло не только плечи, но и большую часть туго перетянутой корсетом груди. Расшитое бусинами и украшенное лентами, оно смотрелось броско и ярко, наверняка стоило немало, но во мне эта показная бравада вызывала только отвращение.

Нас представили друг другу, как это было принято, и мы сговорились о первом совместном танце.

— Так значит, вы тот самый знаменитый герцог Богарне, который так любит радовать наш скромный городишка своими частыми визитами? — обольстительно улыбаясь, произнесла девушка.

Она не притворялась невинной овечкой — слишком очевидной казалась ее привычка вызывать в мужчинах желание и почти животную похоть.

— А вы — прекрасная графиня Воронова, похитившая сердца всех завидных холостяков в этой округе?

— Я рада нашему знакомству, герцог! Мне очень льстит ваше внимание! — она снова улыбнулась.

Зазвучали первые аккорды, и я протянул к ней руку, приглашая на вальс.

— Я знаю, что вы невеста несчастного графа Крайнова! Должен признать — это очень смелый и даже отважный поступок: пожертвовать собой ради любимого человека! Но как много других претендентов утратили надежду достичь счастья в браке, лишившись последнего шанса на вашу благосклонность!

— Не так уж и много, — звонко рассмеялась княжна.

Она умела красиво подавать себя и соблазнять мужчин одним лишь взглядом. Всматриваясь в мое лицо, девушка явно пыталась понять, какую тактику лучше выбрать: пытаться казаться скромнее или все-таки быть развязной и дерзкой.

Я сильнее сжал руку на ее талии и грубо притянул княжну Воронову к своей груди. От неожиданности она даже охнула и с довольной улыбкой уставилась в мои глаза. Но, столкнувшись с моим холодным и равнодушным взглядом, она все же осознала, что попала в ловушку.

— У меня к вам очень деликатное дело, княжна! — склонившись к уху, процедил я сквозь зубы.

— Что вам от меня нужно? — недоуменно спросила Кэтрин.

— Я слышал, вы очень близки с графом Тихомировым, даже имеете некоторую власть над ним…

— На что это вы намекаете? Я не понимаю, при чем здесь граф!

— Неужели? Совсем ничего не понимаете? — с наигранной досадой переспросил я. — Интересно, кого еще вы угостили своими чудесными сонными каплями, помимо графа Крайнова!

Последняя фраза вызвала в ней очень бурный отклик. Прекрасное личико княжны преобразилось: несколько побледнело, глаза сузились, а губы изогнулись в наглой и злой улыбке.

— Я по-прежнему не понимаю, о чем вы говорите, герцог! Кажется, вы с кем-то меня путаете! Это графиня Богданова отравила Константина ядом и едва не сгубила моего любимого, я же не имею к этому никакого отношения!

— В самом деле? Какая досада! Кстати, а вы знали, что граф Игорь Степанович Тихомиров обязан положением и деньгами своей супруге, прекраснейшей женщине, близкой подруге самой императрицы Анне Григорьевне. Замечательная женщина, щедрая и любящая, а уж как она боготворит мужа… Правда, говорят, она ревнива и даже скора на расправу! Как хорошо, что вы никогда не были любовницей графа, а то ведь одному богу известно, на что готова эта женщина, когда носит под сердцем своего первенца!

Мой намек был понят мгновенно. Надменная улыбка тут же сползла с лица княжны, уступив место холодной расчетливости.

— Однако здесь ужасно душно, вы не находите? Может быть, вы сопроводите меня в какое-нибудь более спокойное и уединенное место, где мы могли бы продолжить наше знакомство, Ваша Светлость? — вежливо спросила Кэтрин.

Я ослабил хватку и позволил девушке немного отстраниться. Честно говоря, близость ее тела не вызывала во мне возбуждения и хоть какого-нибудь интереса. Я словно сжимал в руках бездушную фарфоровую куклу и даже дивился самому себе: что же такого особенного я разглядел когда-то в Амалии, почему долгие годы не мог освободиться от этого наваждения!?

— Как пожелаете, княжна! — покорно отозвался я.

Стоило музыке стихнуть, и мы поспешили оставить шумный зал, хотя по пути мне пришлось не раз остановиться и поприветствовать нескольких достаточно важных и близких моему кругу людей. Кэтрин я представлял как старую знакомую, хотя судя по красноречивым взглядам мне мало кто поверил.

— Итак, вы намерены шантажировать меня, герцог? — тут же перешла к делу княжна, стоило нам оказаться за закрытыми дверями гостевой комнаты.

— Я всего лишь прошу вас о маленькой услуге: граф Тихомиров должен учесть непростое положение Рианы Николаевны и быть более лояльным по отношению к этой девушке.

— Вот как? И вы решили, что я соглашусь помочь вам?

— Вы кажитесь мне очень отзывчивой и понимающей женщиной, Кэтрин, — добродушно пожимая плечами, ответил я. — В самом деле, ну для чего вы упрямитесь!? Ваше нынешнее положение кажется мне очень выгодным: род Крайновых богат, известен, уважаем. Несколько ветреный и излишне страстный сынок графа сейчас может превратиться в вашу ручную собачку, а вот его отец вполне еще в состоянии поспособствовать в том, чтобы в семье появился новый наследник! Только подумайте: граф сохранит свою репутацию благородного вдовца, верного покойной супруге, а вы в то же время получите еще большее влияние и власть, когда забеременеете от него и объявите о своем счастье всему свету. Ничего страшного нет в том, чтобы назвать отца дедушкой, а старшего брата отцом ребенка! В глазах окружающих Константин не утратит свою дееспособность, а вы вознесетесь до небывалых высот! — кажется, коварный механизм в голове девушки тут же заработал в нужном мне направлении, она была удивлена моим заявлением, но сосредоточенно его обдумывала.