Сердце степи. Полёт над степью (СИ) - Иолич Ася - Страница 97

Мимо пробежал усым, Алай вспомнила слова мужа и Руана о беспорядках в городе и опечалилась ещё больше. Она зашла в ограду лечебницы и привычно вытянула руку, ожидая, что мокрый нос Ичима ткнётся в неё, но, по-видимому, пёс убежал в стойбище. Алай зашла в домик и стряхнула пыль с сапожков об пёстрый пухлый тряпичный коврик.

Тур спал в углу, закрывшись одеялом. Омрыс, которого выделил Ул-хас в помощь Аулун, дремал в уголке и сонно приоткрыл один глаз. Усымы в каморке над чем-то смеялись, Алай заглянула на второй этаж - Аулун не было и там.

Она задумчиво пожевала губу и вышла во дворик. Между глиняными кирпичам пробивались стебли травы, тонкие и нежные, они тянулись бледными побегами к небу, начиная зеленеть. Алай нагнулась потрогать пальцами резной лист летунка, но замерла.

Послышалось? Нет, определённо не послышалось. Звук повторился, она повела головой, прислушиваясь, выпрямилась и бросилась на задний двор, пытаясь не поддаться дурному предчувствию.

Еле слышные звуки доносились от сараюшки, где хранились мётлы, бадейки и куча мелкой утвари. Алай подбежала к сарайчику и с ужасом увидела, что двери замотаны верёвкой через проушины для замка. Она дёрнула тугой узел грубой верёвки, теперь уже жалея о своих изнеженных руках, потом спохватилась и вытащила из-под халата ножичек, что Харан подарил ей после поездки на север.

Острое лезвие неожиданно стремительно рассекло волокна, нож скользнул в ножны, дверь распахнулась, и Алай вскрикнула.

- Сэгил! - испуганно прошептала она. - Сэгил, что…

Она метнулась вперёд, сбив какую-то то ли метлу, то ли грабли, и потянула Сэгил на себя, поднимая на ноги. Та тихо рыдала, пряча глаза, прикрывая живот одной рукой, а лицо, испачканное кровью - второй.

- Кто тебя обидел? - Алай сжала кулачки, всматриваясь в лицо Сэгил, в её порванный халат и нижнее платье, которое она сжимала рукой на животе. - Кто это ударил?! Хэй! - крикнула она, но Сэгил тут же испуганно зажала ей рот грязной рукой. - М-м-м… Пусти! - воскликнула она, отстраняя руку Сэгил. - Надо найти того, кто…

Страшное подозрение вдруг зародилось в сердце и крепло, крепло. Алай зажала рот, теперь уже своей ладошкой, и вытаращилась на Сэгил, а та сморщилась, рыдая беззвучно, снова падая на колени.

- Нет, нет, нет, - шептала Алай, таща Сэгил за руку. - Вставай, вставай… Иди сюда… Дай, вытру… Тут вода. Стой, я сказала! - крикнула она, топая ногой. - Говори! Кто?!

Шёпот Сэгил был короче и тише взмаха крыла северной ночной птицы, но Алай расслышала. Ярость обожгла её, кипящей жижей плеснула на щёки. Она развернулась и бросилась в лекарский домик, распахнула ногой дверь и ворвалась в комнату.

- Ах ты подонок! - крикнула она, занося ногу над спящим Туром. - Как ты смеешь?!

Тело Тура было мягким, очень мягким. Алай чуть не упала, с силой опустив на него сапог, и схватилась за стену. Омрыс, подскочивший к ней сзади, замер в ужасе, глядя, как она наклоняется и начинает размётывать Тура на части, тряпку за тряпкой откидывая прочь.

- Сбежал! - прохрипела она, с силой вцепляясь в руку обмершего Омрыса. - Чучело оставил… Как?!

Слуга стоял и ошарашенно глядел на кучу полотенец, простыней и тряпок, потом перевёл глаза на Алай.

- Я не…

Но она уже бежала наружу, к Сэгил, которая стояла и плакала, закрыв глаза руками.

- Как? Куда?! - крикнула она, задыхаясь. - Говори!

- Я пришла… Повидаться, - всхлипывала Сэгил, глядя через плечо Алай на Омрыса и усымов. - Он сказал, отвлеки, я выйду… Я отвлекла. Простите меня! - крикнула она парням. - Сказала, что сарай горит… А когда они в дом вернулись, он подошёл… Внутрь затащил, сказал, что скучает… и… - Она закрыла лицо руками. - Потом запер… Сказал, если не выгорит его план с коричневым, вернётся за мной! Алай… Прости… Простите меня…

- Живо её в лечебницу! - крикнула Алай усымам. - Не давайте вставать! Ты! - Она ткнула пальцем в самого бодрого на вид парня. - Аулун искать! Ты - Тагату доложи! Харан пока знать не должен, вы поняли?! Поняли?!

- Слушаемся, хасум Хайар, - хором гаркнули парни.

- Что за план он имел в виду? - Алай обогнала Сэгил и парней и заглядывала ей в лицо. - Что он ещё сказал?

- Только про коричневого, - выдавила Сэгил, пряча глаза. - Алай, я плохо понимала… Прости…

- Ограбить решил, - яростно бормотала Алай, бегом спускаясь по улице к воротам следом за усымом. - Быстро, быстро! Рикада решил ограбить… Камайя говорила, они вместе пили. Наверное, золото увидел… Давай, быстрее! - подгоняла она усыма.

В ограде Руана было тихо. Ашна бродила за маленькими шатрами, а за большим на ветру хлопали простыни вокруг бочки с водой. Парней Руана не было видно, шатёр Аулун стоял с поднятыми войлоками и был очевидно пуст.. Алай заскочила в большой - и ахнула, замирая, леденея, теряя рассудок от ужаса.

Келим лежала на коврах, открыв рот, и тонкая струйка крови стекала из разбитого уголка губы, а рядом, тяжело дыша, на боку лежал Ичим, и алое, алое на белом, освещённое открытым войлоком сверху, лишило дара речи, подкосило ноги, кинуло её вперёд.

- Келим! - крикнула Алай, выбрасывая руку к жилке на шее. - Келим! Жива, жива! - торопливо проговорила она. - Беги… Беги, ищи Аулун тоже! - крикнула она усыму. - Ичимушка… Ичим, хороший…

Она метнулась к Ичиму, почти ничего не видя перед собой, и он вдруг приподнял морду и еле заметно шевельнул хвостом, потом опустил голову обратно на ковёр и замер.

- Келим! - крикнула Алай, растирая уши девушки, разминая ладони. - Что же она давала… Вонючее это…

Она кинулась к большому сундуку Аулун, откинула крышку и шарила в нём, звеня флаконами, пока не наткнулась на пузырёк вонючего вещества, которым Аулун приводила в чувство сомлевших рожениц. Она выдернула деревянную пробку и отшатнулась, метнулась к Келим и сунула ей под нос флакончик.

- Ох… - простонала Келим, с трудом разлепляя глаза. - Дитя! - вскрикнула она, хватась за живот. - Милый мой… живой! Мой хороший, мас май, мас жадэр, живой… - шептала она, лёжа на боку, обнимая чрево.

- Келим, это Тур? - спросила Алай, трясущимися руками пытаясь вернуть пробку пузырька на место. - Кто ударил?

- Не знаю его, - сквозь слёзы проговорила Келим. - Не бойся, мой хороший… Он высокий и худой, глаза запавшие… Кулаки сбиты. Крикнул на меня, Ичим на него бросился… Ох! - вскрикнула она, осторожно садясь. - Ичим, пёсик… Он нож схватил, меня ударил другой рукой… Ичим… - Она увидела пса и зажала рот рукой. - Алай, он…

- Я не знаю, - всхлипнула Алай, гладя по голове Ичима, который дышал пугающе часто. - Я не знаю, Келим…

- Рикад его убьёт, - прошептала Келим. - Если Ичим умрёт, этому мерзавцу тоже не жить…

Алай подняла заплаканные глаза к куполу шатра. Тан Дан, почему бесстрастно смотришь ты, когда под твоей ладонью творится такое? Она скользнула взглядом вниз и мучительно сморщилась, увидев распотрошённый большой сундук Рикада, из которого Тур выкинул всё на пол и на ближайшую кровать.Где-то вдалеке раздаля стук бубна эным, громко и басовито дважды гавкнула большая собака.

- Ради золота и дурмана собаку пырнуть! - крикнула она, снова поднимая глаза к крестовине обода. - Женщин бить! Тан Дан, как терпишь ты? Почему прощаешь?

- Пусть этот подонок вместо Ичима сдохнет! - звонко крикнула Келим, сморщившись в слезах, сжимая тонкие пальцы. - Тан Дан, две матери тебя о правосудии просят! Истреби гниль с ладони Матери Даыл!

- Истреби! - крикнула Алай, заливаясь слезами, сжимая лапу Ичима.

Будто сотня небесных нагаек разом хлестнула земную ладонь где-то совсем рядом, и содрогание Матери Даыл отдалось во всём теле. Келим зажала уши руками, Алай пошатнулась и оперлась рукой об ковёр.

- Что… - прошептала Келим, и глаза её были огромными. - Тан Дан… За дерзость накажет нас…

- Сиди тут! - крикнула Алай, вскакивая и кидаясь к выходу. - А лучше ляг! Быстро!

Ноги несли её к воротам, и предчувствие нехорошего росло, росло, темнело и ширилось у неё за спиной.