Сердце степи. Полёт над степью (СИ) - Иолич Ася - Страница 98

90. Руан.Знак

Недодворец не выглядел пустым, нет. На первый взгляд, тут всё было как раньше: дворы, переходы, галерейки, разномастные окошки, налепленные кое-где балкончики. Всё так же сновали по нему служаночки и крепкие парни с бочонками, вёдрами, кадушками, мешками, мётлами. Только Кам больше не было тут. Она выпорхнула птицей из этой желтовато-бурой клетки и летела на запад.

Руан шагал по глиняным шершавым кирпичам, крупным, выметенным дочиста под бдительным оком Одыла, чьи шаркающие шаги раздавались из соседнего дворика. Она сама приняла это решение, и гадать, что сделал Аслэг, чтобы эта птица не вернулась в западную башню, не хотелось - от этого сердце начинало сбиваться.

Грязные штаны и длинная рубашка, осколок друзы с крохотным кристалликом аметиста и старая шкатулка. Всё, что Кам взяла с собой в новую жизнь из деревни Сутур, которая лежит к северу от Восемнадцатого Рудничного Отрога, в получасе езды верхом на муле. Он привёз её в Ордалл как раз накануне праздника Нового Года. Кам тогда вышла из кареты, встретившей их в порту, и долго стояла, с открытым ртом глядя на огромный дом Пай в ярко-голубой штукатурке, пока катьонте выгружали багаж и радостно приветствовали Руана и Кэлантай. «Кир Аргат», - сказала Кэлантай, кутаясь в белые меха северных койтских волков, - она всегда мёрзла в Ордалле зимой, - «Я посоветовала твоему сыну оставить эту мышку при себе». Кам тогда выделили большую детскую на третьем этаже, и в первую же ночь, наигравшись до упаду в парке и набегавшись с близнецами Атар, она проснулась с криком. «Переволновалась», - спокойно сказала Кэлантай, которая сидела на краешке широкой кровати и гладила короткие волосы Кам: их пришлось ещё в пути обрезать по плечи - всё, что ниже, больше походило на сухую мочалку.

«Ей тяжело», - сказала Кэлантай через несколько недель, когда дэска Мавалда со служанками, вздыхая, оттирала со светлой штукатурки в малой столовой брызги ягодного варенья после того, как Кам швырнула тарелку в стену. «Она привыкает», - сказала она позже, когда два катьонте поймали Камайю в порту при попытке пробраться на корабль до Дакрии. «Это пройдёт», - пожала она плечами с этой своей нежной улыбкой ещё через несколько недель, когда уже четвёртый гватре затруднился определить причину болей во всём теле, на которые жаловалась Кам, рыдая.

Что он мог знать тогда о детях? Ему было столько же, сколько этому порывистому Наде сейчас. Но Нада ждёт рождения первенца, а ему тогда достался восьмилетний человек с характером, напоминающим каменную стену. Ты не пройдёшь внутрь, если перед тобой не откроют дверь, а ключ надо заслужить.

Он дошёл до лечебницы. Омрыс покачал головой на вопрос об Аулун, предположив, что она отправилась в стойбище. Руан усмехнулся и направился к воротам. У шатров стоянки бегал Ичим и бродила Ашна, он кивнул девочкам Марэс, которые отгоняли от своих ворот невидимого волка Уртду, угрожая, что он лопнет, как почма, если приблизится. Спросил у какой-то дада, треплющей шерсть в ограде, не видела ли она лекарку, и направился к стоянке, на которую она указала.

- Ты пришёл ко мне? - Аулун обняла его и прижалась щекой к его груди. - Помоги, пожалуйста, нужно пересадить дада на чистое.

- Ты всегда делаешь это сама? - спросил он чуть позже, когда они уже шли к городу.

- Ты что… Только когда никого нет рядом. Сыновья заботятся о матерях, которые состарились, но, видишь, иногда и им хочется на денёк забыть о заботах и остаться пировать в холмах. Мне, наверное, тоже не стоит теперь поднимать тяжелое, - сказала она негромко, и сердце Руана дважды стукнуло невпопад.

- Аулун… - прошептал он.

- На днях будет понятно. - Аулун прикусила губу и опустила золотые глаза. - Погоди радоваться, - торопливо добавила она, хватая его за руку. - Руан, зря я сказала… Прости…

- Я даже не мечтал о сыновьях. - Руан остановился и повернулся к ней. - Я так привык винить себя во всём, что…

- Я знаю, - сказала она, привставая на цыпочки и дотягиваясь до его губ. - Обними меня.

Он стиснул её в объятиях, но потом, сделав над собой усилие, отстранился.

- Пойдём, мне нужно навестить одного хаса. У него язва на ноге, - сказала Аулун, гладя его по щеке и улыбаясь краешком губ. - Поможешь перевязывать.

- Ты не хочешь отдохнуть? - спросил он, стараясь не смотреть на ногу дедушки, который сидел, стиснув зубы, пока Аулун обрабатывала и перевязывала его. - Если то, что ты сказала, правда… - По телу пробежала дрожь, но Руан одёрнул себя: рано радоваться или бояться. - Не думаешь, что пора сделать передышку?

- А как же они? - Аулун обвела жестом стойбище, потом вздохнула. - Ты ведь тоже хочешь отдохнуть. То, как ты рассказываешь о Валдетомо… Но ты не едешь туда, хотя давно мог бы. Мы болеем одним и тем же, Руан. Бесконечное стремление улучшить чью-то жизнь. Но болезни и неприятности - неотделимая часть жизни. Они не закончатся.

Они шли по дороге к городу. Аулун молчала и смотрела под ноги.

- Я всё ждал какого-то знака, чтобы наконец остановиться и передать дела Кадаму, - вздохнул Руан. - Он полная противоположность Рикада, хоть они и родные братья. Но что-то постоянно происходит и отодвигает тот день, когда я скажу себе: «Стамэ, Руан!».

- Я тоже ждала знака. Думала, что однажды, возможно, выйду замуж, и муж прикажет мне сидеть в шатре и готовить ему оол. Но мой муж предоставил мне такую свободу, что она кружит голову, - рассмеялась Аулун. - Мне нелегко, Руан. Но я научусь. Обещаю.

- А я думал, что уеду вместе с Кам, когда наши дела тут закончатся. Но Аслэг сказал мне отпустить её.

- Так Улхасум… - прошептала Аулун.

- Да. Это было тяжёлым испытанием. Аулун, я хочу быть с тобой. Я хочу прожить с тобой каждый день из тех, что мне отмерены судьбой. Растить наших детей. - Он положил руку на её живот и сглотнул. - Но я должен отпустить тебя сейчас. Я приеду позже: сейчас на мне долг перед Аслэгом. Спасибо тебе за твоё спокойствие… Лишь оно удерживает меня от отчаяния.

Аулун едва заметно вздрогнула и отвела глаза, но он успел заметить тёмное на дне её взгляда. Вдруг она резко отвернулась и зашагала к городу. Руан на миг замер, потом обогнал её и схватил за плечи. Где-то совсем близко раздался звук бубна эным. "Вуф, вуф", - басом гавкнул какой-то волкодав.

- Аулун, ма даре, ма коре… - бормотал он, прижимая её к себе. - Сердце моё… Сладкая, золотая моя девочка… Что… Что?!

- Спокойствие… Она сказала, больше не будет потерь, - тихо сказала Аулун. - Она сказала, хватит с нас потерь! - воскликнула она, сжимая кулаки. - Эным обещала, что я не расстанусь с тобой, она сказала - такова воля Даыл и Тан Дан! Это нечестно - давать надежду и отнимать её! - крикнула она, поднимая глаза к небу. - Отец Тан Дан, и ты, Бусу-шен, Страж Гармонии Мира, это нечестно! Я спасала детей ваших, накажите меня за хулу, но выполните обещанное!

Грохот был таким, что Руан присел, закрывая голову руками. Аулун побледнела и покачнулась, распахивая глаза, испуганным взглядом скользнула по лицу Руана и начала медленно оседать на землю.

- Аулун! - Он подхватил её на руки, озираясь под оглушительный лай собак и ржание мечущихся в оградах лошадей, успевая увидеть огромные клубы пыли, поднимающиеся над западной окраиной Улданмая.

91. Кам.Почему ты осталась?

Алая лента свернулась в кармане. Камайя трогала её кончиками пальцев, спеша к лечебнице. Она летела, как дева-эдселе, с каждым шагом мысли раскалялись.

- Что там, что?! - Омрыс выглядывал из ворот, явно боясь отойти. - Что это было?

- Рухнуло заведение напротив питейни Архыра и два рядом стоящих дома. Где Рикад?!

Омрыс вдруг резко отвёл глаза и слегка покраснел. Камайя ахнула.

- Отвечай, кетерма! - Она схватила слугу за халат и с силой встряхнула, но замерла: что-то слегка звякнуло в его кармане. - Ох… Высокие небеса, нет, нет!!! - Камайя сунула руку в карман его халата и похолодела. - Он заплатил тебе, и ты выпустил его?!