Анька-неудачница (СИ) - Валлейн Вера - Страница 23

— А ну, руки прочь, — резко окрикнула я.

Молодой человек отпрянул, не ожидая такой бойкости.

— Вам палец в рот не клади, — оторопело заметил он.

— Я за себя умею постоять, даже если повод глупый.

От этого во взглядах стало ещё больше заинтересованности.

— Вас, что, не одергивали никогда? — удивилась я.

— Девушки стараются казаться покорными.

— Как мило, но это неправильно, — фыркнула я.

— Вы действительно так считаете? — раздался гортанный, немного с хрипотцой голос за ухом.

Молодые люди сразу притихли и сникли.

Интуитивно я почувствовала, что голос принадлежит тому незнакомцу и обернулась:

— Я не такая, как другие, — произнесла я, глядя прямо ему в глаза.

Вряд ли кто-то из девушек смотрел с такой же прямотой на это самодовольное лицо.

— Я не согласна с вашим мнением, — уверенно заявила я.

Наши взгляды встретились. Видимо он привык, чтобы женщина опускала глаза? Как мило, только я не собираюсь следовать таким правилам. Если хочешь, поиграем в гляделки.

Заметив, что я спокойно смотрю на него, мужчина улыбнулся. А сколько самодовольства было в его улыбке.

— Меня зовут Валентино, Валентино Конти. Скорее всего, вы уже слышали обо мне тут, — представился он.

Мне совершенно ничего не говорило это имя.

— Нет, я вас не знаю и ничего не слышала.

— Ну, что сказать, простительно для приезжай с окраины, — насмешливо заметил мужчина.

— Что вы хотите этим сказать? То, что я жила вдали, ещё ни о чём не говорит. Я не обязана знать каждого встречного на моем пути.

Казалось, мои слова его задели.

— Да будет вам известно, синьорина Бланка, даже я знаю ваше имя. Я прибыл в столицу по поручению господина Медичи в ваш городок. Впрочем, это вас не касается.

Он говорил такие холодные, пронзительные слова, но его взгляд не мог остановиться, не мог наглядеться на меня.

— Если вы такой занятой и такой важный, что же вас держит сейчас рядом со мной?

Валентино облокотился на стену балкона, соцветия кустарника, растущего за домом, опускались ему на плечо. Его нельзя было назвать красивым, внешность скорее грубая, чем привлекательная. Если сравнить его с тем же Алессандро, то тот был просто милым ребёнком по сравнению с эти матерым волком.

— Я наблюдаю за вами. С того момента, как увидел торжественное возвращение блудной дочери. Наверное, многие тогда увидели вас, — усмехнулся он.

— Приятно слышать, что даже такие, как вы, входят в число моих поклонников.

— Ну, я не могу сказать, что ваш поклонник. Я изучаю вас, и приглядываюсь к вам, как к новой зверушке. Сейчас вы меня удивляете, потому что ведете себя достаточно нестандартно. Это меня интригует. Но я не дурачок, чтобы кидаться в омут с головой за каждой встречный юбкой.

— Можете поверить, мне совершенно не нужно, чтобы вы за мной бегали.

— А многочисленные местные девицы иного мнения. За то время, что я нахожусь тут, в вашем городишке, я уже получил множество предложений руки и сердца. Как глупо! Неужели они думают, что я не нашёл кого-то у себя, при всем разнообразии?

— И среди такого разнообразия, вы до сих пор не женаты?

Его лицо стало непроницаемым:

— В настоящий момент я не женат, это не является моей целью. Считаете, что у меня нет женщин? Или что выбрать кого-то из них для меня проблема? Нет, единственное, что направляет меня на этот путь, это продолжение рода. И определённое самолюбие. Я хотел бы, чтобы моя жена была уникальным экземпляром, обладание которым должно вызывать зависть соперников. Пусть на нее все облизываются, это будет льстить самолюбию.

— Поэтому, вы в поисках такого экземпляра?

— Можно сказать, что да. Но я очень осторожен, так как в своё время я уже был женат.

— Вы были женаты? Что же случилось? Замучили придирками вашу жену?

— Нет, она умерла во время родов наследника. У меня никого не осталось. Очень сожалею о том браке, тогда еще был жив мой отец, и он настоял на нём. Бедная Клариче, возможно, любила меня. Но я отбывал наказание, а ежедневные истерики просто выводили меня из себя. Больше такого я не потерплю.

Точно, он невообразимо самовлюбленный экземпляр.

— Если вам интересно мое мнение, то я кое-что хочу сказать. За всё время, что сейчас разговаривала с вами, я поняла одно. Вы безумно любите себя, вам плевать на всех окружающих, это скользит в каждом вашем слове. Честно говоря, меня это отталкивает.

— А вам нравятся мальчики для поцелуев? — усмехнулся Валентино.

— Мне нравятся мужчины, от которых может снести голову, но такой, как вы, голову снести мне точно не сможет.

Он быстро приблизился, в один момент схватил меня за запястье и увлек в угол балкона. Теперь со стороны зала, где толпились гости, никто не мог нас увидеть. Оставалась только улица, но я сомневаюсь, что кто-то будет смотреть вверх.

Стояла глубокая ночь, я даже не успела обратить внимание, как знакомый силуэт, шатаясь, появился за поворотом. Алессандро, наблюдая, рассматривал дом и случайно наткнулся взглядом на балкон, но этого я уже не видела.

Валентино прижал меня к стене и одновременно приблизился губами к моему лицу. Казалось, еще несколько миллиметров и он дотронется до них. Его лицо и глаза были совсем рядом, это было волнительно, но и пугало, он был каким-то слишком диким. Честно говоря, мне стало не по себе.

Он осторожно убрал упавшую мне на лицо серебристую прядь.

— И даже от такого вам не сносит крышу?

— Нет, не сносит, — соврала я.

— Я вижу обратное. Глаза заблестели, а на щеках показался румянец, даже вижу, как эти губы приоткрылись. Я слишком много знаю о женщинах. А если мне сейчас попытаться задрать вашу юбку…

В один момент решительный удар отбросил его от меня.

— Сволочь! — закричал невесть откуда взявшийся Алессандро и набросился на знатного вельможу с кулаками.

Я отскочила с балкона назад, в парадную комнату. Толпа гостей моментально окружила нас.

— Что происходит? Что с ним? — испуганно переговаривались люди.

— Оттащить его? — робко сказал кто-то.

Но никто не решался сунуться в гущу событий.

Алессандро был вне себя от ярости. Он просто хотел убить и растоптать покусившегося на ту, которую он считал своей.

Но вельможа растерялся только в первую минуту, после этого он моментально встал, отряхнулся и отбросил от себя пытавшегося драться Алессандро.

— Вы что, лавочник? Это в местных тавернах вы научились кидаться на людей с кулаками? Где ваше оружие? — с ненавистью проговорил Валентино.

По залу пробежались испуганные возгласы. Рядом появился отец, который попытался меня увести:

— Я не уйду, это всё из-за меня.

— Причём тут ты, это придурь Маллини.

— Нет, я останусь.

Валентино быстро достал тонкий меч.

Настоящее оружие, Боже, я никогда такого не видела! Они же могут пораниться, причём серьёзно. В этой ситуации мне даже было жалко Алессандро, который выглядел жалким защитником. Пошатываясь, он тоже достал своё оружие и попытался атаковать.

— Так, вы тот самый несостоявшийся жених? — спросил с усмешкой Валентино.

— Какое тебе дело?

— На месте девушки, я бы тоже такого отверг, — засмеялся он.

Алессандро разозлился, чего, видимо, и ждал вельможа. Не думая ни о чём, он бросился на Валентино. Но тут же оказался обезврежен и атакован. Остриё оружия противника прошло прямо через плечо, совсем недалеко от сердца. Я сама увидела лезвие, которое показалось с задней стороны спины.

Я вскрикнула:

— Нет! Прекратите это!

Но меня никто не слушал.

Пошатываясь, Алессандро двинулся в ту сторону, где валялся меч. Его одежда обагрилась кровью, алое пятно резко выделялось на дорогой одежде.

— Ему срочно нужна помощь, почему все молчат?

— Замолчи, ты не должна вмешиваться, — отец крепко схватил меня за руку.

Дальнейшее выглядело, как избиение Алессандро. Видимо протрезвев, он снова схватил шпагу и во второй раз кинулся на противника.