Жестокая нежность (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 11

Телефон надрывается, не прекращаясь… Это звонит он. После очередного звонка

— выключаю полностью. Снова погружаюсь в свои нерадостные мысли.

«Ну, почему я такая беспробудная дура, когда дело касается чувств? Неужели, всерьез полагала, что наши отношения могут быть другими? И все, что он делает абсолютно искренне с его стороны, а не благотворительность».

Не верю в сказки. Наелась ими в детстве. Реальность всегда сложнее. Принц не женится на Золушке. Правда жизни побеждает опять… И так всегда. Перед лицом судьбы мы бессильны.

Сколько бродила по улицам? — не знаю. Завернув в родимый двор, замерла. Возле дома стоял внедорожник Мацейчука…

Я и не рассчитывала на спокойное завершение дня.

Спрятаться и дождаться, пока уедет? Нет, не выйдет…

Во-первых — это глупо, он меня уже заметил, вышел из машины и хмуро смотрит, ждет, когда подойду; во-вторых — устала; и, в-третьих — не хочу бегать от него.

— Нагулялась? Садись, — приказывает, не просит и не предлагает, а именно приказывает. Он зол и не пытается этого скрыть.

— Отпусти меня… — не знаю точно, что больше стоит за этими словами: желание избавиться от болезненных чувств навсегда или намек, чтобы не отпускал никогда.

— Я с тобой еще не закончил…

Подходит очень близко, одной рукой обхватывает мою талию, а второй — сжимает затылок.

Упираюсь в его грудь, не понимая столь резкой перемены.

Смотрю в глаза. Они похожи на растаявший лед. Там плещутся противоречивые эмоции: гнев и радость, уверенность и тревога, жестокость и нежность…

Ян прижимает к своей груди, облегченно выдыхает, согревая своим дыханием замершие щеки.

«Неужели, волновался?» — пролетает запоздалая мысль.

— Девчонка ты, глупая девчонка…

Ласково шепчет и целует в висок.

Глава 6

Целует в висок…

…А так хочется, чтобы его губы продолжили путешествие вниз, прикоснулись настоящим поцелуем, но Ян отстраняется и ведет меня к машине. Заботливо пристегивает ремнем безопасности, при этом избегает смотреть в глаза. Пытаюсь поймать его взгляд — мне так нужно видеть, что не обманываюсь. И подаренная надежда не растворится в запоздалых сожалениях…

Все равно не знаю, как реагировать на произошедшее только что между нами. Хочу спросить, но боюсь испортить, услышав что-то вроде: «я просто проявил элементарное внимание, не выдумывай лишнего». А если промолчать — буду страдать от неизвестности.

Откидываюсь головой на спинку сидения, мучительно прикрыв глаза. Веду внутреннюю борьбу с собой: то подталкиваю себя заговорить, то задвигаю все мысли назад…

Чувствую: если это затяжное тягостное молчание не прекратится, то расплачусь. В какой-то момент думаю, что лучше бы он не приезжал, не обнимал, не наводил сомнения своей жестокой нежностью… Другого сравнения не найти…

— Ян? — не выдерживаю.

— Не надо… — звучит в ответ.

И молчание продолжается.

«Что творится в его голове? Что чувствует? Что все это значит?!» — не могу, не могу, не могу… Хочется выть и биться о стену, за которой он прячется, чтобы услышал, чтобы не наказывал убивающей тишиной…

— Останови машину, — неуверенно прошу, заранее зная, что откажет. Голос предательски дрожит. Я начинаю ненавидеть себя за слабость, которой наградила меня любовь, и желание получить кусочек его тепла.

— Нет, — говорит спокойно.

Отворачиваюсь к окну и вижу, что скоро окажемся возле его дома, а потом в квартире… Но как мне выдержать?! С силой сжимаю кулаки, впиваясь до боли ногтями в кожу.

Ян заезжает в подземный гараж. Паркуется на личном месте. Идем к лифту. Заходим. Начинаем подниматься. Поворачиваюсь к нему спиной (раз уж меня игнорируют) и жду нужного этажа, следя за цифрами. Хочется сбежать, но понимаю, насколько это бессмысленно: найдет, вернет, посадит под замок и будет медленно, с наслаждением, наказывать… О чем я?! Чертова фантазия!

Зачем тогда нужна ему?

Бегло оборачиваюсь. Ловлю его пристальный прожигающий насквозь взгляд, отчего бросает в жар и учащается дыхание. Нервно сглатываю и с трудом отворачиваюсь.

Мое состояние для него не секрет. И изощренная пытка продолжается…

Ян приближается сзади. Воздух вокруг нас моментально электризуется. Он касается моей ладони, поглаживая ее изнутри. Всего лишь невинная ласка, но этого достаточно, чтобы потерять голову. Прислоняюсь затылком к его груди. Свободной рукой он гладит мои волосы. Потом собирает их в пучок и тянет на себя, заставляя выгнуться. Проводит щекой по шее, царапая кожу отросшей щетиной. Громко вдыхает мой аромат. И тут же отпускает, полностью разорвав контакт…

Я покачнулась вперед, чуть не потеряв опору.

Мы едем не больше минуты, но, кажется, она длится вечность — потеряла счет времени. Не хочу, чтобы это заканчивалось.

Двери лифта разъезжаются, выпуская нас из сладкого плена. Ян переплетает свои пальцы с моими, и ведет за собой. Быстро открывает квартиру. Бросает в мою сторону короткий взгляд и уходит наверх.

Меня накрывает разочарование. Разве можно делать вид, будто ничего нет? Игнорировать очевидное… То притяжение, что есть между нами…

Иду на кухню. Наливаю воды. Делаю небольшой глоток. В голове прокручиваю последние кадры. И решаюсь на откровенный разговор. Пусть молчит, если ему угодно, пусть кричит, но я так не могу. Хуже уже не будет…

Внезапно включается свет. Я вздрагиваю, и стакан выскальзывает из рук, разбиваясь на мелкие кусочки… Взволнованно смотрю на вошедшего Яна, он на меня. Терзаем друг друга взглядом.

Понять его мысли сложно…

Опускаю глаза на пол, вспоминая про битое стекло. Собираюсь убрать. Направляюсь в хозяйственную комнатку. Прохожу мимо Яна, задевая плечом. Он резко хватает за локоть. Прижимает своим телом к стене, обняв мое лицо ладонями. И начинает говорить, убивая мечты…

— Не так быстро… — его голос звучит хрипло. — Тина… Сделай правильные выводы из того, что услышишь… Я не тот, кто нужен тебе. Сломаю, переступлю и не замечу… Ты поймешь со временем, будешь страдать от душевной боли и проклинать день, когда встретила меня. Я не умею любить… Слышишь? — он трясет меня, видя шок в моих глазах. — Хочу, чтобы ты знала это, прежде чем согласишься на близость со мной. Только секс и всё… Никаких совместных планов на будущее, ничего личного… И как долго продлится эта связь, обещать не могу. Понимаешь?

Слабо киваю головой. Хочу кричать ему в лицо, что не верю, что он прячется за маской притворства, что видела его настоящим, а сейчас словно боится признаться самому себе, но не могу отойти от потрясения. Это какой-то бред…

— Проблема в том… — продолжает он и грустно вздыхает. — Проблема в том, что других отношений, кроме как серьезных, ты не заслуживаешь. Но я не смогу это дать. А теперь скажи мне, только честно, хочешь видеть рядом такого, как я — эгоиста и циника?

Я знаю лишь один ответ — этот факт уже не изменить.

Убираю его руки от себя. Иду к лестнице, чувствуя, как слезы текут…

Поднимаюсь на несколько ступенек, и, не оглядываясь, говорю:

— Я… просто… люблю тебя, Ян…

— Тина!

Он срывается на мат… Уходит… Его гневная тирада отражается от стен и ударяет в спину невидимым хлыстом. Слышу, как на кухне что-то летит на пол и звонко бьется.

Затыкаю уши. Быстро скрываюсь в комнате. Поворачиваю ключ в замке, падаю на кровать и, не стесняясь эмоций, плачу навзрыд. Больше всего хочется, чтобы он пришел, выбил дверь ногой, обнял и сказал, что все не правда…

И да, Ян, как всегда прав, мне уже больно…

Сон не принес облегчения.

Чувствую себя разбитой, обессиленной, опустошенной…

Первый день практики решаю пропустить. Не в состоянии даже подняться с постели. И, кажется, все равно проспала. Впрочем, плевать… Хотя в любом случае надо вставать и уходить отсюда. Держать он не станет. А после того, как карты раскрыты в этом нет больше смысла.

Прислушиваюсь к звукам в квартире. Тихо. Похоже, я одна. Сейчас это угнетает. Несмотря на просторное помещение, стены давят, а воздух тяжелый, удушливый, словно пропитан ядом — он забирается внутрь и травит, травит, травит…