(Не)любимая жена (СИ) - Нуар Эрато - Страница 44

Аттар вытащил артефакт связи. Вызвать Окиво. Когда инквизитор выяснял о родителях Делиры, ничего о родстве с Сиалмой не нашёл. А это означает, что или принц действительно ничего не знал. Или очень хорошо всё скрыл.

Если принц хотел его сломить, то у него…

«Не выйдет!» — рыкнул сам себе инквизитор.

В этот миг артефакт загорелся разноцветными искрами, передавая одному ему видимую картину.

Его вызывала Делира. Через тот самый артефакт, который он ей отдал.

На миг замер, не в состоянии поверить. Не зная, чего хочет сильнее: увидеть, хоть раз, снова — или навсегда вытравить из своей жизни, своей души!

В любом случае, узнать, что же ей нужно, было просто необходимо. Мысленно выдохнув, инквизитор ответил на вызов.

— Аттар! — на миг, всего лишь на миг перед глазами промелькнуло лицо Делиры.

А после артефакт замолчал, связь прервалась, будто и не было ничего.

Дракон внутри взревел, отчаянно желая лишь одного: видеть, ощущать свою женщину, свою единственную. Знать, где она! Защитить.

Свою итерри.

Аттар де Тайлерон вдруг ясно, совершенно отчётливо понял, кем ему стала эта хрупкая рыжая ведьма.

Его итерри. Его истинная пара.

Та, с кем возможен обмен энергией, при котором оба получают силу.

Никогда, никогда прежде он не испытывал таких глубоких, сильный чувств к женщине. Никогда не терял голову, не был настолько счастлив!

И теперь, испытав это чувство, осознав его, ни за что на свете не променял бы. Оно было глубже, сильнее, прекраснее всего, что с ним случилось. Словно наваждение, Делира снова и снова вставала перед его мысленным взором.

Аттар поднялся, подошёл к высокому зеркалу в узорчатой, полированной раме из чёрного дерева. Несколько мгновений смотрел на себя — лихорадочный взгляд, искажённое болезненной судорогой лицо.

Упёрся ладонями в стену по бокам от рамы, прижался пылающим лбом ко лбу отражения.

«Как мне жить, зная, что моя итерри меня предала?» — пробормотал.

40

Несколько мгновений я смотрела на артефакт, не в силах поверить, что это всё. Что связь оборвалась!

Лишь на миг увидела Аттара, его лицо, и так захотелось броситься к нему, обнять, на меня вдруг обрушилась такая лавина эмоций и чувств — и его, и его зверя, — что я даже не смогла толком в них разобраться!

А потом — тишина.

Пыталась по-всякому вернуть контакт — но камень оставался безжизненным.

Наверное, это действие договора. Или Ширизы. Или…

Может, это он сам не хочет больше меня видеть?

Нет, не верю! Я же ощутила столько эмоций!

Взгляд упал на часы, и я подхватилась. Мелисса!

Исида внизу уже не было — и хорошо. Мне не хотелось сейчас объясняться с ним. Да и ни с кем.

Но у входа в школу ждала Стелла. Увидев меня, ведьма обрадовалась:

— Ты вернулась уже? Ну как?

Я тоже выжала из себя улыбку. Как я могу сказать ей, «как»?

Фантастически. Невероятно.

Я чуть не стала невестой Аттара! Настоящей, не фиктивной. Его женой!

А теперь вынуждена бродить по этому закрытому городу Ширизы, расплачиваясь за неосмотрительную просьбу, сорвавшуюся в момент отчаяния.

И не могу, никак не могу связаться с ним!

— Вернулась, — произнесла. — Сегодня я заберу Мелиссу. Погуляю с ней. Спасибо вам большое, что присмотрели за ней!

— Она очень славная девочка. Но сила…

— А что с её силой? — напряглась я.

— Верховная тебе не сказала? — нахмурилась Стелла.

— Нет, — в душе поднялась паника. Не нужно было ничего распечатывать! Родители точно что-то знали!

— Думаю, ещё скажет, — Стелла заметно занервничала. — Ну, я пойду тогда. С возвращением!

Она поспешно оставила меня. Глядя ей вслед, я боролась с желанием окликнуть, потребовать объяснений!

На ладонях снова начали танцевать огоньки, и я поспешно сжала кулаки.

Всё равно без разрешения Верховной никто ничего не скажет. Я постараюсь успокоиться. И приду к Ширизе за ответами.

Вокруг собирались другие ведьмы, ждали своих детей, и я прикрыла глаза, считая про себя до десяти, медленно вдыхая и выдыхая.

— Лира! — моё маленькое веснушчатое солнышко выбежало из двери и повисло на мне, прижимая к себе со всей искренней детской радостью. При этом умудряясь не выпустить из рук куклу.

Неужели проклятие передалось Лиське? Как мне защитить её?

— Ты больше не оставишь меня? — щебетала она, заглядывая в мои глаза.

— Нет, моя хорошая. Тебе нравится тут?

— Да, мадам Рената хорошая.

— Это твоя учительница?

— Ага, она столько знает о магии!

— А домой не хочешь вернуться?

— Домой? — оживилась Мелисса, потом сникла: — И мы снова будем одни, и ничего не сможем покупать?

Она с такой опаской глянула на куклу, будто боялась, что кто-то отберёт.

— Я буду работать…

Вспомнив, как не могла найти ту самую работу, я замолчала. Ещё недавно я хотела навсегда сбежать из Нерры! А сейчас безумно жаждала туда вернуться. Благодаря одному дракону.

Мелисса смотрела недоумевающе, смешно морщила носик в попытках понять этих взрослых.

— Ты голодная? — вздохнув, спросила.

— Нам давали суп из рыбы. И ещё что-то… я не знаю, как называется.

— Тогда идём прогуляемся.

Мы добрели до реки. Мелисса рассказывала о школе, о своих детских проблемах, о друзьях и недругах, которые у неё уже успели завестись.

Я слушала, спрашивала, радовалась и негодовала вместе с ней. Мы подбирали имя кукле — Лиська всё никак не могла решить, что ей больше нравится. А потом вдруг произнесла печально:

— Давай назовём её как маму. Эрена. Ладно?

— Давай, моя хорошая, — согласилась я, закусив губу.

Впереди сверкала река, солнце золотило гладь, в небольшой запруде росли кувшинки, напоминая болото, которое видит каждый пришедший сюда путник.

Я даже сделала жест рукой, какому учил Исид, посмотреть, никто ли не появился в окрестностях ведьмовской лестницы. Так хотелось увидеть Аттара!

Но снаружи оставалось спокойно и пустынно. И я снова вернулась к разговору с Мелиссой, осознав, что пропустила некоторую его часть.

С другого берега доносились привычные звуки и запахи домашнего скота. А здесь находился небольшой парк, и мы пошли по одной из дорожек.

В парке прогуливались ведьмы и ведьмаки, бегала стайка детей.

Взгляд зацепился за фигурку одинокой девушки на резной деревянной скамье.

Присмотревшись к ней внимательно, я замерла.

Драконесса. Я совершенно точно это почувствовала. И узнала её.

Девушка с портрета на стене…

Сестра Аттара.

Когда-то Аттар сам собирался разыграть такой сценарий. Что невеста сбежала… впрочем, какой он инквизитор, если упустил сначала сестру, а потом будущую жену? И не смог разыскать?

Поэтому в своих мыслях планировал представить её общественности нарушительницей. На которой инквизитор, разумеется, никак не может жениться.

Раньше. До безумной недели, во время которой всё перевернулось. За которую он понял, что не хочет расставаться с этой женщиной. Готов сделать её своей женой.

А сейчас стоял посреди её дома, обыскивая с магическими артефактами, и слышал лишь стук собственного сердца.

Дракону нужна итерри. Но он, инквизитор, должен разобраться, что произошло. Почему она оставила его. Какую игру ведут все вокруг!

Разобраться, чтобы сделать верные выводы.

И поэтому искал хоть какую-то зацепку.

Защита по-прежнему пропускала его, не было похоже, чтобы ведьма попыталась перекрыть ему доступ.

В доме ничего не трогали, будто Делира и не возвращалась сюда. Зато всё неуловимо пахло ею, от чего дракон внутри начинал сходить с ума.

Она нужна была ему. Как воздух для дыхания и полёта. Познав итерри, дракон больше не может без неё существовать.

Артефакт мигнул возле письменного стола. И, чуть повозившись с магической защитой, Аттар отворил ящик.

В нём лежала небольшая старая книга с рецептами. Инквизитор раскрыл её… и первым делом обнаружил записки Эрены. Матери девочек.