Последняя Цивилизация (СИ) - Рябова Анастасия Анатольевна - Страница 1

Часть 1

Из дневника Екатерины Сорел

Прошло уже пять лет с момента начала конца. Я долго смотрела на пустые листы своего ежедневника, который перестала вести в день трагедии и не знала, стоит ли писать о случившемся, стоит ли делать такие записи, все же я не летописец, да и будут ли они нужны моим детям, внукам и правнукам?! Все эти годы я часто задавала себе этот вопрос, но так и не нашла однозначного ответа.

И все же в первую очередь это нужно мне, так как порой в изматывающем темпе работы и жизни посреди глухих лесов я начинаю забывать, что когда-то было по-другому. Тогда мне не приходилось быть ни терапевтом, ни хирургом, ни акушером, да что тут говорить, даже ветеринаром...

Мне все реже снится погибший муж, мама и друзья. Воспоминания о былой жизни тускнеют, и порой, я думаю, что она была сладким сном. Лишь рассматривая семейные фотографии, я понимаю, что мне это не привиделось, я не сошла с ума, а конец света наступил на самом деле.

Шел две тысячи двести пятнадцатый год. Повсюду распустились цветы, источавшие сладковатый аромат, деревья оделись в нарядные зеленые платьица, птичьи трели ласкали слух, а воздух с каждым днем становился теплей. Тогда мы жили во Франции в Дюнкерке на родине моего мужа, и здесь вовсю хозяйничала весна. Я наслаждалась каждым прожитым днем и семейным счастьем, решала мелкие бытовые проблемы и при этом чувствовала себя героем покорившим Эверест. В воздухе не витало напряжение, в странах не было конфликтов, хотя может мы простые обыватели их не замечали их?! Кто знает, но сейчас, я даже припомнить не могу ни одного предвестника надвигающейся катастрофы.

В тот день я проснулась не с рассветом, как это происходит сейчас, а от звонкого голосочка моей трехлетней дочери и топота ее маленьких ножек. Я помню, как мне не хотелось вставать. Я мечтала понежиться в кровати еще часок другой, так как уснула я далеко за полночь. Все же мы с мужем молодые и страсть между нами еще не угасла. С появлением дочери лишь ночь осталась только нашей, да и то не всегда. Ах, как бы я хотела повторить ее еще раз! Я отдала бы полжизни за то, чтобы снова ощутить руки любимого на своем теле, услышать биение его сердца, почувствовать его запах и посмотреть в его глаза!

Тогда я ни о чем не подозревала. Я улыбалась новому дню и радовалась жизни, думала о том, как погуляю с дочкой в парке, покатаю ее на каруселях, приготовлю вкусный ужин, а вечером, уложив спать малышку, снова окажусь в объятьях любимого мужчины.

Но мы не успели даже позавтракать. Я готовила свои фирменные блинчики, Роза смотрела мультики и, кажется, рисовала на обоях за диваном, пока мама занята. Именно в этот момент раздался звонок в дверь. Странно и необычно! Муж никогда не возвращался с работы так рано, в гости я никого не звала, а родственников у нас здесь уже не осталось. Чужие даже в подъезд не попадут, все же дом под охраной. Я помню, как слегка разволновалась в тот момент и обрадовалась, увидев за порогом Дамиана, своего любимого.

-- Да, а в чем дело? Почему ты не на работе? Что-то случилось? Ты потерял ключи? – тут же завалила его вопросами, пытаясь выяснить причину его поведения.

Дамиан никогда не возвращался домой так рано, у них в полиции всегда полно работы и уж тем более не пользовался звонком.

Наш разговор услышала Роза и выбежала, чтобы обнять папу. Однако Дамиан лишь быстро поцеловал ее и пробежал в комнату. Вытряхнул сумки из кладовки и начал засовывать одежду. Его поведение откровенно пугало.

-- Что-то случилось?! – переспросила еще раз, а Роза обвилась вокруг папиных ног, словно вьюнок.

-- Ключи, забыл на работе, -- немного виновато ответил он и тут же раздраженно воскликнул: -- Случилось! Катя, включи телевизор!

Дома муж старался говорить по-русски. У него был очень сексуальный акцент, так что при звуках его бархатистого голоса я выпадала из реальности, но в тот момент мои мысли улетели совсем в другом направлении.

Помню, как прошла в зал, выключила видео и переключила на телевизионные вещание. По всем каналам шли новости, сколько я не щелкала, везде показывали одно и то же: «Масштабный взрыв Запорожской АЭС, глобальная катастрофа...». От услышанной информации подгибались колени. Мне не верилось, что это теракт такого масштаба, совсем рядом с нами. Такого не было уже лет сто. Наш мир сильно изменился, с двухтысячных. Войны стали пережитком прошлого. Так редкие кражи, из которых СМИ порой раздували проблему мирового масштаба за неимением других сенсаций, а убийства вообще из ряда вон выходящее, не то, что террористический акт.

-- Понимаешь у меня плохое предчувствие, -- Дамиан запустил пятерню в волосы и взлохматил их еще больше. Я уселась на стул, чтобы выслушать его, да и ноги предательски подкашивались. -- Этот взрыв на Запорожской АЭС только начало! Еще не ясны причины взрыва, но по одной из версий это дело рук террористической группировки, -- муж поджал губы, раздумывая, что можно мне рассказать. -- Нам ничего не говорят. Никто ничего не знает. Все стараются избежать паники. Ясно одно, нас стравливают друг с другом. Никто не знает когда и где будет следующий теракт. Но до меня дошли слухи из одного проверенного источника, что АЭС Гравелине следующая, -- любимый замолчал, посмотрел на меня, на Розу и тоном нетерпящих возражений заявил:

-- Ну, с чего ты это взял? – я попыталась успокоить Дамиана и себя за одно. -- Это наверно случайность. Франция и Украина находятся далеко друг от друга, – мысли в моей голове смешались, а страх медленно забирался под кожу. -- Куда мы поедем милый? К родителям? Дамиан ты меня пугаешь. Знаешь, я не думаю, что нам что-то угрожает. Ты преувеличиваешь. У меня такое ощущение, что у тебя паранойя. Запорожская АЭС очень старая, да и на Украине всегда халатно относились к системе безопасности.

Я тараторила без умолку, еще не веря во весь этот «бред», мои руки дрожали.

-- Катя, -- Дамиан схватил меня за плечи и слегка встряхнул, -- успокойся. Я тебя очень люблю. Ты же понимаешь, насколько велика опасность облучения, и я не уверен, что можно будет избавиться от последствий катастрофы. Мы всего в двадцати километрах от АЭС. Наш город в зоне поражения, – в его глазах плескалась решимость, а значит спорить с этим упрямцем бесполезно. В конце концов, лучше перестраховаться, особенно если учесть тот факт, что вся Европа нашпигована АЭС, то опасения Дамиана ясны.

– Мы поедем в Россию? – любимый кивнул. Собственно это было ясно, как день. Российская Федерация хоть и на четвертом месте по количеству АЭС, но они гораздо мощнее и не сконцентрированы в одном месте. Соответственно и зоны отчуждение гораздо больше, а риск попадания в зону поражение маловероятен.

– Так будет лучше и мне спокойнее, -- я кивнула, соглашаясь с ним. Дамиана притянул меня к себе, заключил в объятия и поцеловал в макушку. Он словно читал мои мысли, поэтому прошептал на ушко. – Ну а если все будет хорошо, станем считать это просто небольшим отпуском.

Однако я не могла отделаться от мысли, что теракты, новости, слова – все это глупый розыгрыш. Я ждала когда, кто-то выйдет и скажет: «Улыбнитесь, вас снимала скрытая камера!». Но этого не произошло. Да какие теракты могут быть в двадцать третьем веке? Но одного взгляда на сурово поджатые губы Дамина и глубокую складку между его бровей достаточно, чтобы понять, это реальность. И я согласилась:

-- Ладно, но только ради твоего спокойствия, -- лицо любимого озарила улыбка. Он крепко прижал меня к себе и поцеловал. Тогда я не думала, что это последний раз, поэтому шутливо оттолкнула его и, смеясь, побежала собирать вещи.

Да, я носилась по дому, собирая огромные чемоданы, при этом пыталась дожарить блинчики и накормить ребенка. Боже, сейчас мне даже смешно. Я вела себя, как клуша. Так бы и собиралась, наверно еще пару недель, но муж вытолкал меня на кухню и сам принялся за сборы, уточняя у меня лишь нюансы. А на мои восклицания и причитания отвечала категоричным: Нет! Только самое необходимое!