Вернись к нам (СИ) - Феррари Анна - Страница 17

Смерть мамы первое время казалась ошибкой, вдруг её ранили, и она жива, просто уехала.

Я снова и снова переживал тот момент, когда мы пытались спрятаться. Её белое платье с яркими цветами, влажный ветер, шуршание навеса от дождя. Мне всегда казалось, что есть способ отмотать все назад, как в кино, и всё изменить. Задержаться на ужине и поехать в гости или просто пойти пешком домой.

Психолог уверяла, что со временем боль от потери утихнет, станет легче. Легче не стало, я просто спрятал вглубь всю боль и вместо нее впустил одиночество, которое пошатнулось с приходом в мою жизнь Николы.

Отец замкнулся в себе, и не особо обращал на меня внимание. Я всегда был один. В школе все знали о случившемся. Кроме учителей ко мне никто не подходил с расспросами, как я себя чувствую. Некогда уютный дом, стал пустым. Он все больше напоминал склеп, из которого не выбраться. Стены сужались, ко рту словно прикладывали подушку, и в легких заканчивался воздух. Та осень была мрачной, погода словно вместе со мной переживала потерю. В небе зависли тучи от чего оно стало серым как асфальт.

С того дня моя жизнь поделилась на до и после. Последствия той ночи еще долго преследовали меня. Наши отношения с отцом так и не наладились. В тот день кроме матери я потерял и отца.

Поэтому, узнав, что у меня есть сын, решил быть рядом с ним. Не хотел становиться отцом на выходные. Обрести его, чтобы расстаться – нет. Я не хочу уходить. Судьба дала шанс на счастье и могу, что–то исправить. Сегодня должен первый раз забрать к себе.

Ещё это дурацкая свадьба. Виктория не горит желанием видеть Серафима рядом. Это она дала ясно понять.

Сима походил на меня, хотя волосы у него светлые, мои гены всё перекрыли. Глаза такие же как у моей мамы. Я специально нашёл детские фото и удостоверился, что не ошибся. У меня щемит за грудиной от непередаваемых чувств. Поэтому постараюсь наверстать все те годы, что провели порознь.

Глава 21

Никола

Раньше я видела Сочи только по телевизору, но картинка никогда не сравнится с реальностью. Город утопал в красках. Яркие фасады, вывески в отлично дополнялись яркими автомобилями с откидным верхом. Тут ощущение вечного праздника, релакса и отдыха, сиеста целый день. Солнце светит каждый день и никого снега. Морской город, шумный и влажный, с вечнозелёными пальмами и толпами туристов, с красавцами круизными лайнерами и элитными кварталами. Город напоминал мужчину с растрёпанными волосами и пропахшего морской солью с лоснящийся кожей от солнцезащитного крема. Люди сновали туда–сюда и группами стояли везде, где было свободное место. Мне кажется, в этом городе у всех всегда хорошее настроение. Моё точно улучшилось после выписки из больницы. Как и любой южный город, Сочи, богат растительностью. Грандиозные пальмы обрамляли пешеходные дорожки. Орхидеи спадали с цветников, висящих над витринами магазинов, прячущихся в ветвях деревьев. Красные навесы кафе чередовались с белыми зонтиками.

Мы поселились на первой береговой линией. Наш район, часть русской Ривьеры с шикарным видом на океан.

Я догадывалась, как Даниил богат, но масштабы смогла оценить, когда мы вошли в пентхаус. Я осматривалась по сторонам: здесь практически не было стен – их заменяли панорамные окна с видом на побережье. Комната, словно купалась в солнце. Из большой гостиной, мягко разделенной на два отдельных пространства, имелся выход на террасу и зеркальную гладь бассейна. Чёткие геометрические формы дома, целиком созданного из алюминия и бетона, камня и стекла – отличались от тех, в которых я бывала. Даже наша квартира не в какое сравнение не шла: тесная, тёмная, забитый всякой мелочью, с шумным движением на улице за окном. Это дом выглядел стильным, удобным – пригодным для комфортной жизни. Оттенки белого, бежевого и натурального дерева с обилием дневного света и воздуха. Кожаная мебель плавных, округлых форм дополняет, придаёт уют и комфорт. Пентхаус имеет два этажа, соединённые красивой, скульптурной белой лестницей. И отовсюду открываются потрясающие виды на бирюзовую воду.

– Это всё для нас? – спросила я Даниила, когда мы вошли в квартиру. – Да, – ответил он. – Здесь прекрасно, – прошептала я, обращаясь скорее к себе, чем к Даниилу. Я прошла на террасу и посмотрела вниз. Люди отдыхали на пляже, наслаждаясь жизнью. – В квартире ест всё необходимое, но если что–то понадобиться просто скажи. Я лишь кивнула. Мы приехали с минимальным набором вещей. Поэтому я прошлась по магазинам, докупив деталей для моего нового дома. Несмотря на красоту интерьера и роскошь, я чувствовала себя неуютно, не хватало домашней обстановки. Первым делом купила несколько комнатных цветков, разноцветные подушки, так не вписывающиеся в интерьер, но мне нравилось зарываться в них и ощущать себя в безопасности. Набор посуды, даже прихватила коврик для двери. Ну и конечно, зашла за одеждой. Вечером, впервые приготовив ужин на новой кухне, я осознала, как резко изменилась моя жизнь с появлением Даниэля. Чувствует моё сердце, что это ещё не конец и впереди меня ждём много сюрпризов. Серафим был счастлив. Он сидел на диване, утопая в подушках, смотрел телевизор и одновременно набирал сообщение в телефоне. Наверно, что-нибудь писал Даниилу, они часто переписывались. - Тебе здесь нравится? – спросила его. - Очень. Здесь море и папа. Мы останемся? Я призадумалась, даже если захочу уехать, Даниэль не отпустит. - А ты хочешь? - Хочу. - Тогда это наш новый дом.

Темп нашей жизни замедлился. Мы никуда не спешили. Серафим проходил восстановление после болезни. Когда у него хватало сил, мы гуляли по длинной набережной. В самый первый день мы, конечно, пошли на море.

Морской бриз трепал волосы, приходилось их приглаживать рукой, жаль не собрала волосы в хвост. Я наклоняюсь, снимаю сандалии и несу их в свободной руке. Ноги утопают в песке, когда мы идём вдоль берега, у самой воды песочный пляж и я чувствую прикосновение тёплых волн.

Серафим тоже снял обувь и шустро пошёл к воде. Он смело вошёл в прибрежную воду, волна окатила его до колен. Взвизгнув, малыш отступил назад, уворачиваюсь от брызг, разлетавшихся в разные стороны.

- Вода тёплая, – кричит мне сын.

- Надо обязательно искупаться, – отвечаю ему.

- Мама, ты первая.

Переборов стеснение, я сбросила платье, надёжно служившие мне защитой, с размаху бросилась в воду и тут же поплыла. Плавать почти не умела, так только болтыхаться. Перестав чувствовать дно, я обернулась и помахала улыбающимся Серафиму и Даниилу.

Сегодня это был другой Серафим. Глядя на его счастливое лицо, я окончательно осознала, что мы справились с болезнью, одержали победу.

Обсохнув, мы прошлись дальше по берегу, Серафим находил маленькие ракушки, выкапывал из песка, тщательно очищал от песчинок и дул в раковину. Каждая была неповторимой, разукрашена во все цвета радуги.

- Папа, почему они пустые?

- Моллюск, живший в нём, решил уйти из своего домика.

- Куда он ушёл?

- Наверное, отправился строить новый дом.

- Можно взять их домой.

- Конечно.

- Смотри, эта белая. В ней тоже жил меллюск, – указал он на ракушку, повторяя новое слово.

- Да, и у него была жемчужина. Красивый перламутровый камешек.

- Как мне его найти?

- Это редкость, должно повезти.

Морской бриз колышет мои волосы, Даниил пристально смотрит на меня, словно любуется. Я старательно избегаю его взгляда, потому что чувствую себя беззащитной.

Только здесь моя жизнь стала меняться. Для меня важно понять, чего я хочу для себя и как мне продолжать вести себя. Нужно с чего-то начать. Есть только здесь и сейчас. Я решила улучшить свою физическую форму. Самый доступный вид спорта для меня был бег. Поэтому каждое утро начинала с пробежки вдоль берега. Старалась пробегать столько сколько могу: первую неделю я больше ходила пешком. Но с каждым разом я чувствовала, как преодолеваю что-то внутри. Лень превращалась в энергию, апатия скопившиеся за последние годы проходила, и я ощущала себя счастливой. Я стала еще больше ценить каждое мгновение в каждом дне. Иногда, увидев улыбку Серафима, мне казалось, все что мы пережили, осталось в другом мире. И я не могла понять это мир изменился или изменилась я?