Академия магии Троян (СИ) - Леухина Ирина - Страница 36

— Это произошло за несколько дней до начала учебного года. Я приехала раньше, потому что нужно было купить много новых учебников и тетрадей. На рынке я столкнулась с симпатичным молодым человеком, который оказался не тем, кем он мне показался.

Она опускает взгляд, вздыхает и решительно продолжает:

— Не знаю почему…. Возможно из-за близости академии, где моя подруга не побоится защитить меня, я позволила себе очароваться им.

— Это из-за меня…, — виновато шепчу я.

— Нет, — машет головой Лалея и утирает слезы. — Я только благодаря тебе испытала невероятное чувство безопасности. Пойми, до нашей с тобой встречи я постоянно всего боялась. Боялась тени, взгляда и тем более касания. Мне казалось, что я грязная. И из-за этого во мне появилась ненависть к себя, за своя яркую красивую внешность, за женственность и притягательность. Но ты помогла почувствовать себя под защитой и тем самым во мне появилась любовь к своей красоте и желание иметь что-то достойное. Чувство защиты, чувство, что есть кто-то кто за тебя горой: дало мне внутреннее умиротворение. Именно из-за этого в академии я стала счастливой. Но я забылась, ведь за стенами не все так хорошо. Что кроме тебя, я должна уметь защищать себя сама. Поэтому я так опростоволосилась с этим. Доверилась первому встречному, хотя раньше никогда не позволяла себе это.

— Знаешь, когда поступала в академию, то не планировала устраивать рейды, — проговариваю я и вспоминая улыбаюсь. — Но когда увидела в кустах тебя, испуганную и зажатую теми уродами, то не сдержалась. Хотя планировала спокойно учиться и не влезать в проблемы. Кстати как его зовут?

— Вроде Фабиан, — говорит Лалея, громко смеясь. — Мне больше нравится момент, когда ты этому Фабиану выбила два передних зуба.

— Так это ты выбила Фабу зубы? — наклоняется к нам Амфара с распахнутыми глазами. — А этот гад твердил всем, что на него напала целая банда. Вот же лгун.

Широко улыбаюсь реакции соседки, а Лалея не сдерживаясь хихикает, привлекая к нам все больше внимания.

— Ты бы видела их, — также нагибается через меня водница. — Они были такими крутыми, когда утянули меня в темный угол парка. Затем я замечаю Бри, как она гордо выходит и приказывает им отпустить меня. Фабиан и остальные сначала такие уверенные отказались. Но затем… они быстро усмирили свою гордыню. Кто-то даже на колени опустился и попросил милосердия у Бри.

— А она что? — живо уточняет Амфара.

— С разворота выбила ему дух. Они ко мне после этого ни то что ни приближались. Они обходили полукругом, если я появлялась. А если Бригида, то тут же сбегали. В тот день у Бри стала расти репутация, и тогда она впервые попала к ректору.

— Но об этом случае говорилось иначе, — удивленно шепчет Амфара. — Фаб твердил о бандитах. Но в какой-то момент распространился слух, что землянка Бри опасна для здоровья. Уж, прости, подруга.

— Ничего, — отмахиваюсь я. — Как будто я не знала, как меня называют за спиной.

— Называли, — гордо поправляет Амфара и тыкает меня в плечо. — Теперь ты многим нравишься. Только некоторые бесятся из-за твоего неукротимого характера, но большая часть адептов испытывает к тебе уважение.

Опускаю взгляд на дрожащие руки, скрывая неожиданное смущение.

Разве такое возможно? Завоевать уважение общества оставаясь верной своим принципам и убеждениям. То, что не смогла сделать мама, у меня получилось.

Снимаю кольцо истинного огня с пальца и протягиваю его Лалее.

— Держи.

— Но…

— Лалея, ты права. Кроме меня и кого-то другого, ты должна уметь защищать себя. Таких людей как Вринеш не истребить. Они всегда будут существовать не зависимо от выбранной политики в королевстве. Это кольцо сможет защитить тебя.

— Спа….

Лалея не успевает договорить, как дверь со стуком об стену открывается и в приемную врывается Тобиас. Взлохмаченные волосы и покрасневшие глаза парня не портят его, а скорее создают некий романтический образ. Он безумный взглядом оглядывает комнату, а увидев водницу кидается к ней. Тоби подхватывает Лалею крепко сжимая в объятиях и нежно шепча:

— Лали, любимая моя. Больше не отпущу. Буду охранять тебя хоть целыми сутками. Прости, что не сумел догнать тебя. Прости, что молчал о чувствах. Но я так сильно люблю тебя, Лалея. Я готов жизнь отдать за тебя. Ты свет мой и…

— Мда, — громко цедит Вринеш, привлекая всеобщее внимание. — Она ведь, друг, уже порченная. Я хорошо постарался над этим.

Глава 8.2

Миг, и Тобиас сжимает шею воздушнику, фанатично тряся его.

— Убью тебя, подлец. Как ты посмел тронуть ее. Как ты смеешь говорить о ней.

К Тоби подскакивают Дерик, Рей и Азур. Они пытаются оттащить разозленного парня, только все в пустую. Тобиас с неукротимой яростью в глазах удерживает Вринеша, даже не думая его отпускать.

— Тобиас, — прорывается к другу Лалея и обнимает его за шею. — Прошу тебя! Не губи себя ради меня. Я ведь тоже люблю тебя, но если ты убьешь его, то моя любовь пропадет даром. Прошу, отпусти его.

У Тоби немедленно расслабляются мышцы рук, и он словно становится мягче от нежных касаний водницы. Он с презрением поднимает взгляд на Вринеша, а затем отталкивает его, как будто тот противное насекомое, а не человек. После чего Тобиас крепко обнимает Лалею, утыкается в ее волосы и с наслаждением вдыхает ее запах. Они отходят вместе к окну, не отлипая друг от друга.

Вринеш громко хмыкает и знакомым движением залечивает синяки на шее. Затем проводит по складкам одежды и снова раскидывает ноги на диване. Огневики кидают на него недоверчивые взгляды, но все же неторопливо возвращаются на свои места.

— Вринеш Мариас, — выходит Фойхт и придирчиво нас осматривает. — Зайдите.

Вринеш встает и вразвалочку направляется в кабинет. Ректор окидывает надменным взглядом парня и с напускной небрежностью пропускает его. Затем вновь сканирует приемную, на секунду задерживаясь на мне.

— Ждите, вызовут каждого, — и резко хлопает дверью.

Спустя двадцать минут Вринеша отпускают. Он выходит словно местная знаменитость, которая требует рукоплесканий в его честь. «Его» диванчик не пустует, сейчас там сидят Тоби и Лалея. Они тихо воркуют, но тут же затихают, когда замечают воздушника.

По лицу Вринеша видно, что он недоволен. Вместо раздора, который он щедро сеет, в их паре растет и процветает любовь.

— Хотя ты прав, — цокает он и похабно смотрит на подругу. — Она была хороша.

Тоби дергается, но Лалея умудряется его удержать на месте. Вринеш спиной отходит к выходу, не замечая, что я преграждаю ему путь. Воздушные наручники жестко сжимаются, что кажется, кровь перестает поступать к ладоням. Чувствую как потенциал сковывается в ловушке, перекрывая доступ к магии. Но я не обращаю внимание на дискомфорт и жду, когда Вринеш обернется и увидит, кто стоит перед ним.

Он с ухмылкой разворачивается, но вздрагивает и отшатывается, обнаружив меня.

— Вринеш, советую тебе успокоиться. Все прекрасно поняли и осознали, какая ты гнида. Знаешь, из-за тебя я раньше думала, что все воздушники такие скоты. Но оказалось, что гнилое нутро зависит от человека, а не от силы, которая питает его. Поэтому я рекомендую тебе, Вринеш, успокойся. Потому что ты скорей всего сдохнешь таким. Поэтому мне нужно испытывать к тебе жалость, раз ты убогий. Но если ты еще раз дернешься к ней, — делаю шаг к нему, чувствуя как сильнее стягиваются наручники. — Я….

— Бри! — Восклицает Лалея и поднимается с дивана.

Кидаю взгляд на нее, а затем перевожу его на голубые глаза воздушника.

— Думаю ты и так понял, что я сделаю с тобой, убогий, — протягиваю я и растягиваю губы в подобие улыбки.

— Да это ты первая сдохнешь, — орет Вринеш. — А я буду управлять городом, который мой дед забрал у твоего деда. Я продолжу жить в вашем бывшем поместье. И может быть когда-нибудь приму тебя, землянка!

Он обходит меня, стараясь при этом не затронуть.

— Вот только, — ядовито тяну я и разворачиваюсь. Он тормозит на пороге, но не оборачивается. — Ты до сих пор считаешь, что город принадлежит моей семье. Что поместье принадлежит семейству Вайсс. Значит ли это, что ты где-то далеко в глубине души знаешь, что не достоин оказанной чести. Поэтому, Вринеш, ты никогда не достигнешь того величия, которое принадлежит моему роду.