Легенды рябинового леса (ЛП) - Вильденштейн Оливия - Страница 16

Я почувствовала укол вины. Эйс следил за мстительным фейри. Он беспокоился обо мне.

"Никому не нужен охотник там, наверху".

Приступ боли испарился. Он не беспокоился обо мне, он беспокоился, что я подвергну опасности его мир. К сожалению, я не могла винить его за это.

— Охотники не могут войти в Неверру, не так ли?

"Очевидно, ты тоже фейри. Так что, может быть, ты могла бы пройти через портал".

— Откуда ты знаешь?

"Это всё, о чём кто-либо может говорить в Неверре".

Я ощетинилась оттого, что стала предметом разговоров в мире фейри.

"Стелла болтает об этом без остановки", написала Лили на своём телефоне. "Теперь, когда она стала калигосупрой."

— Что?

"Обитатель тумана. Это просто причудливое название, которое позволяет ей построить обитель над туманом".

— Каким туманом?

"Ты действительно ничего не знаешь о Неверре, не так ли?"

Я покачала головой. Как бы мне ни было любопытно узнать об этом тумане, я задала более насущный вопрос:

— Борго слышал, что Каджика вернулся?

"Да".

— Лили! — раздался радостный голос позади меня. — Странно видеть тебя здесь! — Касс откинула слипшуюся чёлку с мокрого от пота лба и обняла фейри. — Этот топ! Где ты его взяла? Я хочу его. Это просто огонь.

Лили одарила Касс неловкой улыбкой.

Даже я должна была признать, что шёлковый красный топ Лили был хорош — диковинное размышление, когда поблизости скрывался опасный фейри. Возможно, это был защитный механизм моей психики: думать о пустяках, чтобы не беспокоиться о критических вещах.

— Хотите что-нибудь выпить? — спросил бармен, разглядывая Лили.

— Ещё пива, — сказала я.

— Это будет стоить восемь долларов, — рассеянно сказал он мне. Я вытащила десятку из кошелька и положила её на липкую стойку.

— Эйс здесь? — спросила Касс слишком нетерпеливо.

Лили кивнула. Она опустила подбородок в угол комнаты. Я повернулась одновременно с Касс. На этот раз я увидела обоих фейри. Как будто они почувствовали, что мы смотрим, они прервали свой разговор и уставились прямо на нас. Глаза не могли обжигать, но всё же они жгли как лазерные лучи. Эйс что-то сказал старому фейри, и тот повернулся и ушёл. Я проследила за ним взглядом, наполовину ожидая, что он нырнёт в шкаф для одежды, но он вышел через парадную дверь. Я предположила, что фейри не строят порталы повсюду.

Когда я повернулась к Лили, Эйс стоял рядом с ней, прислонившись к стойке бара. Моё сердце ударилось о стенки груди, что воспламенило мою руку.

— Почему Борго здесь? — спросила я, прижимая пылающую руку к боку. Я балансировала пивной бутылкой между большим и средним пальцами.

Взгляд Эйса скользнул по моей ключице, по цепочке, которая исчезала под моей майкой. Если бы он был любым другим парнем, я бы предположила, что он пялится на меня, но он был фейри, а я носила эквивалент яда фейри на шее.

— Он думал, что ты Ишту, — сказал он ровным тоном. — Восстала из мёртвых.

Мурашки пробежали по моей коже.

— Кто такая Ишту? — спросила Касс, посасывая розовый коктейль через соломинку.

— Бывшая девушка Каджики, — сказала я.

Она поморщилась.

— И ты похожа на неё? Насколько это странно?

Это было определённо странно. С другой стороны, вся моя жизнь была странной.

— Вы, ребята, хотите чего-нибудь выпить? Бармен потрясающий, — сказала Касс.

— У нас всё хорошо, Кэссиди, — сказал Эйс.

— Где третий провокатор? — спросила она.

Сестра и брат нахмурились.

— Круз. Где он? — спросила она.

— У него было какое-то срочное дело, — сказал Эйс, глядя на меня.

— Какого рода дело? — спросила я.

Тёмные брови Эйса сошлись на загорелом лбу.

— Почему бы тебе не сказать мне?

— Почему я должна знать, чем занимается Круз?

Касс переводила взгляд с одного на другого, в то время как Лили пристально смотрела на меня. Чего именно мне не хватало? Неужели Круз им что-то сказал?

— Я думал, вы с Каджикой стали близки, — сказал Эйс.

Касс уставилась на свой напиток.

— Я думаю, что, возможно, я выпила слишком много этого, потому что я не понимаю ничего из того, что вы, ребята, говорите.

— Я тоже не понимаю, — пробормотала я.

— Куда делся Каджика, Катори? — спросил Эйс, его взгляд был таким же жёстким, как и его голос.

— Он отправился на поиски Гвенельды.

— Гвенельда, которая убила своего мужа-судмедэксперта? — спросила Касс. Конечно, она должна была это знать. Её брат Джимми был следователем.

— Она не убивала его, — сказала я. — Это сложно.

Брови Касс высоко изогнулись.

— Лили любит танцевать, Кэссиди. Почему бы тебе не поднять её со стула и не показать ей, как девушки в Роуэне двигают телом?

Касс ухмыльнулась.

— Это было бы для меня удовольствием.

Она схватила Лили за руку и стащила её с барного стула. Фейри споткнулась от внезапного толчка и чуть не врезалась в меня, но я отступила в сторону, прежде чем моя кожа могла обжечь её.

Когда она восстановила равновесие, на её лице отразилось облегчение.

— Нравится двигать телом? — спросила я, когда они растворились в густой толпе.

— Где Каджика, Катори?

— Последнее, что я слышала, он был в Канзасе, но он давно мне не звонил. Что такое?

— Потому что, очевидно, вчера умер фейри. Я не любил этого парня, но заслужил ли он кровавую стрелу в сердце? Конечно, нет.

Я судорожно сглотнула.

— Ты… ты думаешь, что Каджика убил его?

— Только охотники могут убить фейри, и, поскольку их всего двое, это ставит его довольно высоко в моём списке подозреваемых.

— Но он ищет Гвенельду. Он не охотится за… — промелькнула у меня в голове мысль. — Может быть, на него напал фейри, и ему пришлось защищаться.

— Я уезжаю на неделю, и вдруг ты становишься фанаткой охотников?

Я сильно сжал бутылочное горлышко между пальцами.

— Я не фанатка охотников.

— Но ты носишь их ожерелье.

— Потому что Борго в городе. Я не сильная, как Каджика, и не наделена магической пылью, как ты, Эйс. Я просто пытаюсь защитить себя.

— Ты отмечена. Единственный фейри, который может убить тебя, — это Круз. Разве ты не понимаешь, как работает наша система?

— Мне всё ещё может быть больно.

— Откуда ты знаешь, что это не те люди, которые дали тебе ожерелье, причинят тебе боль?

— Не надо, Эйс.

— Держу пари, ты всё ещё думаешь, что я убил Холли, да?

— У неё была сыпь по всему телу. А это значит, что её отравили.

Его взгляд стал ледяным.

— Это удобный вывод.

— Ты можешь доказать, что не задушил её?

Он скрестил руки на белой рубашке и опустил. Я по-детски сердито посмотрела в ответ.

Две песни прозвучали до того, как я сказала:

— Её прах стал жидким, и теперь вокруг её надгробия выросла розовая лиана. Это случается со всеми фейри?

Губы Эйса всё ещё были так плотно сжаты, что я сомневалась, что он мне ответит. Я была неправа.

— Мы превращаемся во флору, когда умираем, — сказал он сквозь стиснутые зубы. — Старейшины говорят, что первые экзотические виды цветов на этой Земле произошли от умершего фейри.

Я подумала обо всех цветах, которые мы превратили в варенье с бабушкой Вони. Я представила, что это кусочки плоти фейри во рту и меня затошнило.

— Это лучше, чем стать пищей для червей, — сказал он.

Я вытряхнула этот образ из головы.

— Очевидно, это те же самые розы, в которых были похоронены охотники. Ты знал об этом?

— Я предполагал. У охотников нет такой магии.

— И ты не сказал мне?

— Ты бы мне вообще поверила? — спросил он отрывистым голосом.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки. Поверила бы я ему? Поверила ли я ему? Я поднесла бутылку пива ко рту и сделала большой глоток.

— Ты когда-нибудь задумывалась, как твоя мать сама достала гроб из земли?

— Дай угадаю: ты знаешь.