Офисная война (ЛП) - Николетто Анна - Страница 51

Доползаю до входа и вздрагиваю, увидев тень.

Рядом с дверью, одетый с иголочки, стоит Эдоардо. В своих руках он вертит остатки бомбочки для ванны.

— Она хотела вернуться домой.

— Бедная малышка. Ты был очень милосерден, сопроводив её.

— Мне нужно поговорить с тобой.

Тяжёлый камень опускается в желудок. Эдоардо хочет утвердить границы. Очевидно.

Это был хороший эпизод, мы повеселились, но теперь вернулись. И всё возвращается на круги своя. Достаю из сумки ключи.

— Я впущу тебя в квартиру только с завязанными глазами.

Он сдерживает улыбку.

— Завязывай мне глаза, когда захочешь.

Не так ответил бы тот, кто собирается завершить отношения. Но сейчас я понимаю: знакомые мне правила с Эдоардо не работают.

Я веду его на свой этаж и вставляю ключи в замочную скважину. Кое-что из беспорядка уцелело после утренней уборки, но моя хибара, по крайней мере, выглядит достойно.

Я избавляюсь от сумки и куртки.

— Так что? О чём ты хотел поговорить?

Посреди гостиной (явное вторжение в моё личное пространство), Эдоардо изучает каждую подсказку в комнате, которая может пригодиться.

— Гецци Брамбилла созвал на завтра совещание для глав отделов.

— Да, я видела мейл.

— Будет объявлено о приходе очень крупного клиента, — продолжает он, не сводя с меня глаз.

— И откуда это знаешь ты?

— Я привёл его.

— Ох. Окей?

— Окей? — Хмурит брови Эдоардо.

— Да, я имею в виду, ты хотел, чтобы мы поговорили об этом, потому что?..

— Я вёл с ними переговоры в декабре, тогда меня не было в офисе. У меня остался контакт через старую работу. Я думал, ты захочешь узнать. Просто чтобы быть честным.

— Что ж, спасибо, — отвечаю я, опешив, — но они не были нашим клиентом, когда ты познакомился с ними. Ты не прыгнул через мою голову. Я не вижу проблемы.

— Тебя это не беспокоит? — удивляется он.

— А должно? Это дополнительный клиент и означает больше работы для команды и для нас. — Я хмурюсь в замешательстве. — Это всё, что ты хотел мне сказать?

Эдоардо играет с цветной бомбочкой для ванны, перекидывая её из руки в руку, как мячик для снятия стресса.

— Что ещё, по-твоему, может быть?

— Я не знаю, — увиливаю я, — может быть, ты хотел заявить, что после Венеции «ты и я» станем синонимом «больше никогда»?

Воспользовавшись ограниченной планировкой квартиры, Эдоардо в два шага оказывается на расстоянии дыхания от меня.

— Попроси меня остаться на ужин.

Я поднимаю бровь в знак неповиновения.

— Я бы с удовольствием, но я съела слишком много попкорна, и мой голод испарился.

— Тогда попрошу я попробовать последнюю бомбочку для ванны у тебя.

— Ты просто не видел моей ванной! Она может посоперничать с ванной хоббита. Если только тебя не заводит защемление седалищного нерва…

— Итак… чёрт возьми, Камилла. Мы можем не играть хотя бы один вечер?

— Я думала, что перемирие закончилось вчера, когда ты оставил меня перед домом.

Его руки обхватывают мою талию, заставляя вжаться в него.

— Давай растянем его ещё немного, а?

Хочу ли я этого?

Это всё, чего я хочу.

***

Милан этим утром прекрасен.

Чудесно видеть шлагбаум подземной парковки, который поднимается с третьей попытки; прекрасна очередь клиентов, в которую я протискиваюсь, чтобы купить в кафетерии веганский капучино, «Золотое молоко», два кофе ристретто и выпечку. Замечательно обнаружить, что лифт переполнен и необходимо ждать свою очередь, и даже приветствие Адель, которое впивается в мои барабанные перепонки, когда я протягиваю ей один из кофе.

— Ками! Как прошёл отпуск? — спрашивает она, присоединяясь ко мне по пути в коридоре.

— Короткий, но фантастический. Как было в окопах?

— Тотальная пустыня, то есть рай. Единственной новостью стал телефонный звонок от ДГБ после Рождества с просьбой созвать сегодня общее собрание! Знаешь, о чём пойдёт речь?

— М-м-м, понятия не имею.

Мы направляемся к моему кабинету. Эдоардо не появится раньше времени впервые с тех пор, как его наняли. Знаю это потому, что сегодня утром он встал с моей кровати. Он отправился в свой пентхаус в CityLife, чтобы переодеться, ведь скоро ему предстоит оказаться в центре внимания, а ДГБ будет петь ему дифирамбы перед всеми.

Невероятная вещь? Я рада за него.

Ещё несколько месяцев назад я бы не поверила, что однажды буду гордиться его успехами. Мы начали плохо, это правда, но сейчас мы отлично восстанавливаемся. По крайней мере, я так думаю.

— Это должно быть что-то грандиозное, — говорит Адель, открывая передо мной дверь, — ДГБ был в восторге. Он прибыл со своим партнёром невидимкой!

— Он не невидимка, его зовут Лука Гатти, и мы видим его только на чрезвычайных встречах, потому что он принадлежит к тем, кто двигает деньги, а не людей. — Я вхожу в кабинет и ставлю кофе ристретто на стол Эдоардо. — Что такое?

Адель указывает на столешницу.

— Здесь внутри тоже есть новости, или я ошибаюсь?

Я улыбаюсь.

— У нас перемирие.

— Йу-ху! Просто перемирие или?..

Я выбираю дипломатию.

— Мы нашли баланс, чтобы не разорвать друг друга на части.

— Как хорошо! Команды будут счастливы!

— На это я и надеюсь. — Я избавляюсь от куртки, жду, пока она допьёт свой кофе, а затем бегу в кабинет контент-менеджера. Я нахожу её нагнувшейся и роющейся в ящике стола.

— Специальная доставка для синьоры Мацци.

Беа чуть не задевает головой край стола.

— Ками!

— Не говори ни слова.

— Я должна была тебе сказать!

— Это пять слов, слишком много. Ты хочешь, чтобы придурок бывший, с которым покончено, мёртв и похоронен, сравнился с твоей дружбой, которая жива и, надеюсь, будет жива ещё очень долго?

Беатриче подносит руку к груди. Затем она замечает бриошь и «Золотое молоко», которые я ей купила, и эмоции достигают эпического уровня.

— Это что, «приношу тебе завтрак и прощаю»?

— С добавлением какао и «чёрт тебя побери, как тебе удалось хранить секрет в течение нескольких месяцев»?

— Как бы то ни было, я ещё не осознала, что буду лицезреть этого червяка на семейных рождественских обедах! Я так хочу спать, это могло произойти в альтернативной вселенной. — Беа со стоном откусывает булочку. — Как Венеция? На самом деле нет, не говори мне. У меня не было секса два месяца. Я разревусь.

— Нема как рыба.

— Неважно. Расскажи мне! Как ты перешла от «ненавижу его» к «медовому месяцу в Лагуне»?

— Бомбочки для ванны, — категорично отвечаю я. — Лучший подарок, который ты могла мне сделать.

— Я ничего не понимаю, но это не имеет значения. Расскажешь мне после совещания. — Она придерживает передо мной дверь, и мы выходим в коридоры Videoflix, бок о бок, как в старые времена.

Невероятно, но сегодня офис кажется более гостеприимным. Растения зеленее, люди дружелюбнее. Даже менеджеры-акулы, которые уже сидят в зале заседаний за столом из цельного дерева, кажутся более ручными. Эдоардо ещё не пришёл. Я здороваюсь и следую за Беатриче к двум единственным, рядом стоящим свободным стульям и открываю блокнот для записей.

— Присутствует даже Гатти, — замечает Беа, склонившись над своим планшетом, но восприимчивая к присутствию и отсутствию в креслах партнёров-основателей. — Они размораживают его только тогда, когда речь идёт о горах денег. Интересно, почему они собрали нас вне графика?

— У меня есть идея…

— Это из-за тебя? — Подпрыгивает Беатриче.

— Меня? Нет, с чего бы?

В помещение входит ДГБ, и присутствующие затихают. Даже сегодня босс выбрал слишком обтягивающую светлую рубашку, из-за которой выглядит толще и более потным, чем обычно. Безуглеводная диета не работает.

— Доброе утро и с возвращением, надеюсь, ваш отпуск был приятным.

Порог зала заседаний на несколько мгновений становится свободным, прежде чем его занимает другой силуэт.

Эдоардо, элегантный и безупречный в синем костюме, идёт позади ДГБ, как запретное видение. Его взгляд скользит по сидящим за столом, и останавливается на мне.