Дикая охота (СИ) - Бутусова Лена - Страница 45

— Бестиарий — одна из таких вещей? — Тая скосила глаза на книжку.

Нирина кивнула:

— Именно поэтому бестиарий так ценен, в нем описаны заветы и обычаи древних народов и рас, обряды и поверья тех, кого мы привыкли презирать и ненавидеть. Оборотни — лишь одни из немногих порождений Пустошей, на них на всех не хватит зачарованных пуль. Люди должны научиться договариваться с ними и жить бок о бок. Жаль, что Милхард и ему подобные этого не понимают. А все, что они не понимают, они уничтожают.

Повисло молчание. От услышанного у Таи закружилась голова. Она смотрела на весело пляшущие язычки пламени в камине, и круговерть все усиливались. И пустота, что поселилась внутри нее после ухода Дар Ветра, кружилась в такт с этой каруселью, сворачиваясь во что-то осязаемое, теплое, даже горячее, как язычки огня…

…Тая пришла в себя на кушетке, в тот момент, когда настоятельница прикладывала к ее носу резко пахнущую тряпицу. Тая поморщилась и отстранилась, попытавшись сесть.

— Ты меня напугала, девочка моя, — Нирина озабоченно хмурила брови. — Дай-ка я тебя осмотрю. С чего ты вдруг решила падать в обморок у меня на руках?

И настоятельница принялась изучать магическую ауру своей подопечной. На миг лицо ее стало каменным. Тая ждала уже смертельного приговора, спокойно, без страха. Какая теперь уж разница, что с нею будет?..

Но вот, Нирина слабо улыбнулась и посмотрела на Таю лукавыми серыми глазами:

— Ну, что же, девочка моя. Поздравляю. Ты скоро станешь мамой.

— Что? — Тая округлила глаза, не до конца понимая слова настоятельницы.

— Что-что, — Нирина сварливо усмехнулась. — Ты ждешь ребенка…

Тая помертвела в ужасе — неожиданная реакция для будущей матери — и Нирина с удивлением посмотрела на воспитанницу.

— Матушка Нирина… вы можете определить, кто отец ребенка?

Разом посуровев, Нирина поджала губы:

— Для этого мне необходимо личное присутствие кандидата в отцы или хотя бы свежий образец его крови.

— Ясно…

Не говоря больше ни слова, Тая поднялась с кушетки и, пошатываясь, вышла вон…

Несмотря на усталость, уснуть Тае не удалось до самого утра. С первыми же лучами рассвета она закуталась в теплое одеяло и вышла во двор. А затем и за ворота. В лесу легче дышалось и проще думалось. Вот так. Она беременна, что, впрочем, было неудивительно, учитывая, как часто в последнее время к ее лону прикладывались разные мужчины. И кто же из них отец?.. Лишь только одного из них она желала бы видеть в этой роли, но, увы…

Несмотря на данное себе обещание, по лицу Таи текли слезы, тихие, прозрачные. Поэтому она не сразу заметила в высокой траве снежно-белый пушистый комочек, подкатившийся к ее ногам. Вздрогнула, когда мягкая шерстка коснулась кожи.

— А ты здесь откуда? — Тая поспешно вытерла слезы и подхватила на руки белого волчонка со сломанной лапкой.

Зверек тут же принялся вылизывать ее лицо — малыш помнил, кто вылечил его. Он умудрился отыскать свою спасительницу среди дремучего леса, дошел, хромой, не став добычей взрослых хищников.

— Ты точно сын Белого волка, — Тая с улыбкой смотрела на волчонка. — Такой же упрямый и… несгибаемый.

Девушка нежно прижала к груди белого волчонка, прошептала ему в самое ушко:

— Мы с тобой непременно отыщем твоего отца. У тебя ведь никого нет, кроме него. Как и у меня…

С волчонком на руках девушка вернулась в обитель Илларх.

Тая пойдет в Пустоши и найдет там своего дара. И завершит свой оборот пред ликом Полной луны. И узнает, чьего ребенка носит под сердцем.

И тогда для всех для них, наконец, наступит Час Белого волка…