Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг. - Ковальская Елена - Страница 281

Стремясь прийти на помощь нуждающимся в ней, Учредительница Обители Милосердия, по мере своих слабых человеческих сил, стремится к осуществлению этих христианских идеалов и объединяет в устраиваемой ею Обители Милосердия ряд соответствующих учреждений, в которых сестры Обители Милосердия будут посильно работать.

Само собою понятно, что лица, посвятившие себя делу Марфо-Мариинской Обители Милосердия, по роду своей деятельности должны всецело принадлежать ей и отказаться по возможности от своей личной жизни и интересов ее во время пребывания в Обители Милосердия, будучи связаны соответствующими добровольными обещаниями на известные сроки времени.

Сознавая вполне трудность возлагаемых на сестер обязанностей, Учредительница Обители Милосердия назначает сроки обещаний на определенное время (1, 3, 6 лет и более), желая, чтобы вступающая в Обитель Милосердия серьезно обдумала предварительно тот путь, по которому она думает идти, и не обольщала себя какими-либо надеждами, которые не смогут осуществиться. Назначение сроков имеет также целью: 1) укрепить волю и постепенно приучить человека к новой подвижнической жизни; сохранить в нем этой постепенностью ровность души, мир, так как обещание, данное сразу на всю жизнь, без собственного, хотя бы краткого опыта в новой жизни, тяжелым камнем ложится на человека, ослабляя его энергию; 2) известную правильность в распределении работы Обители Милосердия и 3) наибольшую ее полезность, так как для вступления в Обитель Милосердия требуется известная подготовка в виде запаса знаний и духовного проникновения.

Лучшие люди, известные общественные благотворители, сознали это и создают целые ряды соответствующих учреждений, чтобы облегчить жизнь бедным, больным и вообще нуждающимся в поддержке. Все эти учреждения в большинстве случаев имеют специальные цели и касаются разных сторон материальной жизни.

Точно так же целью устраиваемой Обители Милосердия является помощь ближнему во всех ее видах, но помощь не только материальная, но и нравственно-духовная в чисто-христианском православном смысле, и ближайшей целью Обители Милосердия является стремление удовлетворить обращающихся к ней в одинаковой степени как по запросам духовного мира человека, так и помощи бедному больному, голодному и обездоленному ближнему. С этой целью организуются Марфо-Мариинскою Обителью Милосердия сестры, задачей которых и явится вышеозначенная помощь.

Соответственно своим целям Обитель Милосердия принимает к себе не только сестер, но и сотрудниц, при помощи которых надеется шире проявить свою деятельность, в особенности вне обительских стен, и привлечь к участию в своей благотворительной и духовно-нравственной деятельностях и широкий круг населения города Москвы устройством соответствующих филиальных отделений.

(Пояснительное Слово об открываемой в Москве Ее Императорским Высочеством Великой Княгиней Елисаветой Феодоровной Марфо-Мариинской Обители Милосердия. М., 1908.)

Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II

<Начало апреля>. Москва

Христос Воскресе, милый Ники!

Сердечно благодарю вас обоих за чудесный образ, который я повесила в своей молельной. Там у меня все иконы, подаренные мне с тех пор, как я поселилась здесь, в моем новом доме.

Ты всегда был для меня дорогим братом, и с таким вниманием пишешь мне, что находишь наш устав хорошим. Потому я хочу рассказать тебе вкратце о том, как начинает устраиваться моя жизнь, когда каждый шаг надо продумывать и постепенно, с Божией помощью, идти вперед.

Я специально начала Великий пост вместе с несколькими поступившими к нам сестрами, чтобы нам вместе принести обеты[2107]. Первая наша неделя целиком прошла в молитвах, покое и говении, затем мы приняли Святое Причастие, после чего начали новую жизнь.

Несколько слов о распорядке дня. Утром общая молитва, в 7.30 одна из сестер читает в церкви; в 8 — «часы» и литургия, в которой участвуют свободные сестры, остальные ухаживают за нашими больными, или шьют, и т. д. У нас больных немного — мы берем их в соответствии с темой лекций докторов, чтобы на практике изучить, как излечивать ту или другую болезнь. Вначале брали только легких больных, а теперь с каждым разом все более и более тяжелых. Слава Богу, так как палаты просторные и светлые, а сестры выполняют свою работу с любовью, наши больные прекрасно выздоравливают.

В 12.30 сестры во главе с госпожой Гордеевой обедают, я ем одна в своих покоях — и это мне нравится, к тому же лучше сохранять некоторую дистанцию, несмотря на то, что живем мы вместе. В посты, а также в среду и пятницу мы едим постную пищу, в другие дни они получают мясо, молоко, яйца и все прочее. Я, как ты знаешь, уже многие годы мяса не ем, и по-прежнему придерживаюсь вегетарианского режима, но тем, кто не привычен к нему, мясо есть надо, особенно при тяжелой работе.

Я описываю все подробно, потому что людей интересует моя жизнь в обители и, не имея возможности видеть ее, они строят догадки — зачастую совершенно неверные. Воображение делает свое дело, и многие считают, будто мы сидим на хлебе с водой и каше, что здесь суровее, чем в монастыре и т. п. До чего тяжелая жизнь! — в то время как она простая и здоровая.

Мы спим, как положено, по 8 часов, разве что кто-то засидится дольше положенного. У нас удобные постели, небольшие, но очень уютные комнаты с веселыми обоями и летней мебелью. Мои комнаты просторные, светлые, уютные, тоже с летней мебелью. Все, кто их видели, остались в восторге. У меня отдельный дом, больница с домовой церковью, дальше дом для докторов и лазарет для солдат, затем дом батюшки — всего четыре здания.

После обеда некоторые <сестры> выходят подышать свежим воздухом, потом на послушаниях. Чай в 4 часа, ужин — в 7.30, в 8 — вечерняя молитва в моей молельной, в 10 — сон.

Теперь о лекциях — три раза в неделю читает священник, три раза — доктора; в остальные дни сестры читают или готовятся. Пока у них, конечно, только уход за больными в больнице, и я посылаю их в дома бедняков для сбора сведений о различных заболеваниях. Видишь ли, сначала им надо обучиться.

Лекции батюшки чрезвычайно интересны, просто исключительны, потому что он не только человек глубокой веры, но и широко начитанный. Он начал с Библии, а закончит историей Церкви, все это для того, чтобы показать сестрам, как говорить с теми, кто испытывает душевные страдания, и чем им помочь.

Ты знаешь отца Митрофана — он произвел <на тебя> хорошее впечатление в Сарове, в Орле его обожали, и многие приезжают издалека сюда в нашу маленькую церковь, чтобы почерпнуть силы в его прекрасных доступных проповедях и исповеди. Это широкая натура, в нем ничего от узколобого фанатика. Все зиждется на безграничной Христовой любви и прощении. Это истинно православный пастырь, строго придерживающийся <канонов> нашей Церкви. Для нашего дела — это милость Божия, ведь он заложил необходимое основание. Скольких он обратил к вере и наставил на истинный путь; сколькие благодарят меня за ту великую благодать, которую они получили, имея возможность обратиться к нему. Никакой экзальтации, ведь ты меня достаточно хорошо знаешь: я люблю спокойную, глубокую религиозность и никогда не выбрала бы священника-фанатика.

Некоторые не в меру заботливые доброхоты, которые хлопочут вокруг меня, боятся, что я изнуряю себя такой жизнью, и кончу тем, что подорву свое здоровье, что я недоедаю, недосыпаю. И если ты услышишь нечто подобное, не верь, мой дорогой. Сплю я по 8 часов, ем с удовольствием, физически чувствую себя превосходно, у меня много сил (конечно, легкая простуда, приступы ревматизма или подагры, которым подвержена вся наша семья, неизбежны). У меня, как ты знаешь, никогда не было румянца на щеках, все глубокие чувства отражаются на моем лице, и потому в церкви я часто выгляжу бледной. Вы ведь с Аликс тоже любите службу и знаете, какую глубокую радость приносит хорошая служба. Я хочу, чтобы вы оба и все-все остальные знали, что я, как уже часто говорила и писала, я совершенно спокойна. А полный покой — это и есть совершенное счастье.