Истинная вера (СИ) - Казинникова Анна - Страница 29

Задавая вопрос, Натаниэль не ждал никаких особенных открытий или откровений. Скорее бил наугад, надеясь понять, что именно подсказывает ему природное чутье. Он предполагал, что в ответ спутник отмахнется и заявит, что все у них хорошо. Однако Бертольф его удивил.

— Это девушка? — тихо поинтересовался он. — Человек, которого вы ищете — девушка или женщина?

— Нет, мужчина, — быстро ответил Натаниэль. — А что, были какие-то происшествия с женщинами?

— Я отвечу на все ваши вопросы, — уверенно отчеканил охотник. — Но только после того, как вы спасете мою жену! Даю слово!

Как-то отреагировать на слова Бертольфа Натаниэль не успел. Дорога, еще раз вильнув в сторону, вывела путников к обещанной заимке. Друзья удивленно переглянулись. Создавалось впечатление, будто они с помощью невидимого портала перенеслись в какое-то иное место. Лес все еще неприступной стеной окружал со всех сторон, но словно расступился, освободив место для небольшой обжитой деревеньки. Добротные рубленые дома с низкими крышами и резными фасадами, аккуратные плетни, огораживающие ухоженные грядки, бельевые веревки, завешенные простынями, на задних дворах, бегающие по единственной улице куры.

— Вы действительно держите скотину? — изумился Натаниэль, обращаясь к Бертольфу. — Но как?

— Только кур, — тихо проговорил тот в ответ, опустив голову. — Они глупые как пробки. А вот ваши лошадки, действительно, слишком спокойны.

На это заявление Натаниэль лишь усмехнулся: лошадей для боевых магов готовили так, что ни человеком, ни демоном не напугать. Разве что один бестолковый некромант умудрялся даже этих наиспокойнейших лошадок приводить в бешенство, но тут уже не лошадей надо было воспитывать. Будь Натаниэль менее наблюдателен и опытен, тоже не заметил бы, что с появлением Бертольфа лошади начали нервничать.

— Показывай, где твой дом, — Зак добродушно хлопнул Бертольфа по плечу и с интересом покосился на замешкавшуюся Амелину.

На первый взгляд, она совсем не обратила внимания на разговоры мужчин и с интересом смотрела по сторонам, изучая деревню. Не отходившая от своей подопечной Мария выглядела более настороженной.

Бертольф молча кивнул на небольшой домик справа и замер, ожидая реакции гостей. Как по заказу дверь распахнулась, и на пороге возникла девушка. Невысокого роста, с черными как уголь глазами и длинными смоляными волосами, доходящими до пояса. Волосы свободно спадали по плечам и окутывали незнакомку словно плащ. Девушку можно было бы назвать красивой, если бы эта красота не была какой-то дикой. Немного не от мира сего. Да и недовольное, не сказать злое, выражение лица ее вовсе не красило.

— Берт, ты совсем сдурел? — брюнетка по-собачьи повела носом и злобно фыркнула. — Зачем людей притащил?!

— Это, что ли, твоя жена? — скривился Джерард, оценивающе окинув девушку взглядом: никаких признаков беременности.

— Это Марийка, наша соседка, — пояснил охотник. — Я привел помощь. Как Руби?

— Эти, что ли, помогать будут? — Марийка сплюнула на землю. — Плохо Руби… говорила, давно надо было избавить ее от страданий…

— Не твоего ума дело, — рыкнул Бертольф. — Нам одной полоумной бабы хватает.

— Ваше дело. Но тащить к нам людей… Кто из них лекарь-то?

— Я, — громко и спокойно ответила Амелина, забирая из седла свои вещи.

Оказавшийся рядом Зак тут же выхватил тяжелую сумку у нее из рук и, подмигнув, повесил на плечо. Амелина благодарно кивнула и отвела взгляд в сторону, приложив ладони к порозовевшим щекам.

— Ты? — Марийка смерила Амелину насмешливым взглядом. — Что ж, девка в деревне всегда пригодится, мужики порадуются молоденькой да свеженькой.

Услышав подобные слова, Амелина вздрогнула, крепко сжав кулаки. Натаниэль видел, как она чуть прикрыла глаза и, глубоко вздохнув, что-то прошептала. Молится, что ли? Не привыкла к такому обращению, сразу видно. Натаниэль внимательно посмотрел на Зака. Не хотелось бы, чтобы разъяренный дракон устроил разборки в такой щекотливой ситуации. Но он, кажется, и не собирался. Зак погладил Амелину по плечу и, дождавшись робкого взгляда, улыбнулся. А после хитро подмигнул и толкнул Амелину вперед, мимо неприветливой Марийки.

— Девушка со мной, милая леди. Это понятно? — насмешливо, но в целом доброжелательно сказал Зак.

Марийка было открыла рот, но вдруг замерла, уставившись на Зака. Зеленая радужка его глаз словно по волшебству вспыхнула алым пламенем, а зрачок, обычный человеческий зрачок, вдруг вытянулся в прямую вертикальную линию.

— Это понятно? — столь же тихо и дружелюбно повторил Зак.

Марийка поспешно кивнула. Когда Амелина, для которой причина молчания дерзкой деревенской девчонки осталась загадкой, вновь обернулась, ничего необычного не происходило. Зак мило улыбался, а Марийка старалась скрыть на лице досаду.

— Руби в доме, — выдавила из себя девушка. — Худо ей…

— Зак, иди с Амелиной и Марией к миссис Граубайн. Посмотрите, чем можем помочь мы… — начал Натаниэль.

— Но… — попытался возразить Бертольф, однако Натаниэль остановил его жестом:

— А мы тут побеседуем.

Марийка недоверчиво посмотрела вслед Заку и Амелине, скрывшимся за тяжелой дубовой дверью. С наружной стороны дверь была окована металлическими пластинами, на которых виднелись следы вмятин и глубокие царапины. Марийка спустилась с крыльца и встала рядом с Бертольфом.

— Ох, Берт, — вздохнула Марийка, внимательно осматривая Натаниэля и Джерарда. — Зря ты их привел. Чует мое сердце, все только хуже будет!

— Что именно будет хуже? — спросил Натаниэль, не сводя глаз с Бертольфа. — Мы уже здесь и никуда не уйдем, пока не узнаем, чего вы так боитесь.

— Да вы вообще никуда не уйдете, тупицы! — вскрикнула девушка. — Вас теперь и королевские Этеры не сыщут.

Джерард и Натаниэль переглянулись.

— Почему? — спросил Джерард, хмурясь.

— Люди не могут уйти из нашей деревни, — Бертольф виновато опустил голову. — До тех пор, пока они еще люди...

— А Руби — человек. Именно поэтому ты и не смог отвести ее к лекарю? — взгляд Натаниэля метнулся в сторону истерзанной входной двери. — Что, соседи донимают? Чуют в твоей жене самку или добычу?

Бертольф удивленно приподнял бровь.

— Когда вы поняли?

— Я — почти сразу, — не стал отпираться Натаниэль. — Зак — когда папоротники перестали попадаться, ну а Джерарду ты сам и рассказал.

— Как это: понял сразу? — изумилась Марийка.

— Семь лет в Академии магии и диплом с отличием не пропьешь, — усмехнулся Джерард, наконец смекнув, что к чему. — Хоть он и пытается. Что ты там болтала про Этеров?

Джерард коротко кивнул на фибулу Натаниэля, многозначительно подняв бровь. Бертольф вдруг уставился на друзей, словно увидел их впервые.

— Боевые маги… ну конечно… я совсем потерял голову. Леди, она тоже из... — он не закончил свою мысль, вопросительно посмотрев на Натаниэля.

— Леди из «Истинной веры». Ты же видел ее знак, тут все в порядке.

— А парень, что пошел с ней — такой же, как мы, — тихо проговорила Марийка. — Я почуяла...

— Что?! — Бертольф дернулся к двери, но Джерард схватил его за плечо.

— Зак не такой. Он не волк и вообще не оборотень. Но и не человек, это верно…

— Не дергайся, Берт, — кивнула Марийка. — Он не опасен для Руби. Он с той девчонкой, с лекарем. Она его пара.

Натаниэль посмотрел на девушку с интересом. Ее осведомленность интриговала. Интересно, это свойство оборотней или обычное женское чутье? Или женское чутье оборотней?

То, что их новый знакомый — оборотень, Натаниэль воспринял спокойно. Во время путешествия с принцем им на пути неоднократно попадались оборотни и, как правило, проблем не создавали. В целом же общество относилось к оборотням неоднозначно.

Изначально, способность оборачиваться в животных люди подсмотрели у других рас. Прежде всего у драконов. Хотя тут речь скорее шла о двух равноправных ипостасях, нежели о принятии чужого облика. А вот дриады, от природы не обладая большой физической силой, перекидывались в крупных животных — волков или медведей, — чтобы защищать свои владения. Говорили, что нечто подобное умели и эльфы, но о них люди знали еще меньше, чем о драконах. Легенды хранили память о далеких временах, когда люди и эльфы жили бок о бок и активно взаимодействовали, но что из этого было правдой, а что выдумкой словоохотливых менестрелей, никто не знал.