Бредущая по мирам (СИ) - Евдокименок Елена - Страница 24

Алан открыл глаза и восхищенно прошептал:

- Мери, ты мне снишься…

- Естественно, я твой самый страшный кошмар! – припугнула я его, жутко улыбаясь.

Он сел, потянулся, зевнул и спросил тревожно:

- Что-то случилось?

- М-меня пытались придушить,- мой голос дрогнул.

- В объятиях? Кот мстил? – Алан криво ухмыльнулся, но увидев выражение моего лица, осекся и помрачнел.- Прости,- покаянно повинился он.

-Я бы могла здесь не стоять…я бы не пришла…но… - слова подыскивались с огромным трудом. Я смотрела на свои, сцепленные на коленях руки. И проклинала себя за то, что пришла сюда

- Прекрати! Ты всегда можешь прийти сюда, в любой ситуации, и я все сделаю, чтобы помочь тебе…- сначала он почти кричал, а затем перешел на шепот.

Я подняла голову, взглянула в его лицо, белое при свете мобильника, валяющегося на кровати.

И отвела глаза, в которых блестели слезы.

- Алан,- начала я,- я могу остаться у тебя? Я боюсь, что он, оно вернется,- я сжала руки, стискивая кольцо.

Алан медленно взял мои руки в свои и вытащил из них кольцо.

- Конечно,- ответил он.

Включил свет, вертя перстень с большим фиолетовым камнем.

- Расскажи мне все,- велел он.

- Ты говоришь – оно исчезло, как будто его и не было,- уже одетый, Алан стелил мне постель на кровати, стоящей в углу, и при этом рассуждал.

Я притащила подушки и бросила их на пол.

Выглядели они странно. Серые, неприглядные, пахнущие краской. Тьфу!

Лучше б я их не нюхала!

А жесткие какие! Надо было свои принести!

- Мери, ау! – позвал меня Алан.

- Твое постельное белье просто страх божий,- сообщила я ему.

- Так нападающий исчез или нет? – он начал терять терпение, прожигая меня взглядом.

Не знал, что я огнеупорная.

- Ага.

После того, как он дал мне какое-то лекарство – вроде валерьянки, только называется по-другому, я успокоилась и даже принялась шутить.

- Покажи- ка шею,- он подошел ко мне.

«Может еще стриптиз станцевать?» – чуть не сказала я.

- Я хочу посмотреть – остались ли следы,- объяснил он мне, словно читая мои мысли. Хотя их и так видно.

Я стянула шарфик и бросила его на диван, отвела ворот кофты одной рукой, а другой приподняла волосы.

- Хм,- Алан смотрел на меня подозрительно и с сочувствием.

- Что случилось? - перепугалась я, бросаясь к зеркалу.

Моя шея была чиста – ни синяков, ни царапин, ни красноты. Ровная, светлая кожа.

Да…уж…

- Может тебе это приснилось? - ласково осведомился Алан. Так говорят с душевнобольными.

Мало того, что он мне не верил, так еще принял за сумасшедшую!

- И где твое доверие? – спросила я, поворачиваясь к нему и скрещивая руки на груди.

Алан поморщился, но ничего не сказал.

- Я ухожу! – объявила я.

- Стой! – взмолился он.- Я, конечно, все понимаю, но взгляни фактам в лицо – следов нет…

- Может, он знает, как душить, чтобы следов не было!

- Это невозможно, Мери! – воскликнул он.

- Ты не поверишь, но возможно - все! – я едва не сорвалась на крик.- Думаешь, я не могу отличить сон от яви? Думаешь, я бы притащилась к тебе, разбудила бы тебя, загрузила по уши своими проблемами, если бы их не было!

- Но…

- Верь фактам,- перебила я его,- верь следам, верь тому, что существует – пожалуйста! А когда найдешь мое тело на пороге, то не плачь, что не слушал меня! - я бросилась к двери и захлопнула ее прямо перед его, вытянувшимся от изумления, беспомощным лицом.

«Ненавижу тебя!» – думала я, сбегая по ступенькам и игнорируя его призывы, несущиеся мне вслед.

- Стой, Мери, стой! – напрасно он кричал мне вслед. Напрасно он мчался за мной.

Напрасно.

Я спряталась за углом здания, и он убежал в темноту, ища меня.

Я сидела, скорчившись, на ледяной мостовой, в углу между двумя страшными, серыми домами. Они состояли из сплошных резких линий и напоминали коробки.

Такое ощущение, что люди, живущие здесь, забыли, что такое счастье…

Я уперлась лбом в колени.

Его вообще не существует, также как и любви…

Это словно редкий луч солнца за грозовой пеленой… Словно цветок, осыпанный пеплом – единственный выживший цветок, но его затопчут ногами.

Я всхлипнула.

Вот буду сидеть здесь, пока не умру, тогда вы все узнаете!

Камни больно врезались в ноги, и холод полз по венам.

Или домой пойти?

Я поднялась на ноги. И сделала несколько шагов.

И услышала торопливый топот и голос, зовущий меня по имени.

Такой родной голос, такой тихий, робкий и виноватый.

Алан остановился передо мной, изучая камни под ногами с неподдельным интересом.

- Ну, что? – вопросила я сердито.

- Мери,- начал он, глядя на меня печально,- я ведь не специально… правда. Просто я привык, что у любого случая есть объяснение… доказательство…

- Алан,- воскликнула я,- это не математика, не геометрия! Это жизнь… Это моя жизнь…

Моя жизнь, где нет места логике, причинно-следственным связями и мудреным трактатам. Моя жизнь – хаос вдохновения, перемешанный с яркими картинами, трепетными идеалами и лелеемыми грезами.

Он вздохнул.

- Пойдем ко мне.

- Ты не веришь мне,- прошептала я с горечью.

Мне хотелось порвать что-нибудь в клочья, разбить все вокруг, отлупить кого-нибудь до беспамятства…

А еще лучше надавать ему оплеух.

Я закусила губу до крови и сжала руки за спиной, дабы избежать несчастного случая.

- Нет, не так,- ответил он мне,- дело не в тебе…

- Только со мной может случиться такое,- пробормотала я себе под нос. Только я влюбляюсь не в тех.

- Какое? – оказывается, он услышал меня.

- Чертовщина всякая!

Он ухмыльнулся.

Мы вошли в комнату.

- А в чем же дело? – вспомнила я незаконченный разговор.

Он вздохнул:

- Я не хочу, чтобы с тобой, что-либо случилось.

- Совесть живьем съест,- прокомментировала я, забираясь в кровать и поворачиваясь к нему спиной.

- Неправда! - отозвался он с дивана рассержено.

- Значит, не съест,- изменила я свое мнение.

- Я тебя когда-нибудь убью,- простонал Алан.

- Значит, я зря здесь осталась.

- Мери, ты можешь помолчать хотя бы секунду? – с отчаянием возопил он.

- Не-а, не знаешь разве. Это моя сладкая месть,- злорадно улыбнулась я.

- Ты – невозможна…- заявил он, накрывая голову подушкой.

Я довольно хмыкнула. Вот тебе и комплимент!

Утром мы сидели на кухне, завтракая, и обсуждали план действий.

Кухня у Алана была вся заставлена непонятными приборами – большинство, из которых были серебристого цвета.

Он, ничего не нажимая, достал из круглого и объемного предмета бутерброды.

- А... а они там и лежали? - подозрительно осведомилась я.

- Мери, ты где живешь, а?

- Э-э-э,- я решила все-таки сказать правду,- в России.

- Хм, никогда не слышал о такой стране,- заметил он подозрительно, надкусывая бутерброд,- нужно просто подумать, что ты хочешь, и все.

- Здорово,- изрекла я, задумчиво любуясь своей порцией.

Попробовала и чуть не подавилась. До чего же он был невкусным!

- Как вы это едите?

- Не обращай внимания и привыкнешь,- заметил Алан.

Я положила бутерброд:

- Он хоть не вреден?

- Вроде нет,- ответил Алан.

- Хоть на том спасибо,- я стала хлебать горячую бурду маленькими глоточками.

И это чай?! Такое ощущение, что туда вылили ферри и добавили соды и пемолюкса.

- И что мы будем делать? - спросила я, ставя кружку на стол.

Алан взглянул на меня, словно раздумывая говорить мне или нет.

- Ты-ыж мне ве-е-ришь, а? - продолжила я начатую песню.

Алан подавился бутербродом, последовав моему примеру.

- Если б не верил, тебя б тут не было,- сказал он, наконец.

- Ясно,- заметила я,- но если ты мне доверяешь, то должен рассказать свой план.