Бредущая по мирам (СИ) - Евдокименок Елена - Страница 25

- Он тебе не понравится,- вздохнул Алан.

- Возрадуйся, печальный рыцарь, я не буду тебя тиранить,- пошутила я.

Алан облегченно вздохнул.

- Я пойду в вуз, а ты останешься здесь, ладно? - примиряюще то ли спросил, то ли приказал он. Где-то на грани.

- С какой стати? Я должна…тоже учиться,- слабо запротестовала я.

- Учиться ты и здесь можешь, но никто не учился мертвой,- отрезал он, ставя кружки на поднос. Вскоре поднос всплыл в воздух, и медленно и осторожно залетел в посудомойку.

- Я же не могу все время сидеть здесь! – воскликнула я.

- Зато ты останешься живой,- тихо сказал он,- Мери, пойми жизнь – бесценна. И они, наверняка, не знают, что ты здесь. Слежки за мной не было.

Я только вздохнула.

- А потом мы осмотрим место преступления,- обрадовал меня Алан.

Когда он уходил, я сказала ему, прощаясь:

- Спасибо тебе за все.

Он нежно мне улыбнулся и ответил:

- Это тебе спасибо, Мери.

Неужели...? О Боже, разве возможно такое?!

Я вернулась в постель и заснула.

Очнулась я около двух часов дня. Стала осматриваться. Лазать по вещам Алана было и неудобно, хоть я и читала его дневник, и чревато обнаружением. Но скука не выход. Я в поисках книг ( чтение мое любимое занятие, сразу после рисования и рассматривания картин) распахнула шкаф, дверцы которого были из темного стекла.

Выудила штук 6 книг, и начала листать их в поисках интереснейшей.

Вдруг из одной книжки вывалился листок бумаги.

Я расправила его и принялась читать.

Я знал, что она не ответит.

Звенел туманный клинок.

В сиреневом, темном берете.

Она ушла. И рок

Гремел… Грохотали раскаты.

И буря черных ножей.

И я создавал, тоскою распятый,

Мир верных, немых чертежей.

В процессе, я представила себя под видом девушки описываемой в стихотворении, и сердце мое наполнилось сладкой болью. А также ревностью, при мысли, что он восхищается другой, боготворит ее и обожает. И она – лучше меня….

И в тоже время… вдруг?

Так прекрасно, Алан опускается передо мною на колени. Солнце блестит, запутавшись лучами в его волосах. Он дарит мне букет чарующих лилий. Я опускаю в них лицо и вдыхаю сказочные ароматы. А потом он обнимает меня. Его губы все ближе и ближе. Его глаза сияют, точно отражаясь от моих. Он медленно целует меня.

Книга выпала из моих рук.

Лист спикировал на ковер.

- Мери, ты еще спишь? – ужаснулся Алан, входя в комнату.

Я ответила, пытаясь не смотреть на него:

- Я… я не слышала, как ты пришел,- все-таки не слишком приятно, когда предмет твоих мечтаний прерывает сей процесс, и когда не известно отвечает тебе он или нет! – я не сплю. Я задумалась.

Тут он резво нагнулся, я бросилась за листком.

Он поднял его, разглядывая.

Я застыла напротив Алана.

Мне было мучительно стыдно.

Он сел на диван и тихо, укоризненно сказал:

- Ты это читала, да?

Я кивнула.

И села с ним рядом.

- Ты же написал, да?

- А если я скажу: нет?

- Но это написал ты,- уперлась я. И почему я так в этом уверена? Просто чувствовала, просто знала, что это он.

- Да,- подтверждает он.

«Ты - одна сплошная тайна» - думаю я

- И почему ты считаешь, что я не должна была его читать? - удивилась я.

- Я так не считаю! - огрызнулся он,- просто нечего лазать по чужим вещам!

- А что мне можно было делать! - взвилась я,- ты ушел, а мне в потолок пялиться?! Я захотела почитать, а стих вывалился из книжки! Лучше прятать надо было!

- От тебя ничего не спрячешь,- вздохнул Алан, убирая книги на место, а листок, пряча в карман.

Он обернулся ко мне:

- Я был не прав...

- Я тоже не должна была этого делать...- созналась я, опуская голову.

Он сел рядом со мной и сказал мягким голосом:

- Я не считаю тебя виноватой,- Алан шутливо щелкнул меня по носу,- ты просто слишком любопытная!

- А ты можешь сказать...- начала я.

- Что? - серьезно и осторожно осведомился он.

- Почему ты не хотел, чтобы я видела твое стихотворение? Что плохого в том, чтобы я его почитала?

Он молчит несколько секунд. Спокойно и задумчиво. В глазах его дробятся бликами - нет, не страхи, а опасения.

Чего же он опасается? Боится я пойму - что?

Наконец, он говорит:

- Просто я не привык это кому-то показывать,- но мне кажется, что это ложь.

Просто оно не обо мне.... И не для меня.

- Прости меня.

Он улыбается одними уголками губ, в глазах его печаль.

- Конечно же, но на будущее, прежде чем взять что-нибудь – спроси.

Я киваю и чувствую себя маленькой, послушной девочкой, хотя он и имеет право просить об этом. Я бы тоже взбесилась, если бы кто-то копался в моих вещах.

- Пойдем? – спрашиваю я.

Мы идем по сумрачным улицам среди осунувшихся, отчаявшихся людей (так выглядит большинство, но попадаются и веселые).

Мы подходим к серому дому.

- Ой, а я ключ забыла,- бормочу я. Дело не в ключе, а в том, чтобы провести его тайно от него самого.

- Ничего,- он касается рукою двери и та распахивается перед ним.

- Почему она открылась? – изумляюсь я.

- Потому что я – житель этого города, и СИСТОХ опознал меня, и \ я могу войти.

- А если ты украдешь что-нибудь? – заинтересовалась я.

- Во–первых я не смогу выйти, а даже если бы смог, то меня б поймали потому что СИСТОХ запомнил меня.

Мы прошли по коридору, поднялись по лестнице. И тут я остановилась перед запертой дверью.

- Ты что? – удивился Алан.

Я попросила:

- Ты бы не мог закрыть глаза.

- Зачем? – изумился он, настороженно глядя на меня.

Я не собиралась вдаваться в объяснения.

Он не должен знать о моих способностях. Почему? Потому что он – не поверит.

Да, не поверит.

- Так надо! – правдоподобное объяснение не придумывалось. Лгать я не умела и не хотела.

- И что? – не отставал он.

Как обычно в стрессовой ситуации ничего не придумывалось!

- Либо ты соглашаешься, либо уходишь,- отрезала я.

- Ты стесняешься,- криво улыбнулся он.

Я так на него посмотрела, что он замолчал. Крокодилов лучше не дразнить.

Я стянула с шеи – светло- розовый, полупрозрачный шарфик, напоминающий блеск зари, сложила несколько раз и, встав на цыпочки, завязала ему глаза.- Будешь подглядывать, съем на завтрак! Без соли,- припугнула я его.

Он лишь ухмыльнулся.

Я чуть-чуть поковырялась в замке шпилькой.

Естественно дверь и не думала открываться.

Я знала способ получше.

Я схватила Алана за руку, мельком проверила - не подглядывает ли он, и шагнула вперед.

Мрак, шепот. Осколки света, Вихрь солнца, блеск фейерверков. Лепестки, нити сумрака. Невесомость. Миг несуществования.

Сумбур в голове, боль в теле.

Я стояла перед своей квартирой. Алан рядом со мной.

Я приложила руку к замочной скважине. Тихонько щелкнуло, и дверь распахнулась.

- Все? - спросил Алан, стягивая шарф.

Я уже затаскивала его в темную прихожую и запирала дверь.

- Тихо,- шикнула я, закидывая шарф на вешалку.

Я промазала, и он свалился прямо на голову Алану.

- Отдай,- попросила я его.

- Нет,- я чувствовала, как он улыбается в темноте.

Я потащила его в свою комнату.

Что-то грохнуло. Алан налетел на шкаф.

- Несчастье, ты …- я вовремя осеклась.

Раздался скрип открываемой двери похожий на всхлип в темноте.

Мама.

О, господи! Я бросилась в свою комнату, привалилась к двери и тихо велела Алану:

- Под кровать быстро!

Алан открыл рот, чтобы что-то спросить и тут.

В коридоре раздались шаги.

- Меня мама живьем в землю зароет,- простонала я, бросаясь в омут подушек и одеял, в то время как Алан спрятался под кроватью.