Бредущая по мирам (СИ) - Евдокименок Елена - Страница 76

- Здравствуй,- сказала она и затем позвала меня.- Иди сюда, Мери.

Я подошла поближе и остановилась перед ней.

Ретира взмахнула тонкой рукой.

И за моей спиной материализовалось кресло.

Я уселась на него.

Между нами появился столик со свежими булочками и чаем.

Интересно, сколько она булочек слопала, пока всех нас приняла?

Ретира строго взглянула на меня.

- Простите,- пролепетала я, поняв, что мои кощунственные мысли прочитаны.

- Угощайся. И расскажи, зачем тебе все это?

- Что это? – спросила я, откусывая от булочки.

- Зачем ты творишь?

Я слышала только один более глупый вопрос за свою жизнь: « Зачем ты хочешь выставлять свои картины?» Не додумав, я сразу же начала вспоминать шедевры искусства.

- Я не могу иначе. Я не могу не рисовать, не могу не мечтать, не могу не любить, не творить миры. Лучше мне умереть, чем лишиться всего этого!

Ретира улыбнулась уголком губ.

Она отпила чая.

-У тебя все получится. Верь в это.- Она встала и подошла к окну. Ее светлые одежды развевались, пока она шла.

- Лишь надежда и упорство помогают добиться того, что ты хочешь,- и я поняла, что она и так все знала. Почему же она спрашивала меня?

Ретира склонила голову набок и ее глаза печально взглянули на меня:

- Так было бы гораздо скучнее… Я помогу тебе,- я уже открыла рот, чтобы спросить, но она ответила на вопрос, прежде чем я смогла задать его,- ничего не попросив взамен.

Она подошла ко мне и прошептала со слезами на глазах:

- Пожалуйста, не делай этого, ты нужна нам всем.

- Не делать что?

- Ты вспомнишь позже…- и добавила едва слышно,- иди.

Пока я уходила она так и сидела - тоскующая в своем знании, в своем чувственном, духовном знании. Не лучше ли ничего не знать?

Остаток вечера я посвятила рисованию. Я пинками и угрозами - смешными и романтическими загнала моего героя на свою кровать и заставила позировать. Но-но, это было совершенно невинно! И начала я с того, что вместо кровати изобразило роскошный, зеленеющий пригорок на лугу. Рыже-оранжевое солнце и серебристый блеск небес. Затем я вложила в его ладони на картине хрупкое и мягкое тело светлой голубки с серебряным отблеском на крыльях.

Как будто он отпускает ее. Свое счастье, свою мечту. Не бросает, не теряет, а именно отпускает на время. Отпускает во спасение.

И небо расколола черная молния. И перья смешались с пылью.

Храните то, что дано вам. Берегите свои грезы и тех, кто доверился вам.

Глава тридцать вторая. Небесная река

Полночи я рисовала, боясь уснуть, а вторую половину читала тайком от Алана взятые из моего мира книги. Коктейль из фантастики и поэзии.

Рано утром мы вышли. Мы шли по серебристой дорожке, все дальше и дальше. Облака мягко пружинили под ногами. Солнце бросало свои стрелы прямо в глаза.

Здесь было пустынно и тепло. Лишь изредка мимо пролетали птицы.

Дениза все так же игнорировала Ферлана. В отместку тот переметнулся к нам и веселил нас шутками, иногда сцепляясь с Аланом, но все реже.

Я молчала и думала. Так хорошо подумать и помечтать в тишине, на ходу. Побыть свободной от этого мира.

Какими мы могли бы быть, если бы захотели? В силах ли человек изменить сам себя? Чаще всего нет… но если да?

Я изменилась. Благо это или зло?

Стала увереннее. Стала грустней. Стала сильнее верить в то, что не видят другие.

Что, если нарисовать эти мысли? Какими они станут?

На одной стороне картины лицо девушки – наивное и мечтательное, на другой сильное, глаза – синие, как всплеск моря, прищурены, губы сжаты, но в глубине зрачков дрожит мечта.

Почему бы и нет?

Я отстала от остальных за этими размышлениями и быстро побежала за товарищами, и бросилась сзади Алану на шею.

Он обернулся и на лице его был испуг медленно переходящий в восторг.

- Привет, - сказал он, целуя меня в нос.- Только больше так не делай, вдруг бы я успел кинжал достать, не зная, что это ты?

Я разорвала объятие и пошла рядом с ним не отпуская его руки.

Ферлан и Алан спорили, что лучше техника или колдовство.

Удивительно, как Алан живет в этом мире – мире детских сказок и безумных виражей фантазии.

- Магия лучше тем,- у Ферлана было безумно-глубокомысленное выражение лица. Мудрый старец на завалинке,- тем, что она…

- Прям из сердца! – влезла я.

Ферлан посмотрел на меня недовольно:

-… она – универсальна и униубивальна,- и расхохотался.

Алан закатил глаза.

- Ты, как я, не понимаешь шуток,- прошептала я ему на ухо.

- Некоторых шуток.

Я вздохнула.

И тут мы подошли к пропасти. Обрывалась дорожка. И синь блестела под солнцем. Катились яркие волны меж облаков.

Дениза нагнала нас.

Хмурыми глазами она смотрела на препятствие.

- Что будем делать? – спросила я у нее, осторожно заглядывая за край.

Дениза улыбнулась внезапно:

- Ответ в тебе.

Я схватила Алана за руку.

- Сначала его проведу.

Едва я собралась сделать шаг, как Дениза остановила меня:

- Подожди.

Она быстро подошла к Ферлану.

- Давай объединим наши силы.

Ферлан ухмыльнулся:

- А что ты мне за это дашь?

Дениза сжала руки в кулаки.

- Подзатыльник,- предположила я.

- Не-е согласен! – и Ферлан предусмотрительно отпрыгнул.

- Что тебе нужно? – сердито вопросила она.

Он шагнул к ней.

- Твоя дружба.

- Прости,- вздохнула Дениза.- Ты ее получишь, как только уберешься отсюда.

- Нет, - отрезал он.

- И еще твое доверие… - добавил он.

- Я… постараюсь,- произнесла она, и голос ее дрожал.

Любовь и дружба – сестры.

Они сплели пальцы. Солнце воскресало на грани неба и земли.

Древние слова тонули в сумраке.

- Arrate create iliuatte.- Сердце всего сущего благослови нас.

И затем Дениза начала читать заклинания, а Ферлан молчаливо сосредоточился.

И дорожка зазмеилась появилась на противоположной стороне берега. Теперь она была сиреневого света.

- Виват, королева,- и Ферлан ехидно склонился передо мной.Алан стиснул мою руку. Я закрыла глаза и увидела, узрела тот берег. Белизну снежных полей, пустыню светлой прохлады с голубоватыми прожилками голубизны.

Я шагнула. И приземлилось мимо дорожки.

Я проваливалась, проваливалась, проваливалась!

Я отпустила руку Алана и бросилась к краю дорожки, схватилась за мощенный камень.

А он, он тонул…

Едва я вылезла туда, я зацепилась ногами за край, и вытянула руку, помогая ему.

Просто Алану до оплота суши было гораздо дальше, чем мне. Мышцы кричали от напряжения, пока я вытаскивала его. Тут рядом с нами оказались Ферлан и Дениза. Оба бросились помогать мне.

Он легко подтянулся, стоило ему достать руками до берега.

Мои слезы разъедали кожу. Моя ошибка разъедала сердце.

Я проклинала себя, всеми известными мне словами, обнимая его.

Это так страшно… то, к чему могут привести ошибки…

Убить навсегда…

Он поднял глаза. В них отражались звезды его души.

- Ты не виновата,- прошептал он.

Я вздохнула, прижавшись губами к его лбу.

- Я должна была быть внимательнее, и спасать сначала тебя…. А не себя

- Если бы ты не отпустила меня, ты не смогла бы вытащить ни тебя, ни себя. Угомонись,- попросил он.

Я кивнула, продолжая рыдать.

Я не могла остановиться.

- Ну, что ты, маленькая, - он обнял меня, и начал целовать мои мокрые глаза легко и нежно…

- Не плачь, славная девочка,- прошептал он, и я незаметно для себя самой успокоилась в его объятиях.

Позже мы вдвоем догоняли Ферлана и Денизу.

Те поджидали нас, сидя на дорожке. Мы издали услышали заливистый и звонкий смех Денизы и веселый голос Ферлана.