Бредущая по мирам (СИ) - Евдокименок Елена - Страница 77

Я так долго не слышала, чтобы она смеялась.

- А вот и мы! – с этим восклицанием, я выбежала из-за поворота.

Они так увлеклись, что даже не заметили нашего прихода.

- Всемирный потоп закончился? – улыбнулся Ферлан.

- Перестань,- раздраженно велел Алан.

- Идемте,- Дениза отвлекла их от ссор.

Спустя несколько километров, мы увидели легкокрылых, призрачных девушек. На них были плетеные сандалии, и легкие туники светлых цветов.

- О, люди,- и одна из них полетела к нам.

- Привет,- сказала я ей.

- Это небесные,- заметила Дениза.- Они помогают моим тетушкам, и имеют привычку завлекать людей в облака. Многие тонут, но кое-кто выживает,- и она странно посмотрела на меня.

- Да, это мое вечное место обитания,- ухмыльнулась я в ответ.

Вот так мы и дошли до заоблачного города

Глава тридцать третья. Заоблачный город

Впереди виднелись дома, словно сотворенные из небесного сахара, и замок на пушистом холме, своей белизной пронзал небеса. Его готические башни напоминали льдистый иней. Он весь словно состоял из острых углов.

Люди выбегали из домов при виде нас. Здесь были и хрупкие небесные, и солнечные с глазами на пол лица чистейшей голубой лазури, из спины которых вырывались сполохи света.

И еще много разных созданий. В том числе

И Ангелы с мечами и суровыми лицами стерегли вход в замок.

Мы пошли по дорожке к замку. Она змеилась под нашими ногами голубым льдом.

- Мне уже надоело путешествовать,- пожаловалась я Алану, - хочу домой.

Дома – вечно взбалмошный и веселый братец, мама, усталая и печальная, серьезная и молчаливая, и Гелик, мой маленьких прелестный хвостик, бегающий за мной по всему дому.

Он кивнул.

- Ты же все знаешь,- вздохнула я.

Он все понимал.

- Поэтому люблю, - ответил он.

- Почему? – не поняла я.

- Потому что ты моя Мери, Мери, которую я так долго ждал,- ответил он.

В один прекрасный, невыносимый миг все вспыхнуло ослепительно - белым светом. Осталось лишь его лицо, его лицо…

- Я…я никогда не думала, что ты будешь таким…- я не могла найти слов, проще нарисовать,- таким несбыточным.

Его брови вопросительно искривились.

- Таким замечательным. Хотя я мечтала о тебе каждую секунду своей жизни. Я даже бы… и вышла бы – за тебя замуж.

- Это предложение? – спросил Алан. В его глазах множились искорки смеха.

Я сердито мотнула головой:

- Просто мне всегда внушали, что замужество сродни рабству. Бегай вокруг и все делай. За тебя я бы не испугалась. Тем более я всегда боялась, что муж будет мешать мне рисовать. И того, что будет... потом... вдруг он превратится в кого-то незнакомого.

И я не могла решить, что мне дороже... Но он никогда не узнает.

- Я не буду никогда,- шепчет он мне на ухо серьезно, искренне,- клянусь!

- Так когда? – он сразу же перешел к делу, и его голос был серьезен.

Ох, зачем я про это ляпнула!

- Лет через десять…

- А я ведь буду помогать тебе,- он подарил мне невесомый поцелуй,- и ты не откажешься, а иначе....

- Что иначе? - спросила я.

- Ш-ш-ш, не мешай, я придумываю страшную кару,- сообщил мне Алан, с цветущей, но хитрой улыбкой на лице и провел пальцем по моим губам, предлагая замолчать, словно запечатывая их.

Похоже, меня шантажируют…

Или соблазняют?

Не могу решить.

- Только лет через шесть,- выдавила я. Нет, через восемь! Моя паника растет.

- Мы еще поспорим,- заметил он.- А я-то дурак все думал, как сделать тебе предложение. Ведь мне осталось учится всего лишь год.- Э-э-э, мне всего лишь восемнадцать,- я шутливо толкнула его в грудь. - Почти девятнадцать.

- Зато я старик – мне скоро будет двадцать!

- И я буду зарабатывать не менее тысячи риалов,- продолжал соблазнять он меня.

Я фыркнула.

- Меня деньгами не купишь!

- А чем же можно тебя смягчить? - продолжал он.

- Любовью…- выдохнула я, поднимаясь на носочки в ожидании поцелуя и не сводя с него глаз.

- Универсальная валюта,- ухмыльнулся он, целуя меня.

Мы поднялись по белым ступеням.

Дениза одним движением распахнула двери.Ни стражи, никого, кроме женщины в серебристых одеждах, сидящей на троне.

Мы подошли к возвышению. Дениза сказала:- Здравствуй, тетушка!

Тетушка кивнула ей равнодушно.

У нее были льдистые голубые глаза, резкие черты лица складывались в причудливую мозаику. Волосы густыми каштановыми волнами спадали на спину и плечи.

- Приветствую вас,- лениво сказала она, как будто мы были мелкими букашками под ее ногами.

- Здравствуйте,- ответила я ей.

- Это Керрит, моя тетушка,- сообщила мне Дениза тихо.

- Вы хотите остановиться у меня, и узнать то, что нужно вам, – заметила Керрит.- За это придется заплатить.

- Чем? – спросил Алан.

- Мария нарисует мне картину. Мой портрет,- улыбнулась Керрит.

- А зачем он тебе? – спросила Дениза.

- Я их собираю, смотрите,- и она взмахнула рукой, вставая.

Занавеси позади трона упали и мы увидели, что вся стена увешена портретами Керрит.

Керрит принимает дань, Керрит восседает на троне, Керрит вершит суд, а перед ней стоят истец и ответчик (наверняка в заоблачном царстве они назывались по-другому, но я то не знаю как!), Керрит с мечом летит над полем боя, а за ее спиной трепещут тонкие серые крылья.

«Почему они серые?» – собираюсь спросить я Керрит, но она опережает меня:

- Я срединная ведьма.

Воспоминание всплывает из темных глубин памяти. Ведьмы бывают черные, белые и срединные.

- Мы над светом и тьмой. Мы – выше неба.

Забавный парадокс.

- Я нарисую,- я улыбнулась, уже увидев Керрит в ледяных небесных полях. У ворот замка, на голубой дорожке.

- Ты, кажется, недоумеваешь, кто я? – едва не зевая, спросила Керрит.- Я самая старая из всех сестер. Мне десять тысяч лет. Я надзираю за этим миром. Я веду записи о нем, чтобы то, что происходит здесь, никогда не исчезло. Специальные записи,- и она улыбнулась,- ловлю мгновения отражая их в своем мече, пронзаю сердца тех, кто знает и умеет, и тогда они попадают сюда, перерождаясь.

- Мои сестры – Колита и Колдуневья, мир праху ее, и Ретира.

Зло, Милосердие, Память и Забвение, и…

- Истина и Красота,- добавила Керрет, и махнула рукой,- ладно идите.

Мы вышли, и перед нами возникла из ниоткуда печальная туманная девушка. Она плыла, указывая путь.

В ответ на все вопросы она молчала, отказываясь что-либо рассказать о своей госпоже.

Мы вошли в полупустые покои. Простая кровать, стул, стол – вот и все. Моя комната и Алана были соединены дверью.

Призрак увел Денизу прочь.

- Неспроста это все,- сказал Алан, позже,- зря ты согласилась.

Я пожала плечами:

- А что она может мне сделать с помощью картины?

- Потрясающая наивность! Этот мир за гранью разума, тут все возможно.

- Всегда хотела попасть в такой мир,- заметила я.

- Конечно, это все здорово, только бы вернуться без потерь,- вздохнул Алан, обнимая меня и прижимая к себе.

- Мы вернемся, как пришли. Вместе,- я погладила его по голове, поцеловала в щеку и попросила:

- Останься со мной. Я боюсь, что опять увижу кошмар.

И мы лежали до утра, обнявшись, тихо переговариваясь и изредка целуясь.

На следующий день я начала рисовать Керрит.

Пока я рисовала ее развевающиеся одежды, сегодня они были самых разнообразных оттенков, но одного тона от чуть голубоватого до яростной синей черноты, Керрит рассказывала мне свою историю:

- Сначала я была одна, и все мы жили здесь. А когда подросли сестры, отец дал им по наделу и велел править мудро. А меня оставили здесь.

Я набросала светлый блеск ее одежд и блики серебра на коже. Ее мрачные бездонные глаза, ее резкие черты лица, которые, казалось, вот-вот прорвут кожу, и ее мягкие пушистые волосы.