Время Надежды (СИ) - Ректор Катерина - Страница 33

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Когда на пути попадается патруль карателей, я подбираюсь. Не могу изжить в себе привычку бояться их и ненавидеть. Потом понимаю, что каратели смотрят прямо на нас. Точнее, смотрят на меня. Кроммовы гербы на их доспехах точно расплывающиеся пятна крови, красный плюмаж самого рослого – брызги, вылетающие из раны. Я почти падаю, наступив на подол. Йерген подхватывает меня, вернув равновесие.

- Сиры?

- Что у тебя в сумке, малярша? – Рявкает самый рослый каратель.

Два других уже подхватили под руки эльфа. Йерген морщится, тогда они грубо сжимают его локоть в лубке.

- Отойди, нелюдь. Мы за твоей бабой.

- Я ничего не сделала. – Скулю я, лихорадочно прикидывая, где могла провиниться.

Рослый заставляет меня отцепить поясную сумочку, в которой я ношу мелочи. Раскрывает ее и, порывшись, вынимает золотой перстень с искрящимся красным камнем.

Настоящий рубин? Я вижу перстень первый раз в жизни.

- Эта вещь принадлежит Фрейе кох Нейм. Она пропала из ее дома сегодня.

Кричу, будто голосом можно отстоять правду:

- Я ничего не брала! Там была рабыня! Она все подтвердит!

- Рабыня? – Каратели добродушно смеются.

- Плохо ты следишь за своим хозяйством, ушастый. – Сообщает тот, который с плюмажем, хозяину. – Твоя собственность кольца ворует.

Йерген делает попытку рвануться ко мне. Его бьют кованой перчаткой в живот, дергают за руку, и эльф с тихим выдохом сгибается пополам.

74

Гордиан 11

Не представляю, куда спрятать ключ от хранилища ведьминых соплей. У меня нет собственного тайника. Просто куда-то убрать, - боюсь, что найдут, случайно или намеренно. Я почти уверен, что за мной следят соглядатаи.

Единственное, что приходит мне в голову: переодеться горожанином, тайно выбраться из Серого замка и закопать ключ. Идея так себе, сам понимаю.

Поэтому я нахожу цепочку покрепче и кожаный мешочек подходящего размера. Вешаю ключ на шею, рядом с амулетом Владычицы. Соседство кажется символичным. Одну вещь я получил от матери, другую от отца, и в обоих случаях не знаю, как ими распорядиться: история моей жизни в изложении для ленивых.

Но если не пристрою ключ, он натрет мне мозоль. Возникнут вопросы, ведь под рубашкой его хорошо видно. Ключ немаленький, будет мешать на заключительной тренировке, что уж говорить о Турнире. А если после первого тура ключ попадет к лекарю? Или и вовсе, прямиком к кроммам?

Нет. Я должен что-то придумать. Умное, а не как обычно у меня получается.

Посыльный принцессы, высоченный, нагловато держащийся кромм, приносит подарок от возлюбленной моей Дариа. Я разворачиваю черную ткань.

Это колпак, с очень длинным и узким концом. Надень его я, конец можно будет несколько раз обмотать вокруг шеи. Плотная шерсть вышита нитками цвета запекшейся крови. Моя невеста верна себе: рисунок похож на узор из кусков старой печенки.

Выползающий у меня из рук длинный и узкий конец выглядит очень зловеще, напоминая удавку. Не могу понять, издевается ли Дариа на сей раз. Или это странная традиция кроммов? Нужно посоветоваться с мастером Ватабэ, больше-то не с кем…

- О, шапочку получил? Очень милая. – Слышу заплетающийся голос.

- Проспись, братец.

Еще день, а Филипп уже здорово набрался. Слоняется по дворцу, как приведение. Мне хочется подойти, схватить его за плечи и как следует встряхнуть, чтобы дух перехватило.

- Вечером чествование героев Турнира. Все должны быть в лучшем виде. Повелителю не понравится тебя таким наблюдать.

- Так это твой день, а не мой.

- Филипп. Не будь ребенком. Поверь, ты не хочешь оказаться на моем месте.

- Ой ли, - вдруг трезвым голосом говорит брат. – Братишка, в отличие от тебя я знаю, что со всем этим делать.

Разворачивается на каблуках и уходит, оставив меня стоять с колпаком. Смотрю ему в спину и понять не могу. Он что, прикидывался?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

75

При виде шапки мастер Ватабэ расплывается в улыбке и сообщает: колпак просто прекрасен. Это хороший знак, что принцесса мне его подарила. Значит, я ей симпатичен. Такие кроммские девушки преподносят своим женихам.

Симпатичен?! Не могу понять, как такое может случиться. Наше единственное свидание было чудовищным. Возможно, Досиа придумала хитроумный план мести. Теперь мне не отвертеться, по традиции я должен надеть ее подарок на чествование героев Турнира. Весь вечер буду потеть в колпаке…

В обмен на это знание мастер Ватабэ заваливает меня работой. Мне полагается разобраться в десятке сводов закупок, просмотреть пять прошений и решить, что будет с поставками мяса для армии кроммовых едоков. Проглядев списки, я боюсь, что нас самих скоро съедят. Отец был безумцем, когда согласился кормить такую орду. С другой стороны, разве ему оставили выбор?

Я уже радуюсь, что закончил и могу быть свободен, но мастер Ватабэ придвигает ко мне деревянный ларец и достает оттуда три больших свитка. Все они касаются организации Турнира. Я вздыхаю. Этот проклятый Турнир мучает меня, еще не начавшись. Мало того, что придется выходить на Арену, он не отпускает даже сейчас!

Вместо бдения с мастером Ватабэ я бы мог найти Кирстен. Мы бы с ней прогулялись, поговорили, вместе дошли до Дома Драконов. Представляю, как ее глаза лучатся надеждой, как вспыхивают благодарностью каждый раз, когда она на меня смотрит. Потом я стучу в дверь Дома Драконов, и…

«Перед смертью не надышишься», - сказал бы сейчас мастер Семиуст. «Работай давай, долг превыше всего».

Долг… Я смотрю на мастера Ватабэ. Его седые волосы подкрашены черной краской. В нетвердом, с рыжими отблесками свете свечей он выглядит чистокровным кроммом. Мне хочется спросить, что ему известно про ведьмины сопли. Но что-то меня останавливает. Вместо этого я интересуюсь:

- Как вы думаете, вот я сейчас этим всем занимаюсь… А может, меня убьют послезавтра?

Не уверен, что смог донести мысль. Я и сам ее не до конца понимаю.

- У вас еще один день. – Замечает мастер Ватабэ. - Турнир после послезавтра.

- Так уже почти завтра. Значит, сегодня можно уже не считать.

- Часть дня жизни, господин Гордиан. Часть долгого, интересного дня вашей жизни. За это время можно успеть очень много. Или ничего, если совсем не стараться.

- Обязательно повторите это моему отцу. Он обрадуется. У него теперь все дни долгие, к тому же с жизнью в придачу.

Мастер Ватабэ болезненно морщится, трет глаза и разминает себе переносицу. Его лицо кажется очень усталым. Здорово сдал за последние дни, - неудивительно в свете последних событий.

Я ставлю подпись под свитком:

- Не понимаю. Наместник Келебан выбрал меня жертвой Турнира, и одновременно передал мне все свои полномочия. В чем смысл?

Мастер Ватабэ пожимает плечами:

- Он выбрал не жертвой, а избранным. Ваш отец не совершает необдуманных поступков. Он всегда знает, что делает. Кстати, слышали о себе новую песню? «Господин Гордиан»? Ее сейчас поют в каждом трактире. Люди в Арглтоне очень вас любят.

- А я люблю их. Поэтому сейчас торчу здесь, с вами, а не занимаюсь более приятными делами в мои оставшиеся… Сколько там дней? Поэтому и песню не слышал.

- Сходите, послушайте. Очень удивитесь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

76

На вечернем приеме я впервые вижу тех, с кем мне выпала доля сражаться. Не сказать, что я удивлен.

Все как один огромные, рослые воины в черных доспехах, похожих на панцири хищных насекомых. Наплевав на условности, явились во дворец с оружием и в полной боевой выкладке. Не будь они кроммами, это можно было бы счесть оскорблением нашего мирного гостеприимства.