Перерождение (СИ) - Крейдун Мила - Страница 17

Помня вчерашний печальный опыт, она особенно кайфанула, когда рулончик оказался на месте. Улыбнулась и пошла покорять мир. Сегодня надо было дособирать бабак.

Аттика вышла из туалета и выпала в осадок, разинув рот.

В дыре стены стоял к ней спиной полуголый мужик в её любимом плюшевом белоснежном полотенце на бёдрах. Чёрные как смоль, идеально ровные шёлковые волосы, которые ещё сегодня ночью доставали почти до плеч и больше походили на воронье гнездо с соломой, сегодня лежали стильной аккуратной короткой причёской.

Он удобно взял огроменную тяжеленную балку и одним движением поднял её над головой, открыв её зрению словно литые боковые мускулы на рёбрах, бицепсах, трицепсах, той же треклятой огромной широкой спине.

Аттика напряжённо сглотнула, а он начал вскарабкиваться по мебели вверх, демонстрируя невероятную грацию и силу, с лёгкостью установив балку на место.

Спрыгнул на пол и довольно потирая руки, обернулся.

Вот сука!

Шесть словно идеально высеченных на камне кубиков пресса, поросль таких же чёрных как смоль волос, уходивших вниз, косые мышцы...

Не-ет, туда не смотреть!

Раскачанная грудная клетка, крепкие, стальные, тугие, могучие мускулы, словно металлические тросы везде!

Крошечные сосочки, которые так и хотелось…

Лицо.

Невероятная красота!

Аттика с подобной ещё в реальной жизни не встречалась.

Восточная. Совершенная.

Всё идеально, гармонично дополняло друг друга и плавно перетекало из одного в другое.

Она невольно залюбовалась идеальной дугой его скул, подчёркивающей всё остальное.

Полные губы…

Любая баба убила бы за такие.

Казалось, у мужчины не может быть таких губ, но!!!

И они смотрелись невероятно мужественно, совершенно на его лице…

Она отвела взгляд.

Ей нужно было время, чтобы прийти в себя.

– Аттика, дорогая, – появилась Этна, – прости, я не успела тебя предупредить о нашем госте.

– Нашем… – хрипло начала она и прокашлялась, прочищая офигевшее горло. Даже оно офигело! – гос-те? Разве его не должны были вчера проводить куда подальше?

– Фи, как грубо, солнышко, – бросила она виноватый извиняющийся взгляд на голыша. – Молодой человек раскаялся, что повредил наш дом, вернулся, предложил всё исправить. Это так мило. Сейчас не часто встретишь такое благородство и способность признавать свои ошибки.

– Э-э-э-э-э, – не могла подобрать слов Атти.

Как ей объяснить светлой чистой феечке, что ему просто нельзя здесь оставаться?! Что у неё внутри всё горит и плавится при взгляде на него, а Душа… Которая давно захлопнулась, как она убедила себя… Вспорхнула… Надежда… Это больно иногда…

Ей вообще нельзя находиться рядом с ним!!!

– Нет, – категорично отрезала Атти, развернулась и пошла обратно в спальню.

Быстро оделась, пребывая в прескверном настроении, вышла и направилась к выходу, ни на кого не смотря.

– А завтрак, солнышко? – растерянно протянула Этна, порхая над двумя тарелками с чудесным ароматом.

– Не хочу, – так же сварливо бросила Атти, ни на кого не смотря, и ушла.

Тихран пребывал в не меньшей растерянности, чем фея.

Впервые женщина на него так реагировала.

Гнала.

Он вышел из дома через дыру в стене и долго провожал её задумчивым взглядом.

Мимо проходящая оркша, по-дружески толкнула его в плечо, отчего он чуть не проделал в стене ещё одно отверстие, подмигнула и заржала.

Феечка поникла над столом, печально глядя на тарелки.

– Не переживайте, – заговорил он как можно мягче улыбнувшись. – Я съем всё, что вы приготовили, и уйду.

– Нет, вам нельзя уходить, – печально посмотрела она на него.

– Э-э-э, – не понял он.

– Нельзя, – просто повторила феечка. – Всё ещё хуже, чем я думала. Вы нужны ей. Даже Одхан хотя бы из вредности не попытался вас спугнуть.

– Од…? – вопросительно начал Тихран и запнулся, когда из угла стала выплывать огромная тень с длинными как плети руками, на которых блестели смертоносные когти. И зубы. В огромной безобразной пасти. – Хранитель, – напряжённо произнёс вслух сын Влыдыки, досадуя на то, что стоит сейчас в доме.

Домовой может разорвать его в секунды, если пожелает. Тихран даже вздохнуть не успеет. Власть и сила Хранителей в доме, который они оберегают, безгранична.

Красные глаза горели строгостью и обещанием расплаты, если вдруг что, но сейчас… инстинкты Тихрана молчали. Никакой опасности.

– Что здесь происходит вообще? – спросил он вслух. – Кто такая на самом деле эта ваша Аттика? Почему все её так оберегают?

И существа рассказали.

Весьма интересную занимательную историю.

С самого начала.

Когда сами встретили её.

Глава 12. Демоны

– Доброе утро, госпожа Аттика, – встретил её на посадочной площадке мэр.

– Добрый, – сухо отозвалась она. – Вы опять с нами? Настолько надоела спокойная жизнь?

– Не то слово, – отозвался он. – У вас всё в порядке?

– Великолепно, – соврала она. Причём таким тоном, что не возникало сомнений, что это не так. – Оаэ настаивает, чтобы вы взяли хотя бы одного из них.

– Оаэ? – не понял Гвилим.

– Женщина-орк, – махнула она себе за спину.

– Ах, да, – произнёс он, осознав, что так сосредоточился на несчастном лице девушки, что даже не заметил, что она пришла не одна. – Ладно. Одного.

– Спасибо.

– Кстати, – заговорил он. – Господин Ррат требует, чтобы я предоставил ему и… Оаэ, – посмотрел он на неё, – место, где бы они могли разрешить свои разногласия.

– Ах, это так называется? – улыбнулась Атти. – Удивительный язык политиков.

– Это да, – согласился Хор и тоже улыбнулся.

Ей так шла улыбка…

– И? – прервала она незаконченную мысль.

– Исходя из того, что я видел, – опомнился мэр, – это возможно только за воротами. Оба существа слишком сильны, они разнесут мне половину города.

– Ясно, – отозвалась она. – А мне вы зачем это сообщаете?

Гвилим растерялся. Он сам до конца не понимал. Возможно, если бы она была против, он бы всё-таки что-то придумал.

– Я должен сообщить ему место и время, – нашёлся он.

– Оаэ, – обратилась она к безобразной громиле, – ты когда хотела бы разобраться с оборотнем?

– В любой момент, – ответила та.

– Сами назначьте время, пожалуйста, – попросила его ведьма. – Нам всё равно.

– Вы тоже будете?

– Конечно.

– Наверняка соберутся все оборотни, что съехались в город, – заметил он предостерегающе.

– Ну, и хрен с ними. Что мне теперь, не жить что ли? Оаэ – мой друг, я не оставлю её.

Оркша подняла на ведьму изумлённый взгляд.

Хор не был уверен, что орки вообще знают такое понятие, как дружба.

*

Поле с бабаком, на самом деле, было не такое уж большое.

Проблема сбора была в том, что оно поросло кустами и деревьями, между которыми приходилось маневрировать, не говоря уже о высокой травяной растительности.

Аттика старалась держаться в центре группы, внимательно наблюдая за периметром.

Тем же занималась охрана, находящаяся непосредственно на нём.

И генерал Хор, ни на шаг не отставая от Атти.

В какой-то момент что-то изменилось. Словно какой-то едва ощутимый энергетический взрыв прокатился по местности.

Аттика напряглась, остановилась, внимательнее всматривалась в пространство, крутясь вокруг оси.

– Что-то не так? – спросил мэр, удобнее перехватив оружие.

– Да.

– Что? Корни?

– Нет. Что-то странное, – ответила она. – Или мне просто кажется, – пыталась она себя успокоить.

– Я слишком в вас верю, чтобы предположить, что вам что-то просто кажется, – ответил Гвилим Хор.

– Что? – удивлённо посмотрела на него Атти.

В мэре тоже что-то изменилось.

Во взгляде.

Он стал каким-то… диким. Одержимым.

– Я… – сделал он к ней шаг и Аттика инстинктивно отступила. – Вам нечего бояться, госпожа Аттика, – не прекратил он, тем не менее, наступать. – Я уже очень давно хочу вам сказать, насколько вы удивительная женщина. Я ещё никогда не встречал таких. А я перевидал многих. И перепробовал.