Сияние огненного опала - Хэран Элизабет - Страница 17

Эрин остановилась перед кафе.

– Посиди тут, дядя Корнелиус, – сказала она. – Выпей чего-нибудь, почитай газету. Я хочу купить себе кое-что.

– Мы ведь говорили об этом, Эрин. В Кубер-Педи нельзя одеваться элегантно, – строго напомнил Корнелиус. – Там нельзя привлекать к себе внимание красивыми нарядами…

– Мне тут понравилась обувь, – настаивала Эрин. – Я быстро. – И она стремительно удалилась.

Корнелиус застонал от досады. Он ожидал, что такие ситуации возникнут, но не рассчитывал, что так скоро. Его опасения подтверждались.

Через полчаса Эрин вернулась, радостная, с туго набитой сумкой.

– Хочешь посмотреть, что я купила?

– Нет, не хочу, – ответил Корнелиус и, скрестив на груди руки, нахмурился. – Эрин, я думал, что ты меня поняла.

– Конечно, поняла, – ответила Эрин и достала из сумки легкие брюки из хлопка и прочные коричневые сапоги. А потом две рубашки цвета хаки и шляпу с широкими полями. И весело пояснила: – Все это я купила в армейской лавке. Мы с тобой проходили мимо нее.

Корнелиус недоверчиво покачал головой.

– В армейской лавке?

– А ты думал, что я присмотрела себе туфли на высоких каблуках? – Она лукаво подмигнула.

– Ну… я… – пробормотал он.

– Сознавайся, ведь думал? – не унималась Эрин.

– Ну… да… думал, – смущенно подтвердил он. – Никогда в жизни я бы не поверил, что ты зайдешь в армейскую лавку и уж тем более что-то там себе купишь.

Эрин была рада, что обманула дядю.

– Ты согласился взять меня с собой, когда увидел меня в твоих брюках и рубашке, правда ведь? А у меня не было возможности купить себе перед отъездом такую практичную одежду.

Корнелиус улыбнулся. Племянница хотела во что бы то ни стало убедить его, что она серьезно относится к этому приключению. И это удавалось ей все лучше и лучше. У него даже промелькнула мысль, что он ее недооценивал. Но потом решил все-таки не торопиться с окончательными выводами. Одни лишь штаны, сапоги и шляпа не помогут его племяннице освоиться в суровых условиях городка старателей. Но все-таки это был первый и правильный шаг.

На следующее утро они прилетели в Аделаиду. Этот очаровательный приморский город с широкими бульварами и обширным кольцом парков был в шесть раз меньше, чем Сидней. С высоких холмов к морю протекала живописная река Торренс, по которой плавали стаи диких уток и спортсмены на каноэ. Ее берега с зелеными лужайками, тенистыми рощами и ротондами служили идеальным местом отдыха для местных жителей.

От Северной террасы (так в Аделаиде называются проспекты) Корнелиус и Эрин прошли к вокзалу. Там Корнелиус купил билеты на «Ган» (как сокращенно называли Афганский экспресс), следовавший до Алис-Спрингс, в глубину материка. Он отправлялся в середине дня. Им повезло, что в поезде еще оставались места. Корнелиус уже рассказывал Эрин, что Кубер-Педи находится в четырехстах милях южнее Алис-Спрингс и в пятистах милях севернее Аделаиды.

Железнодорожный билетер сказал Корнелиусу, что поезд не идет до Кубер-Педи и что им нужно будет выйти в Мангури.

– А далеко оттуда до Кубер-Педи? – осведомился Корнелиус, в надежде, что они дойдут туда пешком.

– Приблизительно тридцать миль, – ответил билетер.

Корнелиус ужаснулся.

– Тридцать миль! Но там наверное ходит автобус?

– Автобус? – рассмеялся билетер, но тут же прервал свой смех, когда понял, что Корнелиус не шутит. – Вы лучше отправьте телеграмму владельцу отеля «Опал» в Кубер-Педи и сообщите, когда вы прибудете на станцию «Мангури». Он пришлет за вами кого-нибудь.

– Откуда же он узнает, когда мы приедем? Лично я этого не знаю, – ответил Корнелиус.

– Поезд идет из Аделаиды до Мангури примерно двадцать часов, если в пути не случается непредвиденных проблем, например, если не подмоет водой пути или не случится страшная жара, деформирующая рельсы. – Билетер написал на бумаге название отеля и имя владельца – Сирил Дэвидсон – и показал, как пройти к отделению телеграфа. – Так что я советую вам немедленно отправить телеграмму.

Корнелиус послал телеграмму в отель «Опал», потом они забрали багаж и к отбытию поезда вернулись на вокзал.

Эрин и Корнелиус проехали уже больше ста миль в Афганском экспрессе, когда увидели в окне величественный горный хребет Флиндерс. Поезд ехал в сторону Порт-Огасты, портового города и транспортного узла на берегу залива Спенсер, последнего аванпоста цивилизации перед австралийскими необжитыми территориями – Аутбэком. По дороге экспресс останавливался в маленьких городках, и из него выгружали почту и товары.

После легкого обеда в вагоне-ресторане Эрин отлучилась, а через пару минут вернулась уже в новой одежде, купленной специально для Кубер-Педи. Ее было не узнать, она поразительно изменилась. Корнелиус скрыл свое удивление, но не смог спрятать усмешку.

– Что ты нашел комичного? – возмутилась Эрин.

– Нет-нет, ничего, – ответил Корнелиус и снова посерьезнел. – Просто мне потребуется время, чтобы привыкнуть к твоему новому облику. Если бы я прошел мимо тебя где-нибудь на улице, я бы тебя не узнал.

– Что нам и требовалось, верно? – Эрин заметила, что некоторые пассажиры с любопытством уставились на нее, но решила не обращать на них внимания.

Потом началась плоская, скудная равнина; лишь кое-где виднелись тощие кусты. Эрин задремала, положив голову на дядино плечо. Стемнело, поезд ненадолго остановился в Порт-Огасте. Через час Корнелиус разбудил ее, и они пошли ужинать в ресторан. Эрин было чуточку не по себе в новой одежде, но она всячески игнорировала пренебрежительные взгляды элегантных пассажирок.

Купить билеты в спальный вагон им не удалось, все были распроданы задолго от отправления поезда. Сидеть во время такой долгой поездки было ужасно неудобно, но все же лучше, чем в самолете – тут удавалось хотя бы вытянуть ноги. К тому же в поезде можно было размяться, пойти в ресторан или салон-вагон, а то и подышать свежим воздухом во время долгой стоянки.

На следующий день, когда Эрин и Корнелиус вернулись после ланча на свои места, кондуктор сообщил им, что они подъезжают к Мангури. За окнами тянулась все та же безотрадная местность, где яркое солнце выжгло всю зелень. Вскоре поезд остановился. Кондуктор вскарабкался на деревянную площадку, где стояли их чемоданы, и спустил их вниз; потом помог сойти Эрин и Корнелиусу.

Эрин огляделась по сторонам, отыскивая глазами какой-нибудь транспорт, который повезет их дальше, но ничего не увидела. Побитая непогодой, унылая табличка на короткой платформе сообщала, что они находятся на станции «Мангури». Кондуктор, прежде чем вернуться в поезд, предупредил их, чтобы они были осторожнее.

– Дядя Корнелиус, здесь нет ни души, – в панике сказала Эрин. – Неужели нас никто не встречает?

Корнелиус обратился к кондуктору:

– Вы уверены, что мы сошли с поезда правильно? – Конечно, он не ожидал увидеть большого вокзала, но все-таки… А тут вообще ничего не было, кроме платформы, даже будки или навеса.

– Да, сэр, правильно. Вы ведь послали телеграмму хозяину отеля в Кубер-Педи, чтобы он узнал о вашем приезде?

– Да, – ответил Корнелиус. – Правда, я не дождался ответа – не было времени. Он надежный человек?

– Ну, точно я ничего не знаю. На этой станции люди выходят не очень часто.

Конечно, его слова не успокоили Корнелиуса.

– А вы не могли бы немного здесь задержаться, пока за нами не приедут? Мне не очень хочется застрять тут под палящим солнцем с моей племянницей.

– Сожалею, сэр, но мы не можем тут долго стоять. У нас расписание, сэр.

– Благодарю, – сказал Корнелиус.

Кондуктор закрыл дверь вагона. Окутанный клубами пара поезд стал медленно набирать скорость. Эрин и Корнелиус растерянно смотрели на проплывавшие мимо них вагоны. Потом стук колес затих вдалеке, наступила тишина, такая тишина, какой Эрин не знала в своей жизни.

– Вдруг владелец отеля не получил твою телеграмму? – Эрин не хотела показывать свое беспокойство, но не могла сдержаться.