Канарейка для миллионера (СИ) - Старкова Рина - Страница 46

— Ты подарил мне звезду? — перевожу взгляд на мужчину.

— Я не был уверен, что ты оценишь этот подарок.

— Это… не знаю… Я думала, такое только в фильмах бывает!

На самом деле, я не ожидала. Тем более такого! Облизываю пересохшие губы.

— Тебе нравится? — уточняет Степан Ефимович.

Коротко киваю, вновь изучаю документ.

— Когда мы можем посмотреть на мою звезду?

— Завтра вечером обязательно.

— Жаль, что я тебе ничего не подарила, — удручённо вздыхаю. — Я не знаю, что могу подарить человеку, у которого всё есть.

— Кое что интересное, — подсказывает Волков.

Его однобокая улыбка с пошлым подтекстом заставляет меня моментально прийти в себя. Стою тут, улыбаюсь, счастью нет предела. Уже и забыла всё плохое, стоило только мне звезду подарить! Ха! Во время опомнилась.

— Имеешь ввиду секс? — спрашиваю в лоб, недовольство складываю руки под грудью.

— Вообще-то нет, но можно и так, — усмехается. — Когда у тебя месячные?

Я давлюсь воздухом и закашливаюсь. Щёки наливаются жаром моментально.

— Мой цикл тебя не касается, — мямлю себе под нос.

Ещё бы не хватало, чтобы Волков заподозрил беременность.

А может Оксана ему уже всё разболтала.

— Ладно, собирайся. Мы через час выезжаем. Медведев с твоей подружкой спелся, едем в клуб.

— Но я…

— Это не обсуждается, — Степан Ефимович разворачивается и стремительно направляется к двери, не давая мне шанса закончить фразу.

Оборачивается, измеряет меня взглядом. Теплым. Лучистым.

— Любовь, — шёпотом выговаривает, и я покрываюсь мурашками.

— Что?

— Я хочу, чтобы ты подарила мне любовь.

Дверь захлопывается, и я остаюсь одна.

_50_

В ночном клубе нас сразу провожают за столик на верхнем ярусе, и я безумно рада, что здесь музыка орёт не так громко.

Люда во всю флиртует с Артуром, шепчет что-то ему на ухо и смотрит томным темнеющим взглядом. Медведев жадно накрывает её колено рукой, осторожно ласкает. Улыбаются.

Да-а-а! От Люды я такого поведения не ожидала. Сначала думала, что она перебрала с шампанским на официальной части дня рождения Волкова, но теперь я уверена, что подружка абсолютно трезвая, а её интерес к мужчине подлинный. Главное, чтобы у Медведева не оказалось столько же скелетов в шкафу, как у Степана Ефимовича.

Не хочу, чтобы Людка попала в эти любовные сети и периодически страдала от интриг и недосказанности.

Делаем заказы, и Артур удивлённо распахивает рот.

— Ты что, Стёп, реально сок будешь? — ржёт.

— Мы с Вероникой договорились не пить, — отзывается Волков.

Люда многозначительно смотрит мне в глаза, потом на мой живот, вопросительно поднимает бровь. Я отрицательно качаю головой, мол нет, про беременность не рассказала.

Непринуждённая атмосфера и хорошая современная музыка расслабляют нашу разношёрстную компанию. Подумать только, два великолепных миллионера и две официантки! Очень комично. Языки развязываются, Артур и Степан Ефимович начинают вспоминать прошлое, а мы с Людкой внимательно слушаем и смеёмся.

Через какое-то время Волков и Медведев отходят, и мы с Людой остаёмся вдвоём.

— Какой классный мужик! — восхищённо хихикает подруга.

Я иронично вздыхаю. Помнится, при их знакомстве Люда была в гневе и обзывала Артура хамлом.

— Люд, ты особо не увлекайся. Не доверяй ему так сильно.

— Да ладно, Ника, он хороший! Он такой смешной и милый, у меня уже живот от смеха болит. Если бы не Артур, я бы на вечеринке в доме умерла бы со скуки!

Только Людка заканчивает говорить, к ней на диванчик падает незнакомый мужчина.

— Эй, красотка! Познакомимся? — дышит ей в шею.

Я чувствую его перегар, и желудок сжимается в приступе тошноты. Люда что-то неразборчиво отвечает, отстраняясь от мужчины, а я быстро встаю из-за стола, чтобы выйти на свежий воздух.

— Стоять! — незнакомец хватает меня за руку. — С тобой я тоже хочу познакомиться.

— Я не знакомлюсь, — вырываю руку и делаю шаг в сторону.

Мужик властно хватает меня за талию. Его липкий взгляд цепляется за мои губы, с похотью облизывается. Тянет к себе.

Я знала, что произойдёт что-то мерзкое, не хотела я в этот клуб ехать! Но Волков даже сказать слова против не дал. А если бы я настояла на своём, не попала бы в лапы маньяка — извращенца.

Он скользит грубой ладонью по моей спине, второй рукой сильно сжимает мой локоть. Стараюсь освободиться, но чувствую резкую боль, больной мерзавец хватает меня за волосы и крепко держит. Наклоняет мою голову, открывая вид на оголённую шею. Его грязный язык проходит по моей коже, и я с трудом сдерживаю рвотный позыв.

— Отстань от неё! — на фоне пищит моя подружка.

Люди за соседними столиками вообще не обращают на нас никакого внимания, будто происходящее здесь в порядке вещей. Я закрываю глаза и молюсь, чтобы Степан Ефимович поскорее вернулся и спас меня.

Как принц из сказки.

Но его всё нет.

А незнакомец продолжает облизывать мою шею, приближается к уху, и я нервно взвизгиваю.

— Тс-с-с, девочка, — пьяный язык заплетается. — Знаю, что тебе нравится, но стонать подо мной ты будешь позже.

Вздрагиваю. В голове проносится самый печальный исход данной ситуации. Предпринимаю новую попытку вырваться, но мужик прижимает меня бёдрами к столу, старается просунуть колено между моими ногами. Отчаянно свожу колени.

Людка набрасывается на пьяную пародию человека сзади, впивается ногтями в его лицо, оставляя кровавые полосы. Хватка неадекватного зверя ослабевает, он отпускает мои волосы, и я метко бью коленом между его ног.

Жаль, что недостаточно сильно.

Мужик морщится и шипит, яростно дышит, словно обезумевший бык. Замахивается на Люду.

Я закрываю глаза и отворачиваюсь. Вскрикиваю, спрятав лицо в ладонях. Чувствую, как слёзы обжигают щёки.

— Ты что, совсем берега попутал? — рычит Артур, успевший перехватить руку незнакомца.

Люда стоит за спиной Медведева и дрожит, как осиновый лист.

Степан Ефимович обхватывает моё лицо своими ладонями, бережно, ласково. Заставляет посмотреть в его глаза.

— Что он сделал? — Волков обжигает меня горячим дыханием.

— Лапал и облизывал меня, — на автомате.

В глазах Степана Ефимовича загорается ледяное пламя. Как дикий лев он поворачивается к незнакомцу. Когда его кулак встречается с лицом обидчика, раздаётся хруст. Либо рука сломалась, либо нос.

Незнакомый мужчина отшатывается, схватившись за щёку. Говорит что-то неразборчивое и харкает кровью.

Мой подбородок дрожит. Да всё тело трясётся! И перед глазами мельтешат цветные пятна. Голоса смешиваются в общий поток звуков, превращаются в шум. Я уже не понимаю кто говорит.

В один момент Волков падает на диван, закрыв лицо рукой.

Артур разбирается с мерзким мужиком, подходит охрана. Замечаю у Волкова на руках кровь.

Степан Ефимович поднимает голову и вытирает под носом.

Красные капельки падают на его рубашку, на брюки, на стол.

— Больно? — я стремительно наклоняюсь к нему, осторожно глажу по щеке.

— Ничего страшного, бывает. У меня просто нос слабый, — отзывается в ответ и накрывает ладонью мою руку. — Я никому не позволю тебя обидеть, Вероника!

— Я знаю, — шёпотом.

Всю дорогу до дома я прихожу в себя. Этот поход в клуб я запомню навечно, как худшее, что со мной случилось. У меня ведь было плохое предчувствие, скользкое, мимолётное. Я не хотела ехать.

Степан Ефимович сидит на переднем сидении, в носу его ватный тампон, кроваво-красный.

Только когда водитель въезжает на территорию дома, я перевожу дыхание и перестаю винить себя в произошедшем. Украдкой глажу свой плоский животик и закрываю глаза.

Я должна себя беречь. Обязана быть сильной и смелой, уверенной и стрессоустойчивой. Потому что мой крошка-малыш в этом нуждается.

В доме на первом этаже горит свет, и нас встречает Виктор с Ефимом Святославовичем.