Холод, пламя и любовь (СИ) - Заам Иван - Страница 41

Вокруг послышались удивленные возгласы и перешептывания.

— Ты младший брат Блейна, Лестер? Я слышал тебе не интересна политика.

— Не смей называть меня именем этого слабака!

От такой дерзости Каронн хотел было ударить Вортека, но Эдвард его остановил.

— Тогда кто ты? Ах вот оно что… Неужели ты бастард?!

Сержант в неистовой злобе ринулся к Эдварду, но его тут же остановили, повалив наземь.

— Пусть я незаконнорожденный, и моя мать не голубых кровей, зато в моих жилах не течет кровь самозванцев, обманом захвативших власть, и беспощадно убивающих законных королей! Ты тиран и узурпатор! — плевался от злости Вортек.

— Твой отец заслужил смерть! Он нарушил «Пакт о ненападении» и знал, что его ждет в случае неудачи! Поэтому не я виновен в смерти твоего отца!

— Тогда кто?!

— Его глупость и тщеславие! Видимо у вас это в крови! Я не пойму, каким нужно быть подлецом, чтобы уговорить своего брата, пусть и бастарда, на такую авантюру? Три года провести в тылу врага, рискуя своей жизнью, ради кого? Ради Блейна?

— Мой старший брат такой же трус и слабак, как и ты! И он мне не указ! Я сам вызвался, потому что хочу убить тебя собственными руками!

Король задумчиво смотрел на прижатого к полу сержанта. В зале все притихли.

— Трус говоришь… Воткнуть мне стрелу в спину— это ты называешь смелостью? А тебе хватит храбрости сразиться со мной?

— Ты что, развяжешь мне руки и дашь оружие? — злобно засмеялся сержант, уткнувшись лицом в пол.

— А почему бы и нет? — Эдвард посмотрел на Каронна.

— Ваше величество, это безумие, Вортек считается самым лучшим бойцом в королевской гвардии. — взволнованно пробормотал Каронн.

— Ты сомневаешься во мне?

— Нет ваше величество!

— Тогда развяжи ему руки и дай свой меч! Рик, забери свои игрушки. Я люблю держать в руках настоящее оружие… Джон, мне нужен твой меч! И возьми корону, сейчас она мне ни к чему! Господа! — обернулся он к присутствующим, — если Вортек убьёт меня, то я дарую ему свободу. Каронн, проследи, чтобы приказ был исполнен.

«Что? Они будут биться на смерть?»— промелькнула у меня мысль. Но в тот момент я еще не осознавала насколько все серьезно.

Глаза сержанта волнительно засияли от предоставленного ему шанса. Вокруг воцарилась мрачная тишина. Зная каков Эдвард в бою, было трудно понять за кого я больше волновалась за него или за Вортека.

Мгновение, и Эдвард с сержантом стояли посреди зала друг напротив друга, вооруженные мечами. Я зажмурила глаза, молясь, чтобы всё закончилось хорошо, и никто не пострадал.

Раздался звон металла, потом еще один и еще. Звуки были такие громкие и невыносимые, что я закрыла уши. Но тут шум прекратился.

Недалеко от моих ног, на каменном полу лежал меч. Дальше впереди стоял Эдвард. Упавший на пол сержант, лежал неподвижно. Острый меч, прижатый к его горлу не давал ему пошевелиться.

«Слава богу все живы»— подумала я.

— Это был бой насмерть. Ты знаешь, что тебя ждет! — сказал Эдвард и приготовился вонзить меч.

«Неужели он убьет его? Ох… пусть он пощадит его… Пусть он пощадит!» — думала я, смотря, как Эдвард поднимает меч над грудью сержанта.

— Нет! — вырвалось у меня. Мои ладони тут же оказались на губах, сжимая их так плотно, чтобы больше не проронить ни слова. Эдвард посмотрел в мою сторону. Я продолжала молчать и лишь мысленно умоляла его: «Не убивай, пожалуйста, пощади его… не убивай!»

Он некоторое время смотрел на меня своим спокойным и холодным взглядом, а затем сухо улыбнулся.

— Я сохраню ему жизнь, все-таки ему есть, что мне рассказать. — сказал он, повернувшись в сторону Каронна и двух других арестантов.

Тут я заметила, как сержант сунул руку в голенище своего сапога. Блеснуло лезвие кинжала.

Глава 29

— Эдвард! — крикнула я.

Сержант толком не успел встать. Кинжал выпал из его рук, со звоном приземлившись на пол, а из спины торчало блестящее лезвие меча. Эдвард оттолкнул обездвиженное тело, высвободив оружие. Под ноги сержанта, ручьем хлынула кровь. Скрючившись от боли, он замертво упал наземь.

Я вновь зажмурила глаза, пытаясь сдержать волнение: «Господи он убил его…»

Когда я открыла глаза, тело сержанта уже тащили по полу к ближайшей двери, двое стражников. Эдвард глядел на меня все с той же холодной улыбкой. Тут я почувствовала на себе взгляды остальных. Они смотрели с таким интересом и удивлением, что захотелось провалиться на месте, исчезнуть и бесследно раствориться: «Господи, я назвала Короля по имени…»

— Уважаемые подданные! — крикнул Эдвард, переведя внимание придворных на себя— Прошу прощения, что вам пришлось лицезреть этот спектакль. Возможно он не был бы таким кровавым, если служба охраны хорошо выполняла свою работу…

— Ваше величество, я…

— Не сейчас, Каронн! С тобой я позже разберусь. Я хочу сделать заявление. Как вы уже поняли, Сэр Лерон — предатель. Это он подставил Сэра Джона, и внедрил шпионов в мой замок. Эти двое, — он указал на гвардейцев, — скорее всего обладают информацией о тех, кто еще замешан в заговоре против меня. Поэтому если среди вас есть предатели, то лучше вам сейчас в этом признаться! Слово короля, я сохраню вам жизнь! Но если вы сейчас не сознаетесь, я вас из под земли достану! Куда бы вы не убежали, вас в любом случае ждет смерть!

Все молчали с волнением посматривая друг на друга.

— Надеюсь ваше молчание- это молчание преданных мне людей. Таких же преданных, как Сэр Джон, честь которого была предательски опорочена. Я лично приношу извинения Джону, за то что сомневался в нем. За то что сомневался в лучшем друге моего отца, и не предпринимал каких либо действий, чтобы восстановить справедливость! Сэру Джону возвращаются его титул рыцаря и должность Главнокомандующего королевским легионом!

Зал бурно аплодировал, приветствуя Джона, который пожав руку Эдварду и крепко обняв сына, стоял с восторгом глядя на присутствующих.

Хоть что-то хорошее произошло за этот день. Но мимолетное торжество справедливости не могло успокоить мою душу. У меня был шанс спасти Муна, и я его провалила. Оставалось надеяться только на Сэра Эбенезера. После того как народ разошелся по своим делам, я подошла к нему:

— Сэр, я знаю вы можете уговорить Короля помиловать Гарольда Муна.

— Поверьте мне Мисс Браун, я могу уговорить Короля помиловать даже самого злейшего врага Солорвуда, но что мне с того?

— Сэр, пожалуйста, поговорите с Эдвардом. Гарольд Мун не заслуживает смерти. Я же знаю вы хороший человек и вы…

— Хороший человек? — перебил Эбенезер, — Хороших и плохих не существует. Это лишь наша субъективная оценка. Каким бы я не был, на ваш взгляд, человеком, вы просите меня об очень большом одолжении.

— Я знаю! И поэтому буду очень благодарна вам, если поможете.

Эбенезер задумался, нахмурив брови:

— Почему вы так хотите спасти этого человека?

— Потому что он не виновен!

— Ну с этим еще можно поспорить. Вы всегда так трепетно относитесь к каждому первому встречному?

— Всегда, если нарушено правосудие. Сэр, поверьте мне, пожалуйста, он хороший человек и не заслуживает смерти!

— Вы помните у вас есть должок передо мной? — улыбался Эбенезер, — Мне уже не терпится услышать о вашем доме.

— Я обязательно вам расскажу! Вы поможете мне?

— Ваша просьба будет стоить мне больших усилий. — он хитро улыбнулся, — Я говорил вам, что у меня есть страсть к экзотике? Я имею в виду страсть к экзотическим женщинам. Например у мовитанок такой прелестный цвет кожи. Ах, это так заводит…

— Не понимаю о чем вы?

— О том что вы, прелесть моя, дадите фору самой экзотической женщине, которую я только видел в своей жизни. Эти милые точки на вашем лице и шее, — он провел рукой по моей щеке, — Они как сокровища рассыпанные по неизведанным краям. И мне хочется добраться до каждого золотой монетки на белых холмах, равнинах и впадинах вашего загадочного тела…