Непростое наследство (СИ) - Монакова Ксения - Страница 2

- Госпожа Сорель, - улыбнулся Терк, кое-как бросив дрова у камина. - Уж как я рад. Позвольте-ка на вас взглянуть. Как выросли-то, как выросли.

Он сел рядом, поцеловал руку, а в глазах заблестели слезы.

- Видно боги мои молитвы-то услышали. Боялись мы все, что не вернетесь.

- Ну как же не вернуться? - растерянно проговорила я. - Раз тетка умерла, должна же я наследство получить.

Терк, служивший дядюшке много лет, смотрел с такой теплотой, что невольно становилось совестно. Сомневаюсь, что все слуги горько оплакивали теткину кончину. Вряд ли в таверне остался кто-то еще, кроме Марты, Терка и Кайры. Им-то неведомо как удалось задержаться здесь долго, а остальные бежали, сверкая пятками.

- Ох, простите, дурака, - спохватился Терк. - Вы, вижу, дрожите. Сейчас огонь разведу — мигом согреетесь. Дымоход-то по осени чистили, тянет хорошо. Но не мешало бы еще разок трубочиста позвать — проверить перед сезоном. Я покойной госпоже говорил, но она отмахивалась, мол, сама все знаю.

Терк умело сложил дрова, добавил трут и быстро высек искру.

- Охранные заклятия бы еще обновить, госпожа, - продолжил Терк. - Покойная ваша тетушка давно магов не приглашала. Дом ведь старый — мало ли что.

Он поднялся, отряхнул руки, уселся на скамью напротив и улыбнулся, демонстрирую целую дюжину новых морщин на лице.

Вернулась Кайра с блюдами нарезанной тоненькими ломтями копченой курицы и жареными яйцами. Следом Марта с кастрюлькой каши.

- Я, госпожа Сорель, тесто на пирог сейчас поставлю. А пока - чем боги послали. Все на скорую руку сделала. Помню, вы девочкой кашу каждое утро ели. У нас в кладовых-то продуктов еще много осталось. Не думайте, я за всем следила, что портилось - выбрасывала и записи делала. Господин Равьен велел книгу учетную вести до самого вашего приезда. Можете проверить.

Договорив, Марта уселась рядом с Терком. Кайра, вначале смутившаяся, присоединилась к ним. Я же окончательно растерялась, неожиданно оказавшись в компании людей, взираюших на меня, как на настоящее божество. Совесть тихонько царапнулась внутри.

- Спасибо, Марта. Не волнуйся, тут с лихвой хватит на всех.

Я указала на стол, приглашая присоединиться к завтраку. Знала бы повариха, что такую роскошь по утрам я позволяла нечасто. Разве что кашу наскоро сварю, а то и вовсе до обеда во рту маковой росинки не бывает. Работа в аптекарской лавке занимала много времени, а разводить кухню в тесной комнате, что мы с Элти снимали, то еще удовольствие.

- Точно как в детстве, - проговорила, пробуя кашу. У Марты руки золотые — за что ни возьмется, вкусно выходит. Ума не приложу, чего она столько лет тетке служила. Мало разве конкурентов хотели переманить? И жалованья бы больше платили, и не грозились выбросить как собаку по любому поводу.

- Вы, госпожа, ведь из столицы приехали? - подалась вперед Кайра. - Расскажите, как там?

- Слякотно в это время года, грязно местами. Людей очень много и шумно.

- И верно будто на площадях каждый день представления?

Я кивнула. Глаза Кайры загорелись любопытством.

- А вы, госпожа Сорель, чем там занимались? - осторожно произнесла Марта.

- Последний год у аптекаря в лавке работала, а до этого в Гавронской школе травничеству училась.

На лице поварихи появилось облегчение. Боюсь даже представить, что говорила тетка обо мне. Она-то считала: я благодарна должна быть и в ногах за милости ее валяться. Подумать только — целых два раза в год писала в приют, куда сдала меня за ненадобностью, и узнавала, жива ли. После высылала несколько монет на содержание, на том наши сношения и заканчивались. Когда же я, имея слабенький дар, пошла в школу травниц тетка будто взбесилась и присылала гневные письма, в которых называла неблагодарной нахлебницей, не желающей работать и помогать ей. Она к тому времени постарела и занемогла, а кровной родни никакой не имела.

- Ох, интересно как, - придвинулась еще ближе Кайра. - Я магию очень люблю. Покажите что-нибудь, госпожа?

- Брось ты, дурная! - шикнула Марта. - Не видишь — госпожа Сорель с дороги. Не лезь с глупостями.

- Ладно тебе, Марта, - я раскрыла ладонь и выпустила в воздух язычок пламени. Он поднялся вверх, преобразился в бабочку, пролетел над головой Кайры и исчез. Травницы, конечно, совершенно другими вещами занимаются, но на пару красивых фокусов моих силенок хватает. Да и, признаться честно, магом я была посредственным, никогда в отличницы не выбивалась.

Кайра восторженно взвизгнула и захлопала в ладоши.

- Ох, чудо какое, госпожа! Чудо же!

Марта опасливо покосилась на огненную бабочку. Она всегда побаивалась магов, считая, что такая сила может большую беду принести. Терк, в молодости повидавший мир, слегка нахмурился и крякнул. Ему приходилось чудеса посерьезнее встречать. На корабли часто нанимали магов-лекарей или стихийников, если везли ценные дорогие грузы. Услуги их недешевы, но были те, кто мог себе позволить подстраховаться.

- И сколько ж вы учились в школе, госпожа? - спросила Марта.

- Четыре года. Сразу из приюта поступила.

- А говорят в столице и академия для магов есть?

- Есть. Но туда не всех принимают.

Попасть в академию можно, если в жилах течет дворянская кровь, есть сильный дар или деньги на оплату обучения. Мне всего этого изрядно не доставало, а потому — Гавронская школа травниц и работа в старинной аптекарской лавке, из-за которой ароматы снадобий не выветривались из волос и одежды неделями. Элти шутила будто слышит, как я иду домой, за два квартала.

- А мы, госпожа, признаться, думали, вы раньше вернетесь, - начал было Терк, на что Марта тяжело вздохнула.

- Уж простите, госпожа Сорель, но тетка ваша, покойница, нраву была крутого. В последние годы с ней не сговориться стало.

Я только кивнула. Достаточно вспомнить последнее письмо, что пришло на адрес школы. Дочитать его до конца я не сумела, сожгла в камине главного зала, где ученицы собирались только по особым случаям.

От сытной еды стало клонить в сон.

- Я вам хозяйскую комнату приготовлю, - торопливо поднялась Кайра. - Постель перестелю, огонь зажгу, простыни нагрею.

- Спасибо. Марта, Терк, а кто в последние годы делами госпожи Женивы занимался?

Называть покойную хозяйку таверны тетушкой язык не поворачивался. Да и родней мы не были, чего скрывать.

- Так господин Равьен же.

- Тот самый?

- Да, госпожа. Не любила покойная хозяйка привычкам изменять. Все у старого Равьена и оформляла.

- И контора его на прежнем месте?

- А как же, госпожа. Все по-старому.

Я довольно кивнула и поднялась.

- Отдохну немного и схожу к нему.

Пока Кайра готовила спальню, я решила пройтись по дому. Хозяйская часть была отгорожена от комнат для постояльцев и находилась прямо над кухней. Помню, как просыпаясь утром, я могла слышать смех поварих, звон упавшей посуды или спор по любому поводу. Чаще всего голос тетки Женивы, которая распекала неумелую прислугу. Наверх долетали запахи свежей выпечки, жаркого с пряностями, сладкого фруктового напитка или тушеных овощей. Открывая глаза, я могла догадаться, что станет основным блюдом сегодня.

Доски на полу по-прежнему скрипели даже под легкими шагами. Узкое оконце в конце коридора было прикрыто кружевной занавеской. Она успела пожелтеть от времени и обтрепаться по краю. Приехав сюда впервые, я во все глаза смотрела в окно на краешек залива.

Кроме трех спален в хозяйском крыле был еще кабинет. Небольшой, светлый, со шкафчиками и полками, уставленными книгами. Здесь всегда хранился изрядный запас свечей и перьев. Чернила и бумагу заказывали в лавке ниже по улице. Тамошний владелец делал хорошую скидку, за что по праздникам получал в подарок мясной пирог. Всегда радовался и обещал вознести богам молитву за теткину щедрость. Еще в кабинете было окно, выходящее на улицу. На подоконнике любил сидеть тот самый толстый полосатый кот. Помню, он мурлыкал, если я принималась чесать между ушами.