Непростое наследство (СИ) - Монакова Ксения - Страница 48

- Если придет, кликну вас. Будьте спокойны, - улыбнулась Лизет. - Может, чайку выпьем и перекусим? Все равно никого. Чего зря стоять?

Куда охотнее я бы выпила чаю с Реджисом Эрваном. Надеюсь, появится к ужину как всегда и расскажет, что случилось и кто тот несчастный. Когда городские стражники его уносили, никто не догадался. Выглядело будто кого-то за провинность забирают. Человек, правда, не двигался и погрузили его на телегу. Но кому какое дело в разгар праздника? Просто мурашки по коже. Может, самой к Реджису пойти? Только куда? Не домой же заявиться, мол, давай, рассказывай. Нет, лучше смириться и ждать. Это не две девицы Райнер из-за Линдара сцепились, здесь дело серьезное. По-настоящему серьезное.

Гроза утихла к закату, а когда за окном стемнело, спустился тихий дождь. Небо всерьез затянуло, и из порта пришли вести, что непогода затянется на пару суток. В Леайте, как и на всем западном побережье, такое часто случалось весной и осенью. Ветер крепчал и приносил тучи с островов, а с гор спускался туман. Из-за этого городок и не превратился в курорт. Погреться на солнышке как следует здесь не выйдет.

- Сорель, ну зачем вы окно открыли? Не помешаю, кстати? - прежде, чем спросить, Анри вошел, зябко передернул плечами и прикрыл дверь. - Сыростью же тянет. Простудимся оба.

- Бросьте вы. На улице духота. Послушайте только как дождь шумит. Разве не чудно?

- Холодно, по-моему, - Анри поерзал, усаживаясь в кресло. Он напоминал взъерошенного воробья. - К слову, жутко неудобная кровать в маленькой комнате.

- Разве? В детстве я на ней спала.

- Сочувствую. А что вы пишете?

- Получила письмо от подруги. От Элти, я рассказывала. Пишу ответ.

- Кажется, она собиралась приехать.

- Увы, нет. Не сейчас, во всяком случае. Как выяснилось, она скоро выходит замуж.

Анри присвистнул.

- Так пригласите на свадебное путешествие. Неделька в лучшей таверне города — разве не подарок? Еще бы погода не подводила.

- Леайт никуда не годится для новобрачных.

Если начистоту, Элти подложила порядочную свинью. Я так надеялась на ее компанию, но подруга взяла и собралась замуж. Как? Одним богам известно. Еще недавно она нос от Рулла Гарде воротила. Чуть ли не клялась, что за этого дуболома в жизни не пойдет, и рядом стоять не станет. Клятвы-клятвами, а заинтересованные взгляды я все-таки замечала. Элти не признавалась, отшучивалась, но время от времени куда-то исчезала вечерами и возвращалась с загадочным видом. На все вопросы уверяла, мол, только позабавится и забудет. Я делала вид будто верю. С Элти мы знакомы без малого десять лет, и, если она от чего-то слишком сильно отказывается, значит, зацепило.

Рулл Гарде был неплохим парнем. Простоват, как на мой вкус. Но Элти всегда говорила, что не потерпит умничающего мужа. А Рулл и не собирался. Он заглядывал подруге в рот, готов был исполнять любой приказ и не спорил даже в ответ на насмешки. Жил в нашем районе, в стареньком домике с матерью и младшей сестрой. Служил в городской страже, и познакомился с Элти, когда на лавку, где та работала, напали грабители.

- Сорель, чего погрустнели?

- Дождь тоску навевает. И подругу ждала в гости.

Завидовать Элти я попросту не умела. Да и как, если она ближе сестры? Но теперь мы вряд ли будем видеться часто. Когда вернусь, придется искать новое жилье.

- Тоже замуж хотите?

- А вы опять себя предлагаете?

- Боги упасите, - поежился Анри. - У вас характер скверный, и окна вон открываете дело не по делу. Марта что-нибудь сготовила? Пойду поужинаю и отправлюсь домой. Не то папенька наизнанку вывернет.

Осуществить задуманное Анри не успел, поскольку дверь приоткрылась и заглянула Мод.

- Госпожа Сорель… Ох, господин Анри, вы такой сонный и смешной. Там мастер дознаватель пришел, госпожа. Вас просит. Передал, мол, важный разговор.

Я отложила письмо, и едва не поставила жирную кляксу в конце строки. Вот бы Элти хохотала. Она и над почерком моим потешалась, говоря: если дать курице макнуть лапу в чернила и написать пару слов, у нее выйдет лучше, чем у любого целителя или травника.

- Скорее зови сюда. И подай чай.

- И пирог. Или что там на кухне есть? Ужин, похоже, откладывается, - Анри уселся поудобнее и добавил, когда Мод исчезла: - Даже не думайте прогонять, Сорель. На сей раз я буду в курсе всего.

- И не собиралась. Но все же на стул пересядьте — кресло мастеру дознавателю уступите.

- Ох, и злыдня вы, - проворчал бухгалтер, выполняя просьбу.

Недовольное выражение не исчезло с его лица даже при появлении Реджиса Эрвана. Тот, впрочем, тоже выглядел не слишком довольным. Вчерашнее оживление уступило место усталости, а в глазах появилась благодарность, когда Мод принесла чай. Преступления, совершенные с помощью магии, лучше всего расследовать в ближайшие сутки, а то и часы, когда след воздействия наиболее ярок. Реджис, судя по всему, не спал и не имел в распоряжении снадобий, подкрепляющих силы. Обидится ли, если предложу из собственных запасов?

- Как прошел праздник?

- Благодарю. Лучше, чем можно было рассчитывать. Мы еще не подсчитали прибыль, но, кажется, она окупит все траты.

- Не просто окупит. Таверна должна оказаться в плюсе, Сорель, - добавил Анри. - После такого успеха иначе быть не может. Но, знаете, просто холодный пот прошиб, когда стало известно об убийстве.

- Кем был погибший, господин Эрван?

Дознаватель внимательно посмотрел на Анри, а тот не шелохнулся, всем видом показывая, что не намерен уходить.

- Прошу сохранить разговор в тайне.

- Клянусь светлыми богами, никто посторонний не узнает, - уверенно произнес Анри. - Разве что снаружи могут подслушать…

- Об этом не волнуйтесь.

Вопреки собственному желанию, я поежилась, и виной тому совсем не открытое окно. От работы разрушителей всегда тянет холодком. Если создательская сила ощущается теплой, то от легкого движения руки Реджиса захотелось закутаться в шаль. Всего на мгновение, но, разумеется, заметил.

- Прошу прощения, госпожа Ирмас. Но нас никто не должен услышать.

- Не извиняйтесь, с этим ничего не поделать.

Анри непонимающе покачал головой и уже сочинил сотню вопросов, на которые придется ответить. Чувствительность к чужой магии не зависела от величины дара. Она либо была, либо нет. Впервые я ощутила ее еще в приюте, на выступлении одаренного барда. С началом каждой песни меня будто окутывали теплым одеялом — прекрасное чувство в холодном доме зимой.

- Погибшего звали Годард Обен, - начал рассказ дознаватель. - Он приехал в Леайт восемь лет назад с молодой женой и двумя маленькими сыновьями. Происходил из состоятельной, но незнатной семьи, занимался продажей тканей и владел небольшим производством. Дела вел честно, законы и договоренности с партнерами не нарушал, открытых ссор ни с кем не имел, платил налоги и поклонялся богам в положенные дни.

- Истинный праведник. За что же такого убивать? - хмыкнул Анри.

- При желании всегда можно найти повод, поверьте. Годард Обен родился и вырос в Гайтране. Там остались родственники и то самое производство, доставшееся по наследству.

- Зачем же он переехал в Леайт? Это далеко и совершенно бессмысленно, - произнесла я.

- Вот это пока неизвестно. Но перед Леайтом Годард пару лет прожил в Жервене, откуда родом его жена. Она гораздо младше, в Гайтране не бывала даже после свадьбы и о прошлом покойного мужа знает немного. Да и сейчас слишком расстроена, так что, кроме слез и сожалений, я особо ничего не добился.

- Думаете, ответы стоит искать в прошлом? Вдруг на новом месте у Годарда появился конкурент? Или интрижка на стороне? Он прожил в Леайте восемь лет — за это время куча народу может возненавидеть.

- Видите ли, госпожа Ирмас, - даже если Реджису не понравилось сказанное, виду он не показал. - Несчастный был убит по-настоящему сильным проклятием. Создать такое можно, имея либо сумасшедшей силы дар, либо бесконечную ненависть. Вы же почувствовали. Я уж молчу, чем рискует создатель подобного. Нужно очень сильно ненавидеть, чтобы пойти на такое преступление.