Без пяти минут беременна (СИ) - Март Амалия - Страница 11

Кидаю взгляд на экран. Время сегодня летит с ускоряющейся прогрессией.

Закрываем кабинет и всем отделом направляемся в столовку на втором этаже. Надо бы оставить кого-то на дежурстве, но понимаю это уже у лифтов. И решаю в кои-то веке забить. Вернусь сам пораньше, краха от пятнадцати минут тишины в отделе не случится.

Пацаны обсуждают новую Доту, договариваясь замутить сетевуху вечером. Меня эта задротская тема обошла стороной, поэтому в разговоре участвовать выходит вяло. Хотя сейчас не такой уж и плохой кажется тема отвлечения на виртуальный мир с этого поганого реального.

Возле лифтов к нам присоединяется девчонка, что преследует меня последние дни буквально на каждом шагу. Это странная тема, если задуматься. Столько лет едва пересекались и вот, сталкиваемся лоб в лоб уже второй день подряд. Они с подружкой о чем-то перешептываются, стоя в обнимку. До меня долетает только приглушенное:

– Сейчас спустимся в аптеку, купим витаминок и все будет хорошо, – убеждает подругу девчонка из приемной.

Та согласно кивает. Значит ли это, что ее планы изменились?

Не понимаю, почему эта тема так цепляет. И почему странно отбивается правильностью во мне?

Мы заходим в лифт, пропуская девушек вперед. Я оказываюсь прямо перед ними и вынужденным свидетелем их разговора. И все окончательно становится на свои места.

[1] Каомару – (с японского означает "круглое лицо") – это упругий мячик, который изготовлен в форме лица, и тянется/сжимается в разные стороны.

Глава 11. Это почти не больно

– Блин, у нее такие ноги, что я иногда имя свое забываю, – Кир толкает меня в бок, привлекая внимание.

– Что? – отвлекаюсь от навязчивых мыслей о подслушанном разговоре.

– Лиза, – кивает себе за спину. – Как думаешь, подкатить, раз она свободна? – тоже слышал ее красноречивые пожелания ублюдку-бывшему. Но друг, в отличие от меня, владеет не полной информацией.

Я оборачиваюсь на девушек застывших недалеко от лифта. Интересно, почему они там остановились?

– Боюсь, она ближайшие восемнадцать лет свободна не будет, – задумчиво делюсь с ним информацией.

– В смысле конкретно для меня? Блин, я в курсе, что не моя лига, но чем черт не шутит? Западают же иногда такие девчонки на умных мужиков?

Мы заходим в столовку, я кидаю на Кира скептический взгляд. На счет интеллекта, как конкурентное преимущество, я бы тоже оспорил. Очевидные вещи для него какого-то черта не очевидны.

Но молчу. Пусть сам до всего дойдет.

Это даже забавно, если решится подкатить. Хоть какое-то развлечение среди серых будней.

Мы стройной шеренгой становимся к кассе и набиваем подносы едой. Я последний в очереди, но традиционно закончу первый, потому что вбитые матерью правила «пока я ем – я глух и нем» – ускоряют прием пищи. Пацаны продолжают трепаться о крепости, которую собираются сегодня захватить в виртуальной игрушке, я сосредотачиваюсь на супе.

Вкуса не чувствую. Аппетит пропал вместе с жизнерадостным звонком сестры. Черт. Поверить не могу, что все зашло так далеко. Год назад такой сценарий просто в голове не укладывался, вообще все это не укладывалось в голове. А потом появился новый дом, лошади, а теперь и новый ребенок. Не удивлюсь, если где-то во дворе теперь растет дерево, высаженное папашей собственноручно. Комбо настоящего мужика. С первыми попытками, очевидно, вышло так себе, решил на старости лет выполнить миссию по максимуму.

С моей девушкой.

В голове пульсирует от едва сдерживаемой злости. На него, на нее, на ситуацию в целом. Мы расстались, да. Но какое право они имели такое вытворять за моей спиной? Разве не существует негласного правила, что бывшие девушки и кровные родственники – табу?

Как вообще они все это представляют? Счастливая дружная семейка, где каждый третий друг с другом спал?

Бред.

Это все полный бред.

А в особенности желание отца к воссоединению семьи. Его «не надо винить меня» отдает таким душком, что впору проветрить помещение. Потому как именно его как раз стоит винить. И в том, что залез на мою территорию, и в том, что смеет мне тыкать, какой я неудачник. От мысли, что он собирался «осчастливить» меня новостями по прибытию, и, если бы не длинный язык сестры, я бы оказался в идиотском положении, на душе разворачивается особо мерзкое чувство, закручивается, как цунами, готовое снести все к чертям. Ну не козел ли?

Всю жизнь я пытался быть лучше него, дотянуться до высот, которые он мне навязывал, и в итоге я снова чувствую себя его жалкой копией. Не способной получить даже сотую долю того, что есть у него.

– Кажется, я влюбился, – нарушает мой внутренний диалог Кир. – Как представлю эти ноги на себе…

Я прослеживаю его взгляд и натыкаюсь на длинноногую Лизу. Да, нельзя отнять того, что она вполне себе симпатичная. И живота пока не видно. Я ощупываю ее фигуру долгим взглядом и прихожу к занимательному выводу: она бы отлично подошла на роль девушки, которой можно утереть нос родителю. Даже то, что она в положении, могло бы сыграть роль, был бы живот чуть более заметен…

Открытие поражает.

То есть… это же очередная бредовая мысль.

Но она так ярко вспыхивает в голове, собираясь в картинку, где я привожу ее знакомиться с папашей и поглаживаю пока несуществующий живот, что впервые за несколько дней я чувствую приятное удовлетворение. От вытянувшегося лица отца в моей фантазии, от побледневшей Рины, почувствовавшей себя на фоне модельной Лизы неуютно.

Откладываю ложку и откидываюсь на стуле, не спуская изучающего взгляда с девчонки из маркетинга. Нет, пожалуй, про ребенка тут лишнее, мне это потом не разгрести. Но черт, как было бы шикарно осуществить эту задумку. Как хочется взглянуть на эти недоумевающие лица и забить гвоздь в их лодку «любви» до протечки.

Прочесываю ладонями волосы в попытке отогнать идиотские мысли. Но не выходит. Кровожадное чувство мести уже вцепилось в горло зубами. Жаль, что нельзя просто предложить Лизе денег и попросить подыграть. Это решило бы минимум одну моральную дилемму.

А максимум – закрыло долбанный гештальт.

– Эй, я первый ее забил, – возмущенно пыхтит рядом Кир, прослеживая мой взгляд.

– Я не претендую, – сворачиваю свои совершенно безумные фантазии и поднимаюсь из-за стола.

Стряхиваю наваждение и возвращаюсь на рабочее место.

В тишине кабинета мысли кажутся еще более безумными, чем показались на первый взгляд. Предлагать человеку деньги, чтобы отомстить отцу… Аморально даже по моим меркам.

К тому же не самый лучший кандидат – одна сплошная катастрофа и рваные рубашки.

Но мысль становится настолько навязчивой, что в голове начинает образовываться план. Он зреет из одного нечаянно брошенного зерна – комментарий Кира о красоте девушки. И теперь разрастается буйным цветом в голове до невообразимых размеров.

Идея пробирается корнями до самого глубокого дна и пробивает его на следующее утро.

Я просыпаюсь с мыслью, что сделаю это.

Я сделаю это.

И меня отпустит.

Выжидаю нужный момент, выстраиваю в голове весьма рациональный диалог, прикидывая плюсы своего предложения, и просто срываю пластырь.

– Будешь моей девушкой? – подумать только, это почти не больно.

Глава 12. Прочь из моей головы

Лиза

– Ты сумасшедшая! – растирая виски, выдает подруга.

– А это пока не доказано! Вот пройду диспансеризацию…

– Лиза, ты совершенно не в своем уме. На что вообще согласилась? – гневно шепчет мне, перегнувшись через свою секретарскую стойку.

– Это просто приключение, Сонь. Выходные за городом, походим за ручку, может… на лошадках покатаемся, – я закусываю губу, чтобы не расплыться в улыбке.

Мой план действительно включает в себя скачки. И после полугодового воздержания это не может не радовать!

– Вы же вместе работаете, – находит очередной аргумент подруга, журя меня.