Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 166

Потемнев лицом, Василий:

- Мало…

Я же:

- «Мало»? Так скоро налёт будет ещё меньше!

Удивляется:

- «Меньше»? Как «меньше»? Для чего, зачем «меньше»? И куда уже «меньше», отец!

Развожу руками:

- Запланировано уже в этом году иметь сто пятьдесят тысяч лётчиков… А с увеличением количества – уменьшается качество. Это – диалектика, доказанная всей историей человечества, Василий! И «человеческий фактор»: наклепать «летающих гробов» - гораздо проще, чем научить летать «начинку» для них.

В «реале», в конце последней предвоенной зимы было пробито очередное «днище».

25 февраля 1941-го года было утверждено постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР «О реорганизации авиационных сил Красной Армии», согласно которому предусматривалось создание школ первоначального обучения с курсом 4 месяца в мирное и 3 месяца — в военное время с общим налетом на курсанта 30 часов, а также школ военных пилотов с курсом 9 месяцев в мирное и 6 месяцев — в военное время с общим налетом бомбардировщиков 20 часов и истребителей 24 часа.

На деле же и, это не выполнялось… Так как для этих «школ первоначального обучения» не хватало - ни учебных самолётов, ни авиабензина, ни преподавателей-инструкторов…

Но эта система действовала всю войну!

И некоторые советско-российские историки по ней – прямо-таки кипятком писцаются. Вот мы мол, какие молодцы: завалили супостата «мясом» - не только на земле, но и в воздухе.

И поворачивается же язык такое сказать…

Какая же «муха» укусила Советское руководство (Сталина, Политбюро ЦК ВКП(б)), что они так бездумно форсировали численный рост советской авиации?

Эту «муху» звали Яков Смушкевич, ныне он – генерал-лейтенант авиации на должности помощника Начальника генерального штаба РККА по авиации и, до него у меня пока(!) не дошли руки. Во время боёв на Халхин-Голе, не сумев нивелировать превосходство японцев в воздухе более-менее эффективным руководством, он задавил их численным превосходством, а апосля заявил, что так мол и надо воевать – завоёвывая «превосходство в воздухе».

Однако в Монголии были локальные бои на сравнительно небольшом участке. Задавить массой противника на советско-германском фронте - протянувшемся от Мурманска до Кишинёва, при удручающе низкой мобильности наземных служб ВВС РККА - оказалось невозможным.

«Теоретика» конечно расстреляли, но оказалось слишком поздно.

Свою лепту, конечно, внесли и «рамзаи со штирлицами» - через ГРУ Генштаба РККА подсовывающие завышающие на порядок сводки об численности авиации и потенциале авиационной промышленности Третьего Рейха…

Адмирал Канарис и его «Абвер» – своё дело знали туго!

***

Продолжаю:

- В отличии от нашего, после лётной школы германский летчик-истребитель имеет не менее четырёхсот часов общего налета, в том числе порядка восьмидесяти - на боевой машине. После чего, он направляется не в боевую часть, а в запасную авиагруппу на фронте, где добавляет ещё двести часов на истребителе.

Оценив произведённое впечатление, спрашиваю:

- Спрашиваю тебя, Василий, как специалиста: сможешь ли ты и твои коллеги противостоять германским? Учитывая ещё и боевой опыт последних - приобретённый в боях против польских, французских, голландских и британских лётчиков?

Тот и, глазом не моргнув, режет как по-писанному:

- Сможем, отец! Если враг нападёт, советские лётчики-истребители - жизней своих не щадя, дадут ему решительный отпор и перенесут войну на его же территорию!

«Ой, дурак! Насчёт «преемника», я конечно же - изрядно погорячился…».

Тяжёлым взглядом смотря на него:

- «Жизней своих не щадя…». Запомни: героизм имеет место там, где отсутствует профессионализм! Ты рассуждаешь не как командир, а как - школьник насмотревшийся «Первых ударов»…

«Кстати, этого графомана-фэнтазёра Шпанова - надо обязательно законопатить куда-нибудь подольше, куда не доходил пастух Макар с подопечными ему телятами».

- …И мало того – как вредитель. Да, да: именно как вредитель!

Тот ошарашен, если не сказать больше… Убит, повержен, свергнут с небес – как сын Зевса Фаэтон, решивший сдуру без спроса прокатиться на крутой родительской «тачиле»…

Прижав руки к груди:

- Я не понимаю, отец…

- А что тут понимать? Ты, кто?

- Кто? Я?!

Молчит, в я тыкая в него указательным пальцем:

- Ты не просто Васька, сын Сталина и лейтенант авиации… Ты – представитель первого, по-настоящему советского поколения. Ты и твои сверстники, родились в двадцатые годы. В отличии от ваших предшественников, вы не знаете ужасов Гражданской войны и не помните пошлости эпохи НЭПа… Вы воспитывались во времена величайшего энтузиазма начала тридцатых годов и учились в советских школах - вернувшихся к нормальному, классическому образованию - после смело-безрассудных педагогических экспериментов двадцатых…

Это поколение было выбито войной процентов на девяносто, что по моему мнению - послужило одной из важнейших причин краха всей коммунистической идеи.

- …Я ни капли не сомневаюсь, что вы – жизней своих не пожалеете и, если надо – все как один ляжете в землю за наше социалистическое Отечество.

В свою очередь, прижав ладонь к сердцу, горячо говорю, прожигая его насквозь негодующим взглядом:

- А с кем останемся мы? Ты об этом подумал? Те, чьё детство пришлось на Гражданскую войну, нас – большевиков просто ненавидят за голод и лишения доставшиеся им. Те, чьё детство придётся на будущую войну – также навряд будут испытывать к Советской Власти какие-то особо тёплые чувства… С кем новое общество строить мы будем, я спрашиваю? Кто подхватит красное знамя из наших слабеющих от старости рук? КТО?!

Сталин-младший, лишь смог прошептать:

- Ты никогда со мной так не разговаривал, отец!

Подойдя ближе, положил ему руку на плечо и глядя прямо в глаза:

- Ты стал взрослым Василий и я считаю, что ты готов и должен совершать взрослые поступки.

***

После довольно продолжительно молчания, во время которого подавальщицы успели убрать посуду и принести самовар и то, что к нему полагается, Василий спросил:

- Ты предлагаешь мне помочь тебе сократить лётный персонал ВВС?

- Совершенно верно! И в первую очередь предоставив достойную альтернативу, отсеем тех - кто лётчик «добровольно-принудительно», а не по призванию. Все остальные твои коллеги будут поделены на три категории или класса: те – кто летает хорошо, те – кто летает так себе и, те – кто летает кое-как. Первые останутся в строю, в боевых частях… Вторые – отправятся в училища доучиваться… Ну, а третьи – переведены в наземный персонал или вообще – в другие рода войск, где тоже нужны грамотные и преданные Советской власти молодые люди. Естественно, до разумного предела будет сокращён и выпуск самолётов, а сильно морально устаревшие машины - переведены в разряд учебных, транспортных или вовсе списаны.

Заостряя на нужном месте вопрос, поднимаю вверх указательный палец:

- Однако, видишь в чём заковыка, Василий: Наркомат авиапромышленности и ВВС РККА – очень влиятельная сила! Возможно сопротивление, хотя и не открытое – но в виде саботажа. Поэтому желателен «толчок» так сказать «снизу». Ты согласен мне помочь?

Тот, ни секунды не раздумывая:

- Конечно! А как это сделать?

Переходя на деловитый тон:

- Завтра-послезавтра я набросаю тебе записочку с которой ты пойдёшь к товарищу Мехлису… Знаешь такого?

- Льва Захаровича? Конечно, знаю!

- Ныне он – Заведующий «Информбюро при СНК СССР» и, в его ведении находятся все газеты, журналы, широковещательные радиостанции и киностудии Советского Союза.

У того в восхищении блестят глаза:

- Ух, ты… Все, все, все? Здорово!

«Какой же ещё мальчишка!».

- Он предоставит тебе журналиста, который по моей записке поможет написать статью об проблемах в ВВС РККА, которая в свою очередь будет опубликована в ведущих газетах страны и в первую очередь – в «Красной звезде».