"Фантастика 2023-74". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Осояну Наталия - Страница 502

— Твои аргументы уж больно смахивают на отговорки.

— Потому что вам хочется верить, что это отговорки.

— Но если ты был абсолютно искренен, что тебе мешает сейчас пойти нам навстречу?

— Попробуй догадаться. Мысль о том, что на подобное обращение я мог банально обидеться, твою светлую голову не посещала?

— А ты собираешься приравнивать личную обиду к благополучию целого мира?

— Мониль — ваш мир. Вот пусть у вас за него и болит голова. А мне обидно.

— Мониль и Терра связаны. Но дело даже не в этом. Мониль — мой мир, да. И мне придётся добиться того, чтоб ты стал действовать на благо Монилю, а не как тебе в голову взбредёт. Мы давно уже сидим в Курии. Мы лучше тебя знаем, что нужно нашему миру. И в какой форме.

— Вы. Значит, это операция Курии против меня. Замечательно. Вы встаёте на одну доску с Гильдией. Неудивительно, что так долго сожительствовали вместе. Уж не вмешался ли я во вполне счастливое супружество?

— Взаимоотношения Курии с Гильдией — внутреннее дело Мониля. Тебя не касается. А ты, я вижу, считаешь, будто лучше всех знаешь, как нам жить.

— Пожалуй, тут я не прав. Верно. Прости, что вмешался. Прости, что тогда закрыл зев в Яворе, что потом гасил нестабильные области, что искал выход для нас всех. Был не прав. Живите как хотите, а я подаю в отставку.

— Болтать-то мы все умеем. Да. Но ты ведь должен понимать, что один раз сотворённое благодеяние не даёт права в будущем поступать со спасённым миром, как тебе заблагорассудится.

— Брось. Очень мне надо монильского господа бога из себя корчить! Ты отлично Знаешь, что я просто пытался выжить. И пытаюсь. Гильдия хочет уничтожить меня, потому что я перехватил их законно украденную аин. Курия желает мне сдохнуть, поскольку я кейтах и инорождённый, но сперва желает мои знания и навыки в своё полное и безраздельное пользование. А я даже сопротивляться не моги? Здорово!

— Кто тебе сказал, что мы собирались тебя уничтожить? Чушь. Зачем?

— Это только слова.

— Твои заверения, что ты не можешь передать плоды своих трудов в наши руки — тоже только слова.

— Да? Ты лучше меня знаешь, на что я способен, а на что нет? Так и мне, наверное, можно знать, как вам, монильцам, следует жить! Знать лучше вас!

— Я уверен, что ты мог бы хотя бы начать работу. Например, перевести на человеческий язык вот эти бумаги. — Каддалем покрутил кистью, и истукан откуда-то, словно бы из-за спины, вытащил стопку бумаг. Узнаваемые бумаги. Конечно, это взятые в Ишнифе неточные копии, которые я отдал Дьюргаму «на посмотреть». Да-да, само собой. Я и без того всё понял. — К сожалению, ни один из наших демонологов не смог с уверенностью гарантировать, что расшифрует систему условных обозначений. Может быть, потому, что они устаревшие?

— Может быть, потому. Может, ещё по какой-то причине.

— Уверен, твоя демоница согласится помочь. И ты, когда здраво всё обдумаешь и взвесишь, тоже.

— Думаешь, я поверю, что потом, когда получите желаемое, вы резко станете мне доверять? И прямо-таки согласитесь оставить в живых, на куриальном месте, при положении и привилегиях? Ага-ага.

— Политика есть политика. Оставим, если это будет нам выгодно. А выгода будет, верно? Ты ведь постараешься нас убедить в своей полезности, как тебе уже не раз удавалось…

— Я же сказал — сотрудничества не будет. Шантажируйте кого-нибудь другого.

— Подумай. Очень хочу, чтоб ты сделал правильный выбор. И ешь получше. Тебе нужны силы.

— Ты сделал неправильный выбор, Каддалем. Думаю, в моём лице Курия уже приобрела врага.

— Спасибо за предупреждение. Жаль. Я думаю, ты будешь сожалеть об этих словах. Но, возможно, Курия тебя простит. А ты скоро пересмотришь свою позицию.

Он вышел, оставив бумаги на столе, рядом со стопкой свежей бумаги и отличным письменным прибором. Под ладонью бумага показалась восхитительно шелковистой. Наверное, на ней приятно писать.

— Ты ведь именно этого и хотела, верно? — мысленно проговорил я. — Так займись.

— Значит, согласен?

— Подумаю. Но пока можно поработать с бумагами. Безотносительно того, как это может воспринять Курия. Давай, объясняй мне, что тут у нас за условные обозначения. А я буду выбирать, что из этого излагать в письменной форме.

— Значит дай им понять, что ты уже работаешь с этими бумагами! — завопила аин, собираясь в комок. — Я больше ни одного раза не выдержу! Больше ни за что!!

— Успокойся… Утихни! Я скажу, скажу… Эй, дубина! Передай тем, в соседней комнате, что я начинаю работать с бумагами. Пусть не мешают.

Охранник посмотрел на меня без выражения, зато явно неприязненно, но в стенку стукнул. В проёме почему-то появился поднос всё на той же тонкой руке — меня уже начинало интересовать: женская она, или просто парень в прислуге подобрался субтильный?

То есть, видимо, возвращается интерес к окружающему миру. Уже хорошо. Оживаю.

Я не столько всматривался в первый попавшийся листок с копией Тилькиных черновиков, сколько продолжал искать путь к сознанию друга, который, видимо, тоже меня искал. Снова вокруг была молчаливая пустота, но через время и в ней появилось пространство для манёвра… Всё правильно, надо было, чтоб мы одновременно потянулись друг к другу. И возникшая связь не является надёжной, потому что мой помощник меня не ощущает. То есть банально не в курсе, что добился результата.

Так, и что это я начал воспринимать?

— Ты ведь не ждать предлагаешь. — Арсений возмущённо стукнул кулаком по столу. Да, это определённо Арс.

— Нет. Не ждать. Но как мы будем искать его в Мониле? Даже если найдём, в процессе выдадим себя с головой, его сто раз успеют убить.

— Лёня, ты как-то странно относишься к проблеме…

— Подожди, Кирилл. Подожди. Я ведь не предлагаю его бросить без помощи. Тем более что на нём, если верно понимаю, держится вся наша компания.

— Наша?!

— Пока выкручиваться вынуждены мы. Отнесёмся к хозяйству по-хозяйски. — В какой-то момент я даже увидел Леонида — он был бледноват, с зелёными подглазьями, но очень сосредоточённый. Видимо, Саша смотрел на него в упор, и, конечно, бывший военный принял этот взгляд как вызов. Вопросительно поднял бровь, но мой друг только рукой помахал, мол, не обращай внимание… То есть он чувствует! Супер! Просто супер! — Будем действовать последовательно, продумав каждый шаг. Без лишней спешки. Спешку оставим насекомым, нам она не к лицу. Сейчас все присутствующие по очереди выскажутся. Уверен, у каждого есть идеи. Каждую обсудим. Так обычно и ищут идеальный выход — все вместе.

— Я одно могу предложить: мы должны использовать пиар-оружие. — Рита, словно пародируя Арсения, хлопнула по столу, да так, что тот едва не затрещал. Мощная женщина. — Они нас магией, а мы их — ковровым говнометанием.

— Прости?

— Чем не вариант — поставить на уши монильское общество? Я читала их последние новости — две какие-то местечковые катастрофы на повестке дня, да? Народ паникует, да? Самое время расшевелить их окончательно… Нет, а что ты на меня так смотришь?! — возмущённо гаркнула она на Огогойника. — На войне как на войне! Какие у нас варианты?

— У них нет Интернета.

— Тоже мне, проблема. У большевиков тоже не было Интернета. Но ведь намотали, извиняюсь, полмира на одно место! А мы что, не справимся? У меня есть на примете один отличный парень, знаток таких вещей. Подключим его, и он за пару дней нам такие тексты накатает, что Мониль стонать будет! Просто биться в истерике…

— Ты о чём, прости? — вмешалась Саягуль. Растрёпанная она какая-то, на носу сажа. Печку, что ли, чистила?

— Как о чём? Они Лёшу привлекли к делу для того, чтоб он что делал? Правильно, катастроф не допускал! А тут катастрофы на повестке дня, и Лёши нет, причём виноваты в этом куриалы. Он же пропал из особняка одного из куриалов, и никто даже не отпирается.

— Ты спрашивала?

— Очень смешно. Кто бы мне ответил? Но отрицали бы в прессе, прости, порядки везде одинаковые! Извините, куриал пропал, а не какой-нибудь хрен с горы. Пропал из куриального особняка. Где опровержения? Все молчат! Где расследования? Они просто заранее признались во всём, ещё до следствия. Тут опытному пиарщику будет на что опереться. Такого говна можно насыпать — захлебнутся нахрен…