"Фантастика 2023-74". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Осояну Наталия - Страница 511

— Не волнуйтесь. Вам не нужно будет никого убеждать. Ваша работа всё скажет за вас. Но — пару слов перед собравшимися вы ведь согласитесь произнести, так ведь?

— Когда? Где?

Корстай, административный центр одноимённой области, был сравнительно небольшим городом, где высотные здания имелись только в деловом районе и у огромного производственного комплекса, который и снабжался энергией от взбунтовавшегося обелиска. Одна из площадей этого города сегодня стала для меня чем-то вроде сцены. На улицах и проспектах бурлило огромное количество народа, трудно было поверить, что все они действительно живут тут. Как — друг у друга на головах, что ли? Может быть, в Корстай стянулись все политически активные обитатели области?

Мне и сопровождавшим меня магам трудно было даже просто добраться до назначенного места. К ним то и дело кидались с вопросами: обычно имевшими отношение к обелиску и его состоянию, но иногда затридевятьземельные. Меня, кстати говоря, не трогали, только смотрели издалека, махали руками, улыбались. Побаивались, видимо. Правильно делают.

Только у меня и была возможность стоять или идти более или менее свободно — люди старались всё-таки держаться от кейтаха в шаге или хотя бы в полушаге. До нужной площади добирались полчаса, и всё пешком. Уже на месте спутники осторожно подсадили меня на террасу цокольного этажа. Ногой осторожно отодвинув в сторону горшок с каким-то растением, я утвердился более или менее надёжно и с любопытством посмотрел на море лиц, обращённых ко мне.

— Что мне сказать-то?

— Всего пару слов. По делу, — подсказал маг. — Сами понимаете, господин куриал, мы за вас можем сказать всё, что угодно, но ваше собственное мнение должно прозвучать от вас самого. Иначе нам не поверят.

— Ладно. Сейчас что-нибудь скажу. Умное… С моими людьми вы смогли связаться?

— Пока нет. Но свяжемся. Говорите.

— Господа! — Я высоко вздёрнул голову. Голос вроде и не старался особенно повышать, но гул, наполнявший площадь, стремительно усох, освободив мне место. — Ситуация, сложившаяся сейчас в мире, прочно объединяет наши интересы. Все хотят жить — это аксиома. Неважно, куриалы это или обыватели, терриане или монильцы — все. Я тоже, знаете ли, не в восторге от того, что единственный имеющийся в наличии вариант источника энергии — что-то вроде бомбы со взведённым механизмом. Дай только срок, и она обязательно рванёт. С этим надо что-то делать. Дайте мне добро на возведение нового обелиска, за стабильность которого я готов ручаться. Помогите мне его построить. Вот и всё, что требуется. Городу, видимо, придётся пару дней посидеть без энергии, но это намного лучше, чем не делать ничего и в результате превратиться в пыль при детонации зева. Решайте, довериться мне или нет. Боюсь, этот выбор за вас в нынешней ситуации никто не сделает. Тем более Курия.

— Где Сын чародея? — громко гаркнул чей-то густой мощный голос. — Это ведь вы, господин куриал, разгромили Храм чародейства, лично?

— Крепко сказано…

— Так где Предстатель-то, где Сын чародея? И вся верхушка Храма?

— Я выяснял отношения с Гильдией Тени. Хочешь сказать, это одно и то же, что Храм чародейства? — Меня питала надежда, что я не ошибся и действительно бью наверняка. Слишком дурна репутация пресловутой Гильдии. Крикун не посмеет спорить публично. — Что же касается Сына чародея, то, думаешь, он меньше, чем вы, озабочен вопросами энергетического обустройства родного мира?

— Утверждаешь, что главы Храма чародейства действуют заодно с тобой?

— Я ничего не собираюсь доказывать. Особенно сейчас. Разве нет других забот? Подумай вот о чём: если бы я действительно, как ты болтаешь, разгромил Храм, чем бы это закончилось для меня и моей репутации? Разве ваши духовные лидеры не объявили бы уже о моей зловредности?

Тоже, в принципе, пинок наверняка и в самое чувствительное место. Если я напал, разорил и совершил всяческое святотатство, то в храмах соответствующей конфессии меня должны яростно поносить и клеймить. Тем более, я человек заметный. Но не клеймят, это я знаю точно. Таков был уговор, на котором держится жизнь будущего Сына чародея. И всего Претория.

А в следующий момент на меня накатило ощущение чужого присутствия. То есть не чужого, конечно. Это был Сашка, и, само собой, появился он тут только своим сознанием. Ментально то бишь. Я так ждал этого — и вот оно случилось… Совершенно, абсолютно не вовремя.

— В общем, решайте сами! — завершил я во весь голос.

— Мы уже испугались, что ты погиб. — Друг улыбался с явным облегчением.

— Меня просто очень хорошо блокирнуло. Прости, не могу сейчас говорить. Давай чуть позже. Всё.

— Это с ней? — обеспокоился маг-энергетик. — С демоницей? Это безопасно?

— Я всё, всё. Я весь внимание. Безопасно. Демоница под контролем.

— Вы можете сейчас погасить зев? — страдательно спросила какая-то женщина.

— Могу.

— Так чего ж тут разговоры разговаривать? Идите и гасите! У нас тут дети, полно детей в городе! Начинайте же скорее!

— Мне нужно принципиальное согласие граждан на активные манипуляции с энергией…

— Тут дети, вы вообще слышите? Понимаете? Какие могут быть разговоры, ведь зев может рвануть! Дети ж пострадают!

— Подозреваю, взрослые тоже хотят жить.

Пауза против ожиданий была сравнительно короткой.

— При чём тут вообще взрослые?

— Я думаю, граждане согласны, что вмешательство куриала Терры необходимо, — примирил нас маг-энергетик. — Господин Лексо, скажите, что вам требуется для работы.

— Безопасность. И самое меньшее — трое моих учеников. Но это я обеспечу сам. Когда смогу.

— Безопасность бу-удет! — рявкнули из толпы.

— Курия дискредитировала себя. Пусть теперь доказывает, что готова служить народу. Мы сами всё сорганизуем — и порядок, и ход вещей, и энергетику. С вашей помощью, господин куриал.

— Век будем благодарны! Уж постарайтесь, господин Лексо!

— За нами не заржавеет!

— Точно, с нас будет причитаться, услуги не забудем — только спасите от гибели!

— Наших детей в первую очередь!

— Дура! Пусть всех спасает!

«Как по-разному видят ситуацию куриалы и простой народ, — подумал я не без злорадства. — И ведь отчасти Дьюргам прав. Вернее, окажется правым. Ему, наверное, осознание своей правоты слегка смягчит удар. Потому что больше его смягчить нечему».

— Я сделаю. Обещаю.

Через час был подан дормез — вместительный, запредельно удобный экипаж одного из городских богатеев. Горожане разбежались по домам готовиться: запасать воду, готовую еду, топливо для печей, у кого они были, ведь им предстояло двое или трое суток просидеть без энергии. Это было для них страшнее, чем моим соотечественникам на пару дней лишиться электричества.

Однако умчались не все. С полсотни крепких мужчин готовились сопровождать меня, ещё полсотни обещали присоединиться позже. Сердобольные женщины наперегонки несли добровольцам сухие пайки, фляжки, чуть ли не телогрейки. Словом, народное ополчение худо-бедно, но образовывалось. Я едва ли в самом деле рассчитывал именно на него, однако возлагал огромные надежды на общественное мнение. Если Курия решит шугануть народные отряды, население, даст бог, порвёт Курию. За себя я теперь боялся мало. Я — почти незаменимый человек. Есть шанс, что возиться со мной будет дешевле, чем искать обходные пути.

— Да, Саш. Теперь могу говорить. Просто потрясающе — иметь возможность вести нормальный диалог. Ведь раньше ты меня не слышал, верно?

— Главное, ты слышал всё, что говорили мне. Трудно было с этим разобраться, убедиться, но удалось. Такой прорыв…

— Я слышал всё. И самый первый ваш разговор тоже слышал. Частично.

— Очень рад. Значит, мы сумели тебя поддержать.

— Ещё как!

— Где ты сейчас находишься?

— В Корстае. Да, меня, видишь ли, уже освободили. Нет, не сами куриалы, местные. Силой отбили у куриалов. Так уж получилось. Потом всё подробно расскажу. Но сейчас я на относительной свободе.